Похищение Чёрного Кота.
Прошло еще несколько дней. Улучшения, хоть и постепенные, становились заметными. Все чаще на улицах начали появляться люди без сигарет. У них были удивлённые, но счастливые лица, и это очень воодушевляло четверку друзей, затеявших все это дело. Радуясь успехам, члены тайной группировки крепко сближались друг с другом. Они стали чаще встречаться в свободное время, причём даже не по делу, а просто так, пообщаться. Вернер иногда специально для этих встреч писал какие-нибудь стихи, чтобы прочитать остальным, зная, что его творчество будет всегда встречено поддержкой, Фабер почти перестал испытывать чувство неприязни к Виллиберту, а он, в свою очередь, по-прежнему провожая Катарину, доходил с ней чуть ли не до самой лавки, всю дорогу рассказывая разные истории. Девушка всегда слушала его с неподдельным интересом и задавала много вопросов. Она даже отвыкла от дороги домой без этого увлекательного собеседника, но однажды он не смог ее провожать. Как-то друзья засиделись слишком допоздна, поскольку между Виллибертом и Фабером неожиданно вспыхнул жаркий спор, по их словам связанный только с содержанием статей, но Катарина подозревала, что оба попросту в этот пятничный вечер тайком не один раз воспользовались услугами Вернера как бармена. Наблюдать за спорщиками было забавно, но время было позднее, и девушка решила, что ей пора возвращаться к себе в лавку. Кашлянув, чтобы привлечь внимание, она сказала:
- Мальчики, я, наверное пойду домой.
- Подожди, Катарина, я с тобой, - тут же сказал Виллиберт, мгновенно прервав дебаты.
- Ха, сдаёшься! Признал всё-таки, что я прав!
Фабер торжествующе хлопнул в ладоши.
- Ну иди-иди, до завтра, - насмешливо добавил он, помахав рукой.
Берт посмотрел на Фабера, потом на Катарину, затем снова на Фабера и опять на Катарину.
- Извини, - наконец сказал он, виновато разведя руками, и, обращаясь уже к оппоненту, пылко произнёс, - Даже не мечтай, я так просто не уйду, я с тобой еще не закончил!
- О, неужели у тебя ещё остались аргументы! - с притворным удивлением воскликнул Фабер, - Ну, попытайся еще разок убедить меня, так и быть.
Катарина закатила глаза и, обменявшись напоследок усталыми взглядами с Вернером, уже готовым, если потребуется, разнимать братьев, вышла из пивнушки.
Идти по ночным улицам одной было страшновато. Катарина то и дело тревожно оглядывалась по сторонам, хотя толком не знала, чего или кого она опасается. На беду впереди был довольно длинный участок улицы, неосвещённый из-за перегоревшего фонаря. Девушка решила поскорее его пересечь, чтобы идти дальше спокойнее. Вдруг она услышала позади себя какой-то приглушенный шелест, напоминающий шипение. Он вдруг превратился в жуткий шёпот, отчётливо назвавший ее имя. Катарина остановилась и заозиралась вокруг, пытаясь понять, кто вздумал шутить с ней эти шуточки. "Если это Виллиберт чудит, я его стукну!" - гневно подумала она, хотя, впрочем, была бы рада сейчас его увидеть. Не успела Катарина и глазом моргнуть, как вдруг вокруг ее ног обвился огромный черный змей, толщиной, почти как ее талия. Девушка оцепенело смотрела, как он, обвивая ее кольцами, взбирается все выше, и от ужаса не могла даже пикнуть. Наконец голова змея поравнялась с её головой и девушка невольно взглянула ему в глаза. Катарину удивило, что невозможно было распознать их цвет - казалось, что в них мерцает более чем целый спектр самых разнообразных оттенков, за сменой которых нельзя было уследить. Вдобавок сильно сбивали постоянно пульсирующие зрачки, то расширяющиеся, то сужающиеся до черных вертикальных щёлок. Это было последнее, что осталось в памяти Катарины о том вечере, перед тем как всё погрузилось во тьму.