Маг извлёк камень из сумки, которую конфисковал у Сагитты и носил при себе. Лаэлус даже не понял, чем здесь может помочь артефакт, а тот уже принялся высасывать энергию из нечисти. С десяток секунд псина корчилась, прежде чем растянуться окоченелым трупом.
Не успели ангелы выдернуть копья из туши, как монахиня залепетала оправдания:
– Я впервые вижу эту тварь. Хунаты никогда не держала ручную нечисть.
– В самом деле? – процедила Диана. – Как своевременно она сменила обычаи.
Примипилия вошла в дом. Как и ожидалось, никого внутри не было. В единственной комнате негде было спрятаться, ангелша не обнаружила ни спуска в подпол, ни лаза на чердак. Не находилось даже доказательств тому, что здесь обитала мерзкая ведьма. Диана ожидала увидеть высушенные трупы крыс, черепа, зелья и ворох языческих статуэток.
Сагитта вошла в избу следом и быстро оценила ситуацию:
– Хуната ушла.
– Ушла?
– Нет её личных вещей, – монахиня прошла к сундуку в углу и открыла крышку. – Одежда исчезла, её фолианты. Хуната навсегда покинула это место.
Диана сняла шлем и мрачно взглянула на Сагитту. Та залепетала поспешно:
– Мне неизвестно, как она узнала…
– Это не имеет значения. Ты знаешь, куда она отправилась?
Сагитта никогда не слышала о других жилищах или убежищах некромантки. Диана отвела взгляд от бесполезной монахини, с раскаянием опустившей глаза. На крыльце послышались шаги – в избу вошли Хермэнус с Лаэлусом. Сагитта уставилась на куриного бога, что боевой маг всё ещё держал в руке. Неоформленные догадки заметались в голове монахини, а Хермэнус тем временем обратился к Диане:
– Где ведьма?
– Она оставила это место.
– Мы снова в тупике?
– Вовсе нет. Беглецы не знают, что некромантка ушла. Они всё ещё направляются сюда, и мы их схватим.
– Госпожа, возможно, мы ошибаемся, – робко произнесла Сагитта. – Я думаю, Хуната исчезла неспроста, но у меня есть идея, как её выследить.
– Говори.
– Я должна попросить Лаэлуса показать камень.
Под пристальными взглядами собравшихся маг поднял артефакт и нахмурился, заметив в нём перемену. Синие созвездия стеклись в кучу и указали в угол избы, словно стрелка компаса. Сагитта несказанно обрадовалась и пояснила:
– Камень реагирует на некротическую энергию. Хуната сотворила здесь нечисть, но речь не только о собаке. Судя по тому, сколько вещей исчезло, она создала себе носильщика.
– Это не может быть совпадением, – сказал Хермэнус.
– Беглецы как-то предупредили Хунату. Ведьма не стала бы покидать дом без веской причины.
– Её предупредили? – разгневалась Диана. – И каким образом? Голубиной почтой?
– Я не знаю…
– Не знаешь? Не знаешь, почему ушла ведьма, куда она ушла. Мы могли бы обыскать округу и найти беглецов подле тоннеля, но из-за тебя оказались здесь. И абсолютно без толку.
– С помощью камня мы можем отыскать след, оставленный нечистью-носильщиком.
– Лаэлус, слышал, что она сказала? Не стой столбом – обойди с камнем округу.
Диана направилась прочь из избы. Остановившись в дверях, примипилия распорядилась:
– Найди мне карту, Сагитта. Или составь сама. Отметь все места, где можно укрыться.
Выйдя на улицу, ангелша продолжила сыпать приказами:
– Опросить всех, кого найдёте, выясните, куда направилась некромантка.
– Её нет в доме, примипилия? – удивился Мариус.
– Иначе зачем бы я отдала такой приказ? Выполняйте!
Легионеры устремились в поселение. Диана была ослеплена гневом, но разглядела недовольство солдат. Погоня вымотала их куда сильнее, чем предводительницу, и воины видели всё больше причин доверить жизнь Ратибора не своему богу, а воле случая. Ангелы приступили к выполнению приказа по привычке, хотя на секунду задумались о бунте.
Не одна Диана почувствовала свободу без всевидящего взора Джовиты. Легионеры, что раньше походили на безотказные инструменты, задумались об усталости, боли и тщетности их усилий. Диана поняла, что ещё какое-то время удержит манипулу в узде, но сила её авторитета не бесконечна. Скоро запахнет дезертирством. Можно будет принудить солдат вернуться в строй, но тогда бунтовщики станут обузой. Придётся казнить недовольных, и Диана быстро смирилась с этой неизбежностью. Она чувствовала неотвратимость гибели отряда. Немногие останутся верны. Хермэнус ни за что не предаст Диану, возможно, ещё Мариус. Но многие ли, кроме них?
Возникшая трудность оказалась забыта, как мимолётная мелочь. Гораздо больше Диану заботило, что теперь она не сможет доставить Ратибора живым. Максимум, на что она может рассчитывать, это преподнести Джовите голову убийцы.