Глава 8.3
Черные волосы, некоторые пряди которых были накручены на острые «драконьи» рога спадали на широкие плечи бледного мужчины. Уже некоторое время животное с рогами–ветвями, напоминающее оленя и волка в одном лице, пыталось вывести из нирваны своего хозяина, тянув того за пряди волосы. В синих, как вечернее небо, глазах с необычными «змеиными» или «кошачьими» зрачками отражалась небольшая связка сушёных растений. То была лаванда. Ярослав задумчиво крутил её в своих руках, не отводя взгляда ни на секунду.
Дин совсем отчаялся. Отстав от своего друга, он сел на ещё холодную землю, потихоньку обраставшую голубоватой травой, и завыл. Завыл не как волк, а как раненная гиена, так, что слушать было невозможно. Старания диву оказались не пропали даром – Ярослав вскочил на ноги, как ошпаренный, и воззрился на фамильяра.
— Прости, друг, задумался что–то. — сказал он фамильяру, погладив того по голове, прямо между рогами, — долго она что–то. Уже как полчаса должна была прийти.
Мужчина оглянулся.
Вокруг всё было тоже самое. Наклонённые деревья, образующие закрытый коридор, приведший их к дереву, на котором стоял небольшой, но очень уютный домик, хозяйка которого куда–то запропастилась.
— Заждался уже? — крикнул девичий голос.
Демон тут же повернул голову на источник голоса и заметил девочку, носящую на своей голове оленьи рога. Девочка–тавр ловко перепрыгивала с одной ветки своего дерева на другую, а добравшись до самой толстой, совершенно спокойно направилась по ней к своему домику.
Ярослав расправил свои мышиные крылья и в один мах добрался до девочки, приземлился он прямо у порога её дома. Через пару секунд откуда не возьмись появился и Дин, выпрыгнув из чёрного дыма, что образовался в воздухе за секунду до его появления – прошёл по связующим нитям прямо к хозяину.
— Заходите! — пригласила в дом девушка.
Невидимая граница, защищающая дом от незваных гостей, разошлась перед Ярославом и Дином, те поспешили войти следом за Соной.
Девушка бросила холщовую сумку на деревянный стол, что был посередине комнаты, и начала выкладывать всё из неё прямо на стол. А на самом столе всё уже было готово: небольшой котелок, некоторые травы, специи, деревянные ложки, даже ступка с пестиком были.
Небольшой хвостик темноволосой девушки, напоминающий хвост оленёнка, метался из стороны в сторону. Она ещё не начала ворожить, а уже волновалась, но с виду этого было не понять, лишь хвостик с белой полосочкой выдавал её.
Дин, понимая, что от него совершенно нет толка, забрался на небольшой диванчик и оттуда принялся молча наблюдать за всем, что происходит сейчас и за всем, что произойдёт потом. Ярослав же встал рядом с Соной, которая закончила разбирать сумку, а её саму не глядя бросила в сторону. Попала прямо в раскрытый сундук. Звякнула посуда.
— Ты принёс? — поинтересовалась она.
Ярослав протянул девушку сушёный пучок лаванды, что Дин обнаружил под подушкой после исчезновения Алисы. Сона взяла растения и принялась кипятить воду в котелке.
— Она сделала это неосознанно? — спросила девочка–тавр.
— Я не знаю.
— Как–будто знала, что с ней что–то случится и решила на «прощание» положить её тебе под подушку. Знала бы она, что этот пучок поможет её найти.
— Она же дочь Армагеддона. Помнишь, что с ним сделала собственная энергия? Она переместила его в безопасное место. Она могла жить своей жизнью, если ей позволял Армагеддон. С Алисой тоже самое, она переместила её в другой мир в безопасное место, когда Алисе было от силы три месяца. Вот и с этой травой так же.
Пока Ярослав объяснял, Сона старалась внимательно слушать, не перебивать его и разбираться со всем тем, что она выложила на стол: нарезала, крошила, высыпала в котелок.