— Таки ви вызывали меня, и я весь тут, — сообщил арахнид, подымая котелок с накладными на нём длинными полями.
— Хватит дурачится, Чуран, я не для этого тебя призвал! — раздраженный старик был не в духе сейчас смотреть на идиотизм подчинённого. — Это девчонка теперь на твоей совести, можешь делать с ней что за хочешь, только, чтобы она оставалась живой и мучилась, я понятно тебе объяснил задачу?
— Ой, таки давайте не будем за это. Я прям таки вижу шо у вас мало времени, а время это — деньги. — он показал двумя пальцами жест денег. — Таки заплатите и гуляйте себе на здоровье, а девочку я пристрою куда надо.
— Ты нарываешься, Чуран, — с угрозой в голосе произнёс старик.
— Ой-вей, давайте не давать. Таки ви прекрасно знаете, как работать со мной.
И таки зачем рушить наши такие хорошие натянутые, как пластилин, отношения. Ви мне шекеля, я вам хорошее настроение, и все рады, — продолжал гнуть свою линию Чуран.
— Ты кажется стал забывать с кем разговариваешь, жалкое насекомое. — аура старика вырвалась верх, приняв ужасную форму демонической пасти.
— Да будет вам, шо ви на бедного меня окрысились как бабушка-уборщица на поца в грязных штиблетах? Таки я много повидал на своем веку, то шо ви пыжитесь ка не в себя, это для меня всего лишь семечки. А вот мой брат Ширан, царство ему паучье, пускай нити всегда будут крепкие, а паутина заполнена едой. Вот его сила не сравнится с вашей, и даже таки не знаю, как он мог позволить вам собой командовать, да и этой девочке убить себя. — спокойным тоном рассуждал Арахнид, показывал вид полного умиротворения.
Но внутри себя скрывал пылающую ярость, которая просилась вырваться наружу отомстить за смерть своих братьев. Но головой он понимал, против этого существа они ничего не сможет противопоставить в нынешнем состоянии. Если он попытается или хоть сделает намек на предательство. Это существо не станет мелочиться с ним, использует на полную свою способность по промывке мозгов. Этого он больше всего и боялся оказаться ещё одной марионеткой для него. Пока Чирано полезен, его не станут трогать без веских причин. Ведь если марионетка думает своей головой, это намного лучше, чем тупо выполнять чужие приказы не думая. Так посудило это существо, оставляя свободу выбора арахниду. Этим Чурано и пользуется, пытаясь перчить, выводить его, каждый раз ходя по тонкому льду. Существо так, можно сказать, управляет телом старейшины каждый раз, приходится мириться с выходками этого Арахнида.
— Ты получишь своё, но только после того как я увижу результат. Это девчонка должна страдать, если я увижу улыбку на её лице, ты знаешь, что будет с тобой и твоим братцем святошей. Мне известно, где он сейчас и могу спокойно навестить его… — с угрозой в голосе предупредил он арахнида, затем пошёл к выходу. — Запомни, я буду присматривать за вами… — напоследок повторил Старый, исчезая во тьме зева пещеры.
После ухода старейшины, девочка снова могла двигаться, и теперь её никто не сдерживал, тогда она могла снова начать бесчинствовать. Чуран почувствовал затылком жажды крови, он повернулся к девочке, а она словно дикий зверь набросилась на него. Ему ничего не оставалось как приготовиться к бою и попробовать остановить эту юную бестию. Арахнид снял свою маску клоуна, выпрямился, скинул с себя лишние вещи.
— Ну что, племянница, давай посмотрим, на что ты способна. - Разминая шею и хрустя костяшками пальцев, произес арахнид отбросив свой акцент и говор.
— Ги-а-а-а-а!
***
— Рола? Рола, ты меня слышишь? — обеспокоенная Люси помахала рукой перед глазами гости.
— А…а? — дернулось было Шарлотта, но за тем успокоилась, поняла, что это были лишь воспоминания, которые она никогда прежде не видела. — Рола просит прощение, она глубоко задумалась. — обняла свои колени.
— Прости, если я обидела тебя, я правда не хотела, — извинилась Люси, не понимая происходящего.
— Рола не помнит свою маму. Но она увидела её в ней. Это девушка очень сильно напомнила её ей. Она не могла контролировать свои чувства, из-за этого обняла. Она тоже просит прощение за свою ошибку. Рола больше так не повторит.
— Рола, прости, я не знала. — Люли придвинулась к ней поближе, обняла и стала гладить по голове, что-то музыкально напевая про себя.
Сначала Шарлотта испытала дискомфорт, когда кто-то чужой её трогает. Затем непонятное теплое чувство в груди, только потом услышав музыку, которая на неё стала странно действовать. Предательски потекли слёзы, она не понимала, что происходит с ней. Эту музыку Шарлотта слышит впервые, а внутри чувство такое, что знает с самого рождения. Она снова проиграла своим эмоциям, не выдержала столько новых испытаний для неё. Шарлотта впервые своей жизни заплакала во весь голос, выпуская скопившиеся невзгоды, обиды, грусть, печаль, боль, смерть близких, всё это вырвалось цунами из неё. Люси всё продолжала жалеть её, поглаживая по голове и напевая мамину успокаивающую мелодию.
========== Глава — 27 ==========
Целый день Люси и Шарлотта провели вместе под присмотром нянечки и пары стражников. Юной госпоже не нравилось, что за ней всегда кто-то да присматривает. Ведь она хочет свободно говорить, гулять, делать что ей заблагорассудится. Но эти взрослые всегда ей всё запрещают, поэтому она убегает от них. Вот сейчас няня снова ругается, запрещает употреблять такое слово как «ну, блин». Это непристойно для девочки из высшего сословия говорить такие слова. Только вот Шарлотта не относилась к знати и могла спокойно употреблять любые слова. Но ей запрещалось делать это при юной госпоже, нянечка трепетно относилась к этому и наблюдала за ними. Даже стража следила за ними. Если вдруг чего, они сразу тут как тут.
Это Шарлотте очень сильно не понравилось, она один раз показала стражнику какой может быть в гневе, когда один из них двинулся к ней. Её леденящий взгляд фиолетовых глаз просто проткнул насквозь стражника, заставив того замереть на месте. Он сделал шаг назад, вернулся на то место, откуда пришёл. Затем его напарник недоумевал, почему его друг так струсил подходить к простой девчонке. Только потом до него дошло, когда увидел бледное лицо парня, и один локон чёрных волос стал седым. Теперь он трижды подумает насколько опасна их гостья. Хорошо, что у них сегодня последний день дежурства. Завтра они могут спокойно напиться и забыться.
Уже вечерело, няня посмотрела на солнце и решила заканчивать прогулку. Хлопнув в ладоши, она привлекла к себе внимание девочек.
— Люси, Рола, давайте заканчиваете, нам пора возвращаться, скоро ужин будет готов. Вам ещё, юная леди, нужно принять ванну и подготовиться ко встрече с господином Джудом. Вас, юная Рола, я передам служанке Спетти, она сообщит вам решение госпожи Лейлы. Но я сомневаюсь, что вы останетесь с нами, — высокомерно сообщила она.
Люси надулась.
— Ну, няня Лира, дайте ещё десять минуточек…
— Нет, юная леди, я не могу позволить вам опоздать на ужин с вашим отцом. Он очень трепетно относится к таким мероприятиям и не потерпит опоздания. Давайте поскорее собирайтесь и выходим, — отказала Лира, полноватая женщина в лёгком платье.
— Ну, блии-и-и-ин! — выкрикнула недовольным голосом Люси, вставая с земли.
— Так, я что говорила по поводу этого слова? Сегодня вы остаетесь без десерта.
— Ну, бли-и-ин! — снова повторила она, не учась на своих ошибках.
— Завтра тоже будет только чай без десертов.
— Ну… — не успела Люси снова возмутиться, как её ротик прикрыли ладошкой. Шарлотта прислонила указательный палец к своим губам, показывая, что нужно молчать. Затем, смекнув, подмигнула ей.
— Ну, бли-и-ин, — сама повторила в манере подруги. Затем они обе уставились на няню, увидели презабавную сцену и залились детским смехом.
Няня Лира стала дышать часто, покраснела от возмущения, сжала кулаки, приготовившись наказать наглую фифу, портящую их юную госпожу. Двинулась было к ней, как резко остановилась, побледнела, стала пятиться назад. Она резко отвернулась от них, обняла себя за плечи, не понимая, почему ей так страшно. Ведь она встретилась взглядом с этой Ролой и больше ничего. Только почему-то инстинкт самосохранения взвизгнул, крича ей в голове «Беги». Так она простояла ещё пять минут, в ужасе уставившись в одну точку. Девочки, увидев, что няня ничего не говорит, им продолжили заниматься своими детскими делами. Пока к ним не пришла сама Лейла Хартфиль с тремя стражниками, дворецким Чарльзом и служанкой Спетти.