С облегчением вздохнув и услышав недовольный возглас Шаманов, Бёрн спрятался за камнем и принялся создавать новые копии своих союзников. Сначала создал тавров, которые взяли на себя ярчуков, опасных для ведьм, и собаки растерялись, когда их цель начала двоиться и даже троиться. На большее сил парню не хватило – иллюзия друзей далась ему легко, но забрала почти все силы.
Аквамарин показал свои странные наклонности, напоминающих кровожадных диву. Драклен носился по поляне, разбрасывая противников и отгрызая им что–нибудь, если получалось хорошенько ухватиться за жертву, Ярун же управлял своим фамильяром.
— Не видать вам наших ведьм. — сказал Ярун, сидящий верхом на своём драклене.
Лицо Шаманов исказила злобная гримаса, но следом последовала ухмылка.
— Рано или поздно – они будут наши. А вот вы никогда не получите свою драгоценную черноволосую подругу. Ярчуки об этом позаботились.
Яруна охватил гнев, отчаяние… Сердце мальчика будто бы сжимали в ежовых рукавицах, а его внутренний вулкан, наполненный всеми отрицательными эмоциями разверзся, да так мощно и ярко, Аквамарин содрогнулся от колющего ощущения, исходящего от хозяина.
— За демоницей! — отдал приказ Мел.
Ярун кричал изовсех сил. Кричал и плакал, а Аквамарин оттого рубил врагов своими рогами ещё лучше, ведь энергия парня, сочившиеся из него, помогала хватать врагов и преподносить их драклену. Никакая магия не действовала на зверя.
Шаманы уже были готовы сбежать с поля битвы вслед за сбежавшими защитниками, Кроде и Седавой, но им преградили путь Рауль, Асмодей и Пифон, это ещё не стоит забывать про Яруна и Аквамарина, жаждущих мести.
— Я сделаю из вас кожаные сумки и преподнесу их близнецам и разноглазой. — пообещал разгневанный Пифон.
Серокожий демон не на шутку разозлённый тем, что нашёлся способом мучать сестёр–ведьм, уже готовил порцию энергии, которой планировалось освежевать двухметровых змей.
Подошло подкрепление. Бой обещал быть длинным, а наги явно не собирались сдаваться или сбегать.
Пока продолжалась битва, друзья добрались до камня, который приглянулся недавно Алисе. Они приземлились рядом с ним и стоило ногам Седавы оказаться на земле, как они сразу же подогнулись. Голова кружилась, ноги не держали ещё и тошнило, но она держалась из последних сил.
— Время?! — спросил Гореслав.
— Пятьдесят одна! Живее.
Гореслав начал рыскать в своей сумке, а Кроде бросилась к камню и стала водить пальцем по нему, ища нечто особенное и делала это до тех пор пока по её пальцам не прошлась боль, словно от иглы. Кроде одёрнула руку.
— Давай! — сказала она Гореславу.
Демон передал ей ножницы Армаги, на которые имела права каждая из сестёр, что уж говорить о Кроде.
— Пятьдесят две!
— Режь скорее. — выдавила из себя слабым голосом Седава, поднимаясь на ноги.
В то место, где Кроде укололо невидимой иглой, она сунула одно из лезвий ножниц и то провалилось куда–то в глубину, по камню прошлась рябь. Кроде начала резать воображаемое полотно, которое вслед за ножницами расходилось в разные стороны. Средний мир был чёрным и напоминал дверной проём, который появляется почти у каждого жителя Синемирья в день бродячих дверей.
Ярослав и Грегори не стали ждать чего–то и медлить. Ярослав расправил крылья и пихнул Кроде и Гореслава внутрь, а Грегори утащил Седаву.
Внутри портала черноты не было, он действовал по принципу бродячих дверей – сразу же появилась каменная неосвещаемая пещера, лишь рога демонов подсвечивали помещение из–за остаточной энергии в них.
— Мы это сделали!
— Кроде, разделись. — приказал твёрдым голосом вампир.
Демоница не спешила выполнять приказ. Она прислушалась к своим чувствам и те говорили ей, не выполнять приказала члена Младшего совета и их защитника. Зачем это делать, если ей комфортно в этом теле, будто бы оно изначально принадлежало ей.
— Нет.
Седава с ужасом в глазах взглянула на защитников. Грегори, Горе и Ярослав, кажется, были готовы, что нечто подобное может случиться может случиться и потому изумление на их лицах сменилось решимостью.
Ярослав окутал Кроде своими тенями, фиксируя её на одном месте и лишая возможности шевелиться, а Гореслав взял руку девушки и полоснул по ним своим неожиданно быстро выросшим ногтем. Из раны потекла кровь, которой занялся вампир. Девушка не противилась, потому что не была готова к подобному, но в следующий раз это может не сработать и Кроде придётся уговаривать разделиться. Некоторое время спустя одна капля разделилась на три, а затем разделилась и демоница. Вместо неё на полу появились три дрожащих ведьмы. Свернувшись в клубочек Алиса и Мира откашливались, а Милослава и вовсе сидела и заливалась слезами, смотря на свои руки. Поначалу она тихо плакала от боли, а затем её голос переходил в крик, когда она поняла причину боли и что не так с её руками.