Он оскалился, представляя, как закапывает трупы, но его дикую улыбку заметил прохожий, шагающий навстречу.
- Простите, простите, простите, простите, - долго бормотал Гарри, низко опустив голову. Даже когда никто уже не слышал.
Глава 9
Джон Ившем не имел ничего, кроме выдуманного имени. Он всегда жил только Делом. Его собственное "Я" то ли подчинилось, то ли слилось с Делом. Семья, в которой он вырос, - на втором плане. Важно будущее без рабства.
Можно было жить иначе, довольствуясь, что сам знаешь правду и не пьешь максинал. Только он видел слишком много, чтобы остаться равнодушным.
Терпением он никогда не отличался. Мать многократно предупреждала, что его же характер приведет к беде. Она осталась для него букетом завядших эмоций, а ее терпение было тем сосудом, который держит сухие стебли. Он ее любил, только не принимал советов.
В глубине души теплилась еще одна мечта, которую он не озвучивал даже мысленно. Но всегда помнил, что там кое-что припрятано, как красный уголек в золе, как взгляд красивой женщины, который остался в памяти, как первые юношеские слезы, которых стесняешься, но не можешь сдержать.
Он хотел быть мужем и отцом, держать в руках ребенка и замирать в безвестности: каким он станет? Джон просто желал семью - это так мало, но невозможно.
Разве считается семьей случайная жена? Сможет ли она вообще родить? Допустим, с этим он смирится и даже согласится на детей от нее, так и не разобравшись, желает ли их искренне. Но они тоже будут пить таблетки и жить в гнилом мире. Можно смириться и с этой хренью, но Ившем по закону не имел права даже на подобную пародию семейной идиллии. А раз терять нечего, не стоит жалеть себя. Иди и делай... Хотя бы для других людей. Ведь жизнь-то Джону тоже не принадлежала. Его должны были убить, но он вовремя скрылся.
Впрочем, может и не убили бы: в лаборатории Научного города всегда не хватает подопытных. Наверно, из-за тупого непрофессионализма тамошних "ученых". Что вырастет из самых мерзких особей рода человеческого? Уж точно не гении. А последние люди старой Земли были и распоследними негодяями. Кто еще мог выжить после ядерной войны за остатки нефти? Те, кто платил за "фильм" и их шлюхи. Они захватили себе рабов, а остальных оставили умирать. Вероятно, на "Ковчеге", космическом корабле, были и ученые. Так, несколько купленных парней, которые давно сгнили, не передав сыновьям заумных генов. Так что Научный город - еще один красивый обман с тухлыми внутренностями подопытных людей в руках недоумков.
- Джон Ившем... - внимательно прочел охранник, еще не привыкший к физиономии нового сотрудника. - Кого ты мне напоминаешь?.. - унылым голосом протянул он, - Как зовут твоих родителей?
- Они давно умерли, приятель, - ответил он, вздохнув и надеясь, что вложил достаточно печали в этот поступок, чтобы от него отвязались. - Вряд ли ты их видел.
- Чертова продолжительность жизни, - сочувственно покачал головой тот. - Не выше пятидесяти двух.
- ОП не бездействует, - строго сказал Джон.
- Да, кстати и рождаемость повысилась. Слышал по радио? Кажется, на пятнадцать процентов?
- Разве не на двадцать? - спросил он удивленным голосом, уже оставив болтливого Уильяма Д. Мэрдока, как значилось на бейджике.
Само собой, Келли Мид уже на месте. Когда он вошел в приемную, девушка закрывала дверь в кабинет босса, и он мог поклясться, что она прислонилась к двери с облегчением. Однако быстро среагировала на стажера и приняла высокомерный вид.
"Давай-давай, притворяйся, что наслаждаешься статусом любовницы, - подумал Джон. - Вот так... Убери поднос в шкаф, а теперь иди в туалет неспешной походкой. Умница!"
Дверной замок щелкнул. Она пробудет там минут десять. Очень долго, учитывая, что надо всего лишь ополоснуть рот. Правда, раз двадцать, а не один. А принимает ли она душ сразу после работы? Скорее всего, так и есть. Очень уж она брезглива к старику Андерсену. И дело совсем не в том, что стерлась помада и надо нанести новый слой.
"Ведь у тебя, милашка, даже помада на губах - только предлог. На твоем лице, кроме как на губах, не бывает косметики. Это алиби на всякий случай: вдруг Джеф когда-нибудь заметит, что ты убегаешь в уборную. Будет отговорка... Держу пари, в твоей сумке специально в этих целях нет маленького зеркальца. Мы с тобой крысы из одной норы. Иначе и я не догадался бы..."
Обычно весь рабочий день он мысленно комментировал ее действия, потому что разговаривать с ним - ей?! Да что вы, разве с дерьмом разговаривают?