Майк был вне себя от счастья, слушая её упрёки. Седые короткие волосы были аккуратно выстрижены на висках. Слёзы потекли из его глаз, она остановилась на полуслове, посмотрела на него и кинулась к нему на грудь вся в слезах.
— Я очень сильно испугалась. Я виновата, думала, только о том, как мне будет без тебя плохо. Прости меня, пожалуйста, я такая эгоистка. Спасибо, что ты со мной, — слёзы продолжали течь рекой из её глаз. — Никогда так больше не делай. Ты слышишь меня?
Майк с трудом повернул голову к ней и еле слышным голосом сказал:
— Жаклин, ты утопишь меня сейчас.
Женщина тут же подняла голову и посмотрела на него с неодобрением, но не сдержалась и рассмеялась. Она не могла остановиться и уже плакала от смеха.
— Я люблю тебя.
— И я тебя.
— Меня давно не было?
— Три дня ты был без сознания, — ответили удивлённо женщина. — Всё хорошо? Позову врача.
— Нет, неважно, — остановил он её. — Мне сон приснился, и он длился гораздо дольше, чем три дня, — сказал он в полудрёме, — а может, это вовсе и не сон. Всё хорошо. Не о чем беспокоиться, дорогая. Мне надо поспать, а потом я всё тебе расскажу, договорились? Тебе понравится история.
Жаклин отодвинулась осторожно от кровати и направилась к двери. Майк приоткрыл глаза, чтобы проводить её взглядом. Она совсем не изменилась, всё та же причёска, локон слегка выбился из собранного низкого хвостика по последней моде. Низ её платья покачивался плавно, следуя в такт движениям, только слегка приоткрывая щупальца нежно-розового цвета, перемещающие её по направлению к двери. «Да, она совсем не изменилась, всё так же прекрасна», — пришёл к выводу Майк и сладко заснул.
***
Эмиль растворялся. В этот раз его ничего не беспокоило. Он шёл в темноту. Он знал, что его ждёт. Его ждёт новая жизнь, полная новых приключений. «Немного грустно расставаться, мы стали друзьями», — пронеслось, как молния, у него в голове.
— Дышите глубже! Тужьтесь! — услышал он и улыбнулся в темноте. — Это за мной, — и, вдохнув как можно больше воздуха, закричал что было сил! На этот раз от радости и забыл. Забыл своих друзей и продолжал улыбаться.
— Смотрите, какой славный малыш! Такой маленький и уже так улыбается! Поздравляем вас! У вас родился мальчик! Держите его, мамочка, — и его передали в руки его заплаканной от счастья маме.
— О! А вот и папа, наверное, — продолжил он улыбаться, пытаясь рассмотреть хоть что-то. — Кажется, это они. Это их я выбрал в своей башне на Аль-Махара. Ну вот, а говорили, что я всё забуду.
Тут к ним направилась акушерка, осмотрела мальчика, нахмурилась.
— Что-то мне не нравится, как он дышит. Доктор, вы тут? Рада, вы пришли очень вовремя, возьмите малыша.
— Да что такое? Не надо меня никуда уносить! — Получив хороший шлепок по крохотной попке, малыш взвыл от боли, отхаркнул какой-то тёмный сгусток, успокоился и… забыл.
***
Амазония, годы назад.
Небольшое поселение в самой гуще джунглей. С высоты птичьего полёта с лёгкостью можно было охватить деревню одним взглядом. Натуральные индейцы от мала до велика собрались на небольшой площади, рядом стоял дом, в чью сторону они поглядывали постоянно. Они что-то горячо обсуждали, видно было согласие одних и явный протест других. Их оливковая кожа, лоснилась от масла, натёртого против мошкары. У них были густые чёрные волосы, не знающие седины, сложно было определить, кто из них старший. Их тела были подтянуты и гибки, говоря об активной жизни, что ведут здесь.
— Ты не можешь так просто взять и уйти. Что мы будем делать без тебя? Ты подвергаешь нас опасности. Кто нас защитит?
— Не преувеличивайте, мой Правитель, — улыбнулся Шаман. — Кариман отлично справится со своей работой. Он уже несколько лет у меня обучается. Я оповестил вас, когда вас назначили на пост Правителя, что я должен буду пойти в путешествие на неопределённое время. Духи сообщили мне, что благоприятный момент наступил, я ждал его столько лет, и сейчас я готов.
Правитель сидел, надувшись, в кресле с высокой спинкой. На вид ему можно было дать лет пятнадцать, но каждая клеточка его тела говорила о большой силе и ловкости. Так что в итоге начинаешь сомневаться с определением возраста.