- Иванович, я готов!
Шеф, успевший собраться гораздо раньше меня, и сидевший в ожидании на стуле поднялся и мы вышли во двор. Всё это до боли напоминало наши с отцом сборы на утреннюю рыбалку, любили мы вот так подняться ни свет ни заря, неспешно собраться и выйти в утреннюю прохладу ещё спавшего села, тишину которого лишь изредка нарушали сонный рёв коров и вопли петухов. Только во сегодня было немного страшно, всё-таки шли не за карасями-пескарями.
Во дворе на скамейке задумчиво курил дед, кивнул нам, тихо поздоровались с ним.
- Пошли?
- Пошли, - вздохнулшеф. - Чего сиськи мять?
- Ну тогда, как у вас говорят, - прищурился Матвей. - Ни пуха ни пера.
- К чёрту! - хором ответили мы и направились к воротам, как нас остановил крик Лизы.
- Князь! Дядь Вань!
Повернулись, к нам подошла Елизавета, с тревогой посмотрела на нас.
- Вы уж там осторожнее, - трогательно попросила девушка, встав на цыпочки, приподняла забрало моего шлема и быстро поцеловала меня в щёку. Как дуновение ветерка, но в груди защемило от непонятного чувства. А Елизавета, сверкнув влажными глазами, поспешила быстрым шагом к дому.
- Лиз, всё будет хорошо, вернёмся мы, - попытался её успокоить шеф. - Вернётся твой князь.
В лесу, не смотря на столь ранний час, вовсю кипела жизнь. На ветвях могучих деревьев кто-то ожесточённо чесался, визжал, то и дело до нас доносились звуки возни. Но до двух одиноких путников особо никому дела небыло, даже стая диких собак, повстречавшаяся нам, резко свернула в сторону, огибая нас по большой дуге.
- Дед им не дал на нас напасть, взял стаю под контроль, - пояснил шеф. - Километра на четыре Матвей достанет, а потом всё, годы у старика берут своё, сила падает, сами будем отбиваться.
Вскоре настигли первую россыпь аномалий - шесть пустых, как сказал Иванович образований, не имеющих в себе "огней", но очень опасных, обошли их стороной. Радовало, что на экране шлема я прекрасно видел эти дьявольские создания, система специальных датчиков в цвете выводила их границы, отличный костюм нам принёс Кот.
Насчёт этого урода у меня имелись некие сомнения, но определиться с ними я никак не мог, что-то в этой истории было не так, совсем не так. Какая-то деталь, которую я не мог сформулировать, но знал, что она является ключевой. Ладно, не буду отвлекаться, позже поломаю голову, что да как, сейчас нужно быть на чеку, не отвлекаться, на деда надейся, но и сам хлебалом не щёлкай.
Но пока всё было спокойно, мы шли быстро и уверенно, преодолевая чащу за чащей, лишь вздрагивая от близкого рёва какого-нибудь местного клыкастого обитателя, провожавшего нас хищным взглядом.
- Всё, мы вышли из орбиты Матвея! - сообщил шеф, снимая со спины "калаша". - Видеть он нас видит, а помочь уже не сможет!
Последовал его примеру, взяв наизготовку автомат, щёлкнул затвором.
- Ну, а теперь, потихоньку, - тихо произнёс Иваныч. - Очень тихо и смотреть во все стороны. Стрелять не раздумывая - вокруг одни враги.
Глава двадцать пятая.
Когда достигли бурелома, за которым на "финишной" прямой находился сбитый самолёт, представляющий собой ныне логово кровожадных монстров, шеф остановился. Осмотрелся - впереди сплошь сваленные в гигантскую кучу стволы деревьев, словно безумный великан решил побуянить в этих местах и оторвался от души на несчастных зелёных исполинах, повыдёргивал их из земли, как морковки и сложил кучей. Впрочем, если бы мне сказали, что так оно и было, я б не задумываясь поверил. Потому что в этом мире уже ничему не удивлялся, слишком он странный и необычный.
- Ну всё, Алёша! - тихо сказал Матросов, протягивая мне световую гранату. - Остаёшься тут, пока я не достигну своей позиции. Затем действуешь по плану, хлебнув из фляги. Вопросы?
- Нет вопросов, - пробормотал я, ощущая предательский холодок в животе. От осознания того, что вскоре мне предстоит поистине адский марафон, начало немного потряхивать, совсем как перед хорошей дракой. - Какие там вопросы...
- Ну и ладушки! - улыбнулся Иванович. - Шоу маст гоу он!
- Чего? - покосился я на него.
- Говоря по-русски - спектакль должен быть сыгран не смотря ни на что! - пояснил шеф, удручённо качая головой. - Как говорил Моцарт, а за ним повторил другой мужик. Ладно, деревня, я пошёл, жди сигнала.
И Матросов неслышно растворился среди могучих стволов деревьев, как ниндзя в голливудских фильмах, что видел в свою недолгую счастливую колхозную жизнь.
Привалился спиной к огромному бревну, и дрожащими руками достал из контейнера на боку небольшую фляжку, положил её рядом на траву. Затем вытащил из ранца пистолет с инъекциями для жертвы, повертел в руках...