- Майкл, прости, но ты бредишь.
Джон встал и хотел пойти лечь, утешив этим Блэка, но не выдержал. Он сорвался и побежал к дому напротив. Пока горел свет, пока дверь не заперта...
Джон ворвался внутрь. Ник лежал на матрасе под тонким одеялом, а Марсия втирала в руки крем, ударивший Джону в нос запахом персика.
Джон понимал: днем Марсия еще могла как-то выдерживать его взгляд, будто в окружении других ее вина разделялась на всех. Но теперь он застал ее врасплох, и страх расцвел на ее лице.
- Что?!
Ее высокий голос обещал слезы. А Джон ведь знал, что она слаба, даже для пакостей слаба.
- Я бы хотел посадить тебя в моторную лодку и лично увезти в Нью-Таун!
- Тихо, тихо! У Грэйси маленький ребенок...
Ее соседка Джона не волновала.
- Знаешь, что меня останавливает? Не твой муж, не твоя беременность и не угроза выкидыша, Марсия!
Тюбик с кремом выпал из ее рук, она подобрала его и старалась закрутить крышку, беспрестанно шепча "Тихо..."
- Джон, ты с ума сходишь?
Ник встал с постели, но Джону было наплевать.
- Я все равно верну Келли, мы будем жить здесь вместе! А ты станешь свидетельницей, как мои слова сбудутся! И Келли сама решит, что с тобой сделать, поняла? А я сделаю все, что она скажет, потому что сейчас она, Марсия... Для тебя же лучше, если она останется жива.
Джон отвернулся, пнул ногой дверь и вышел, оставив трясущуюся Марсию с ее мужем.
Теперь он мог прилечь. Нет, не уснуть.
***
Элизабет Миллер, хотя и была львицей, не упускала случая посмеяться над провалами Марка. Она с удовольствием перечитывала последний номер "Голоса". Газета сообщала, что несколько сотен революционеров (точное число неизвестно) похитили корабль и сбежали из Нью-Тауна на один из островов южной гряды. Они объявили о независимости. Ни лидера, ни названия острова пока не сообщили. Неизвестные люди распространили по городу желтые листовки с этим сообщением.
Элизабет уже созвонилась с Мэрил и узнала подробности. Оказалось, что дело провернула сама Наташа! Граждане об этом не узнали, а как жаль! Нечего удивляться, если она станет во главе новой... страны? Ну и дела!
Наташа, идеальная статуя с кукольным лицом и величественными манерами, испытывает чувства, надо же! За все время, что они были знакомы, Элизабет думала, что настроение Наташи может изменяться от холодного до морозного, изредка бывало просто прохладно. Никаких вспышек, бурь и ураганов. Но теплые чувства?! К Чарльзу?!
Элизабет захохотала.
О чем только думает Марк? Неужели в его жизни все вертится только вокруг этой больной страсти? Он спал в одной постели с предательницей!
Она набрала его номер.
- Что? - сразу отозвался он.
- Ну, здравствуй. Слушай меня: я хочу получать все решения, которые вы принимаете на совещаниях. Только с моего одобрения они будут вступить в силу.
- Я не...
- Только так! Я прочла газету, и не доверяю тебе. Все решения должны поступать по факсу или телефону. Если ты схитришь, я... даже не знаю, Марк! У меня большой выбор действий. Могу оставить город без таблеток, могу поддержать это новое государство.
Он молчал.
- И ничего не скрывай!
Прежде чем положить трубку, она добавила:
- Ах, да! Я прочла газету пять раз! С удовольствием.
Глава 11
Теплая ладонь гладила Келли по голове. Она, наивная от сонливости, улыбнулась, открыла глаза и увидела перед собой колесо автомобиля. К запаху бензина она уже привыкла. В полумраке гаража можно было представить, что они прячутся от кого-то. Подсознание предательски рисовало не те картины. Они не прячутся, а их заперли в гараже Марка.
- Я предупреждала ту девчонку, чтоб не хлопала дверью, - шепнула Лиза, продолжая гладить ее по волосам, - Или она вредная, или неаккуратная...
- Она принесла попить?
- Да, оставила все на капоте.
Келли вскочила и увидела две бутылки воды и бутерброды. Попив, она протянула вторую бутылку Лизе, которая не вставала поесть, чтобы не разбудить Келли, уснувшую на ее коленях. Да и ходить женщине было нелегко, на ее теле не осталось места без кровоподтеков или полос от ремня. Лиза рассказала, что Марк загнал ее в угол и бил, пока не устали обе руки.
- Меня зовут не Кэти, а Келли. То есть, Кэрри! Но я привыкла быть Келли...
Щеки защипало от стыда.
- Моим сыновьям тоже мало одного имени.
От силы духа пожилой женщины теплота разгорелась в груди и стремилась вытечь из глаз горячими слезами.
- Как вы здесь оказались? Почему не уехали с сыновьями?
Лиза поставила бутылку на залитый цементным раствором пол и посмотрела на Келли, будто хотела рассказать больше, чем было спрошено.