Осушив кружки, сидящие приступили к трапезе. Долгие дни путники могли позволить себе лишь подножный корм, так что сейчас ощущали себя дегустаторами при царях. Блюда казались до того вкусными, что куски так и улетали в рот. Хотелось подолгу смаковать яства, но те сами проваливались в живот, сменяясь новыми порциями.
Даже Ратибор отдался славной трапезе. Первое время он ел осторожно, косясь в сторону Хунаты. Обещанный ею личный разговор тревожил турича, но долго думать о нём не получилось. Ратибор позволил себе расслабиться и отдаться на волю аппетита.
Прошло время, когда безмолвное утоление голода положено сменить застольными беседами. Разлив сидр по кружкам, первым заговорил Бэюм:
– Нулгина, – сказал он, поднимая бокал, – ты вела нас сюда, зная, что в расщелине находится поселение. Но ты не ожидала увидеть здесь сестру.
– В самом деле, Хуната, – обратилась ороница к ведьме. – Я никогда не слышала об этом жилище.
– Этот дом мне не принадлежит. И я очень надеюсь, что Сагитте о нём не известно.
– Но местные тебя знают.
– Я бывала здесь несколько лет назад. Нашла здесь хорошего ученика. Эта изба принадлежала Абриху.
– Которого мы помогли убить, – вставил Игун.
Ведьма неопределённо посмотрела на драконида. Уж чего, а досады на судьбу ученика на её лице не читалось. Хуната подняла томящийся бокал и произнесла:
– Так выпьем же за то, чтобы всем воздавалось по заслугам.
Все выпили. Опустив кружку, Хуната продолжила:
– У Абриха был талант, но он желал просиживать жизнь здесь, защищая деревню. Мне удалось забрать его отсюда, подарив поселению стражей получше. Под защитой нечисти стало даже спокойнее.
– Помню, для меня это стало последней каплей, – произнесла Нулгина. – Когда ты начала брать учеников, а те…
– Чего ты замолчала, сестрёнка? Да, первые мои ученики умирали в мучениях, потому что я плохо их обучала. Такова уж некромантия.
– Видеть это было невыносимо.
– Настолько, что ты бросила родной дом, отправилась по гиблому тоннелю и шагнула в неизвестность.
Хуната с улыбкой взглянула на Бэюма и, подмигнув тому, резюмировала:
– Надеюсь, оно того стоило.
Повисла тишина, полная лёгких улыбок и потупившейся от скромности Нулгины. Игун поспешил наполнить бокалы. Собравшиеся выпили, и драконид погнал разговор дальше:
– Наслышан, что Вы, Хуната, коллекционируете манускрипты. Когда-то и я этим занимался: собрал несколько редких текстов.
– А мои не просто редкие – они уникальные, – сказала ведьма с добродушной хвальбой. – Я даже не все из них способна прочесть.
– У меня был свиток, посвящённый громословию.
– А у меня есть целый трактат. Я бы назвала его учебником, но здесь нужен знаток, чтобы сказать точно.
– Любопытно было бы взглянуть…
– К сожалению, я слишком хорошо знаю его ценность. Каждая руна в трактате стоит золота.
– Но так и я не всё спустил на сидр.
Хуната улыбнулась и предложила освежить кружки. Когда настало время поднимать тост, ведьма взяла слово:
– Выпьем за примирение. Считайте меня скряжницей с ветхими бумагами, но уж простите мою жадность.
Сидр утешил получившего отказ Игуна. Драконид смирился, что тайны ороницы так и останутся тайнами. А Бэюм тем временем подхватил разговор:
– Да, я бы столько сил ради пергамента тратить не стал. А вот Карфу такое интересно было.
– Судя по имени, – оживилась Хуната, – это голем?
– Из профессоров.
– Доводилось мне с изгнанниками из их Королевства беседовать. Столько я их про библиотеки расспрашивал, столько докучала, думала, треснут меня по голове. Сама-то я необразованная, далеко от цивилизации живу.
– Почему не пробовали в Пять Земель перебраться? – спросил Ратибор.
– Полно тебе, такие вещи предлагаешь.
– Оронов ведь гонят прочь с Пяти Земель, – сказала Нулгина.
Ратибор пожал плечами и пояснил:
– Есть несколько общин оронских в Туричском Княжестве. Прячутся в лесах, образ жизни ведут кочевой, замкнутый. Дел с туричами предпочитают не иметь, да нам и дела до них нет.
– А что же ангелам?
– Пытался один священник карьеру себе сделать, истребив их. Собрал отряд, отправил в леса, но ни одного язычника не нашёл.
– Боюсь, – произнесла Хуната, – ангелы проявили бы больше усердия, узнай они, что среди оронов есть некромантка. Предпочту держаться в стороне от владений Джовиты, благо с учёными мужами и здесь удаётся поговорить.
– А случалось ли Вам, – подался вперёд Ратибор, – среди этих учёных мужей иметь своими гостями туричских волхвов?