— Леди и господа! — зычно крикнул балаганщик, и голос его бархатисто раскатился над толпой. — Дядюшка Ши прибыл от самых Горячих гор и вновь раскинул свой скромный шатёр перед жителями столицы. Диковинки со всех семи земель: от Траворечья до Ражего леса. Добрый леди и господа! Торговля открыта!
Стоило ему произнести эти магические слова, как толпа всколыхнулась и накатила, напирая на деревянный настил.
— Русалочье зеркало!
— Продано!
— Вежьи травяные руны!
— Продано!
— Корень чернореца сушёного!
— Продано!
— Карта снов! Первое издание «Синего шара»! Шерсть грвеца!
Торговля шла бойко; мелкие фокусы и магическую мишуру Дядюшка и Ши продал сразу, выручив за это немало монет. Кое-кто из покупателей побогаче расплачивался не просто медяками и серебром, а первосортной каменной пылью. Дело шло к рассвету, и балаганщик устало и весело кивал новым и новым покупателям. Наконец на плисовой скатерти остались лишь самые никчемные да самые дорогие товары.
— Леди и господа! Фонарь иллюзий! Где бы вы ни пожелали навесить ворожбы, витражи фонаря осветят любой выдуманный мир! Ни в каком лабиринте, ни в каком лесу не заблудитесь, покуда горит свет!
Ши взял в руки тяжёлый, в бронзовой оправе фонарь и высоко поднял его над толпой. Блики и искры от цветных витражных стёкол рассыпались лицам гостей, вызвав восхищённые возгласы.
— Ларь семи воров! — надрывался тем временем Ши. — Не пугайтесь названия! В ларе — храбрость и ловкость, изворотливость и хитрость, неуловимость, бесстрашие и, конечно же, удача! По флакончику каждого зельица для добрых леди и господ! Купите ларь семи воров — и радуга эликсиров везения и отваги в ваших руках!
Господа с интересом присматривались к окованному красным железом ларчику, под крышкой которого скрывались семь флаконов и такие обольстительные перспективы…
— И, наконец, голубой кристалл! Кто не ведает, что мир наш подобен кристаллу, кто не гадал оказаться в сопредельных мирах? Ну а кроме, — он заговорщицки понизил голос и прищурился, — для тех, кто знает толк в каменном деле, кристалл послужит чудесным сырьём…
«Сырьём?» — задохнулась от ужаса Хедвика.
Толпа снова загомонила. Знатоков каменного дела среди «добрых леди и господ» оказалось немало, но редкий из них ведал, из какого камня поистине колдовская пыль выходит. Как по команде, вперёд выступили пять мастеров-каменщиков — Хедвика без труда признала среди них тех, кто не пустил её и на порог. А тот господин, что стоял с краю, весьма смахивал на давешнего обманщика, оставившего её без каменного браслета...
— Десять серебряных, — молвил тем временем один из мастеров, осматривая кристалл.
— Пятнадцать, — цокнул другой, вспрыгивая на настил и проводя по кристаллу ладонью. — Надо же, без одной царапины! Двадцать даю!
— Тридцать! — выкрикнули из толпы.
— Тридцать два, — степенно произнёс старик-мастер в кожаном плаще, пробираясь к столу.
— Сто, сто! — заорал дерзкий подмастерье, но тут же юркнул в толпу — только мелькнули смоляные лохмы.
— Сто десять, — хлопнул ладонью по опустевшей алой скатерти первый из говоривших.
— Сто десять? — переспросил Дядюшка Ши. — Эт-то интересно! Господа, помните, кристалл не прост, он покрыт соляной пылью!
По толпе прокатился недоумённый гул; пожилой мастер в плаще недоверчиво склонил голову.
— Да-да! — адресуя ему лукавую улыбку, воскликнул балаганщик. — Тончайшее напыление! А ведь многим известно, как сложно соединить камень и соль. Сто десять серебряных! Готов ли кто-то из благородных горожан заплатить за кристалл больше?
— Сто двенадцать, — раскатился над толпой голос знаменитого на всё Грозогорье огранщика янтаря. — Даю сто двенадцать!
— Сто двадцать, — хмурясь, предложил тот, которому так по вкусу пришлась гладкость граней. Он снова провёл ладонью по пронзительно-голубому сколу, и Хедвика передёрнулась, ощущая, впрочем, что иллюзия потихоньку спадает. Она ощущала себя и кристаллом, и человеком, вдруг осознав, что усилием воли может сама стянуть с себя ворожбу — как перчатку с пальцев, как скатерть со стола. Но ещё не время, не время…