Утром отец не мог не заметить ее подавленного состояния.
- Что с тобой, змейка? - спросил он.
- Я убила его, папа, - глухим голосом произнесла Анджелина.
Казалось, Германа это известие нисколько не обескуражило.
- Поздравляю, - коротко сказал он, - И кто же этот счастливчик?
- Это был Фабер. Он чуть не выдал тебя какой-то девушке.
Герман мгновенно посерьёзнел.
- Девушке? Как это могло произойти? Разве он не был влюблен в тебя?
- Я совершила одну большую ошибку...
- Какую еще ошибку? Анджелина! Немедленно объясни! - строго прикрикнул Герман.
Девушка опустила голову и еле слышно произнесла:
- Прости, папа, просто Фабер мне не нравился, а когда он признался мне в любви, я не выдержала этого и высказала ему всё, что думаю.
- Тебе должно быть очень стыдно, - сказал ее отец, - Я в твоем возрасте знал, как дважды два, что ни в коем случае нельзя говорить то, что думаешь, если тебе что-то надо от человека! Я прощаю тебе убийство, но не прощаю этой ошибки. Кто позволил тебе быть искренной с ним, я тебя спрашиваю? Если уж Фабер был так тебе противен, ты могла поговорить со мной, я обязательно принял бы меры.
Анджелина молча стояла, глядя в пол.
- Ты уже взрослая, наказывать тебя бесполезно, - вздохнул Герман, - Так что обратимся к другой насущной проблеме: корпорация лишилась своего рекламного представителя. Что ты можешь предложить?
- Я могла бы занять его место, - неуверенно сказала девушка.
Глава А. Д. и Ко ненадолго задумался, проведя двумя пальцами по подбородку.
- Хм, неплохая идея. Ты действительно подходишь на эту должность. Значит, с нынешнего дня ты будешь заниматься этим, а я буду решать кое-какие бумажные дела и не только. Что поделаешь, надо разгребать, что ты натворила. Придётся неслабо промыть всем мозги, на это уйдёт много сил. Никто не должен помнить, что Фабер когда-либо появлялся на экранах.
- А почему ты не сделал так же с Альбертом? - спросила Анджелина.
- Откуда ты знаешь? Ах да, я же, наверное, рассказывал тебе. В те годы я потратил много сил на создание корпорации и не мог осуществить такое масштабное дело. За двадцать лет я накопил достаточно энергии, чтобы заставить людей забыть о том, что Фабер когда-то что-то рекламировал.
Анджелина удивленно приподняла брови, но ничего не сказала.
- Все, беседа окончена, - произнёс Герман, - Позавтракаешь, и иди учить текст, он у тебя на столе.
- А ты не будешь завтракать со мной? - робко спросила отца девушка.
- Я уже сказал, чем буду занят. Попрошу меня не беспокоить, - сухо ответил он и ушел в свою комнату.
Анджелина печально вздохнула и побрела на кухню, по-прежнему думая, что, возможно, ей не стоило так жестоко обходиться с Фабером. Почему-то ей захотелось, чтобы этого всего не случилось, чтобы он каким-нибудь волшебным образом оказался живым, Анджелина была даже готова простить ему все его слова, но, к сожалению, она еще не умела творить такие чудеса и не была уверена, что даже ее отец способен воскрешать людей, иначе бы он не стал стирать Фабера из памяти горожан. Неожиданно для себя девушка обнаружила, что к её глазам подступают слезы. Быстро вытерев их, она обругала себя плаксой и неженкой, после чего принялась за завтрак, приготовленный для нее заботливым отцом, который действительно всерьёз погрузился в исполнение поставленной цели.
На это у Германа ушел целый день, но зато оно того стоило: теперь все жители города совершенно забыли о том, что когда-либо видели Фабера, за исключением тех, кто мог лично знать его, но и у них в воспоминаниях он остался обыкновенным человеком, никогда не попадавшим на экран телевизора. Город знал лишь одну рекламную представительницу корпорации, хотя та еще ни разу не работала. Подумав о дочери, Герман вздохнул. Ему нелегко было растить ее одному. Время летит так быстро - вот уже и первая жертва. Сложно было привыкнуть к тому, что Анджелина уже давно не маленькая девочка, но Герман не хотел, чтобы она взрослела. Становясь старше, девушка все сильнее начинала напоминать свою мать. Если бы только она сейчас была здесь, сколькими проблемами стало меньше! Однако надо было сосредоточиться на реальности. Герман понимал, что глупо бояться взросления дочери и пора передавать ей свои умения, которыми она с детства мечтает овладеть. Однако из-за дел, связанных с работой, у него совершенно не оставалось времени на Анджелину, за что Герман бесконечно себя винил и порой всерьёз помышлял прекратить все это и закрыть корпорацию, созданную им когда-то с целью лишний раз поиздеваться над людьми. Однако он понимал, что надо завершить начатое, поскольку то, что происходит с городом сейчас - это лишь одна из многих стадий большого и коварного плана. В конце концов, в этом ведь даже есть что-то забавное - добиться полного зомбирования людей, а потом оставить их без лидера и отстраненно наблюдать за возникающим в таких случаях хаосом и анархией или, наоборот, постепенным разложением людского сброда в тупом бездействии.
Анджелине не были известны его планы, и она искренне не понимала, для чего он затеял все это и продолжает развивать до сих пор. Однако девушка доверяла своему отцу и была уверена, что он знает, что делает, хотя временами ее задевало то малое количество времени, которое он ей уделяет. "Ну конечно, ты вечно занят важными делами", - обиженно думала Анджелина, - "Тебе совершенно нет до меня дела, только если я не понадоблюсь тебе или не натворю что-нибудь". Тем не менее, девушка никогда не решилась бы сказать ему это вслух, понимая, что Герман и так очень устает, и ему не нужны лишние заботы. А со своими проблемами она и сама разберётся.
Уже на второй день после ее вступления на новую должность Анджелина освоилась и стала справляться не хуже любой рекламной модели. Что ни говори, а адаптироваться к разным жизненным обстоятельствам она умела хорошо. Вот только сердце Анджелины отравила своим ядом подлая совесть, которую девушка не могла заставить замолчать, как ни старалась. Она ругала себя за это, но в то же время ей безмерно хотелось, чтобы...