- Желтая папка на полке рядом с вами, вот и сократил путь. Лень обходить этот длинный стол.
- "Лень обходить" ему...
Нельзя говорить тихо, когда их лица так близко, но это всего лишь теория поведения.
Она отодвинула кресло впритык к стене. Расстояние между ними уменьшилось лишь на пару сантиметров. Их рукава соприкасались, потому что левой рукой он держался за подлокотник. Он ощущал мягкость бархата собственной кожей. А если чуть-чуть наклониться, можно поцеловать эту родинку, которую она снова попыталась спрятать, заметив его интерес.
- Столько беготни всего лишь из-за наследства?
- Это сложное дело. Отец не оставил братьям Веровски завещания. А квартирка занимает целый этаж.
- Разве она не полагается старшему?
- Они близнецы. Тот, кого считали младшим, и подал заявление.
- Многодетная семья, - хмыкнул Ившем, положил новый лист для копирования и посмотрел ей в глаза.
- Действительно, ведь у них есть еще и младшая сестра.
- Удивительно.
- Ничего удивительного... - она запнулась, зрачки чуть расширились - это нельзя проконтролировать. Конечно, Ившем знал, что покойник Веровски - начальник полиции, следовательно - не пьет максинал. Вот и с рождаемостью у них в семье все ок. Но Келли-то не должна проговариваться. - В чудесах нет ничего удивительного. Гораздо больше впечатляет, когда приложены огромные человеческие усилия.
Пока говорила, она несколько раз моргнула. Очень хорошая игра - лжецы обычно не мигают. Вот только не стоило опускать ресницы через равный диапазон времени. Но на большом расстоянии собеседник ничего не заметит, а на близком - заподозрит только такой человек, как Ившем.
- Трое детей - это и есть огромные человеческие усилия, - улыбнулся Джон. - Можете понимать превратно, - позволил он и посмотрел на губы со свежим слоем красной помады, в глубокие карие глаза, потом снова на губы.
- Копия готова.
- Знаю, - он ухмыльнулся и повернул голову. Как только не заскрипела сопротивляющаяся шея? Собрал бумаги и поскорее пошел к выходу. Вырваться из плена легких духов бывает тяжелее, чем из забитого гроба.
- Джон, - позвала Келли, и он вздрогнул и замер, не оборачиваясь. Впервые обратилась по имени.
- Да не волнуйтесь вы так, - подсмеялась она. - За мной был должок. И я не расскажу о вашей маленькой тайне.
Он вышел, не хлопая дверью.
Должок - это застуканный поцелуй, а маленькая тайна - то, что он не пьет таблетки. Поэтому ему сложно контролировать влечение.
За все пять дней работы и несколько месяцев слежки этот день был самым трудным. Джон жалел, что не поцеловал ее. Что она сделала бы? Бросилась в туалет? Очень любопытно узнать. За всю жизнь это были самые трудные двенадцать минут.
Глава 10
Как только за Ившемом закрылась дверь, с лица Келли исчезла насмешка, и она прилегла на стол. Не хватало только усложнять жизнь еще одним мужчиной! Разве мало их, таких же обаятельных и притягательных? Те же самые охранники в своих формах, с мужественными фигурами, высоченные амбалы... Келли, на самом деле, не видела ничего приятного в этом описании. Таких мужчин может быть очень много, а по-настоящему... Какой? Не любимый же... Может, красивый? По-настоящему красивый мужчина для каждой женщины только один - будущий муж. Келли тихо рассмеялась своей "законопослушности". В любом случае, ей надо избавиться от Питера, и есть еще Джеф.
- Черт, не размышлять же мне о распрекрасном Ившеме целый день! - она скомкала листочек с координатами Веровски, которые стажер просто запомнил, и выкинула в мусорную корзину.
Спасти от мыслей о нем могли только проблемы. Майкл дал на размышление целую неделю. Чтобы она от всей души понервничала и сдалась под воздействием нервного срыва! Келли была согласна еще в то утро. Прошло несколько дней, и она была не против отдать не только остров, но и все сбережения и свое тело, в конце концов. Какая разница? Ее все равно выдадут замуж за первого попавшегося! Лишь бы жить! Андерсен лениво дремал в кресле, от ОП нет ни весточки, и ни одного посетителя из Львиного города.
Ложная тишина...
Келли просмотрела сегодняшний график босса и удивленно округлила глаза: свободный день, ни одной встречи, кроме Веровски, с которым разберется стажер. Она пошла к Андерсену. Он читал газету. За этим занятием бессмысленное лицо босса всегда приобретало не свойственную ему серьезность и задумчивость. В такие моменты он даже нравился Келли.
- Что, детка?
Как она ненавидела это обращение!
- Веровски попал в больницу, встреча отменяется.
- Билл или Росс? Все время путаю этих засранцев!
- Билли. На сегодня больше ничего нет, Джеф.
- Ты что, забыла? Я просил не загружать четверг.
- Да, все помню, - не смутилась девушка, хотя все было наоборот.
- Едем к Бэрроузу, детка.
Она ласково улыбнулась.
- Пойду, надену плащ...
Когда он вышел в приемную, она была уже готова. Через общий отдел, гардеробную и охрану они вышли на улицу, почти безлюдную в этот час.
- Все звонки автоматически будут переадресованы на мой сотовый. А где стажер?
- Отправила с поручением. Веровски просит копии документов - совсем не разбирается в праве наследования.
- У нас есть шанс ему помочь?
- Если показания свидетелей подтвердят, что он родился раньше брата. Надо встретиться с акушеркой и медсестрами.
- Ившем?
- Не доверяю! Ему лучше заниматься бумажной рутиной в приемной. Я за Сибилл Мэллерс. У нее есть ребенок, значит, она разбирается в тонкостях, которые не известны мужчине, и знает порядки в роддоме.
- Пусть так и будет, поручи сегодня или завтра утром. Если она занята, пусть ее делом займется кто-нибудь другой.
- Да, занята. В Палате Представителей сообщили о новых изменениях в законодательстве. Что-то о комендантском часе и режиме работы. Она должна быть там. Я освобожу ее.
Он кивнул, рассеянно теребя пряжку ремня на бежевом плаще.
Моросил мелкий дождь, но озоном пахло, как после сильного ливня. По соседству желтело одноэтажное здание - Палата представителей, куда граждане обращались по любому вопросу. Представители рассматривали их заявления, предложения и жалобы, чтобы самые важные направить кому-то из ОП. Также они оглашали решения ОП всенародно.
За Палатой представителей стоял маленький домик с голубыми стенами, совсем не видимый с этой стороны. Только вокруг него росли единственные в Нью-Тауне зеленые деревья - ели. Заборчик и низенькие ворота были выполнены методом художественной ковки. Мастера изобразили потрясающих птиц с изящными тонкими клювами и длинными цветными хвостами. На Земле-2 таких существ не было, как считала Келли. Еще в школе они проходили обитателей планеты, и этих она не заметила ни среди диких животных, ни среди домашних, которых разводили в огромной ферме за городом. Это был "Ювелирный дом Бэрроуза" - семейное предприятие, существующее, как говорит нынешний глава, три столетия. Потому что основатели - жители старой планеты. Одни из самых влиятельных людей.
Они дошли до ювелирного за пять минут, а на входе столкнулись с высокой худощавой женщиной с очень светлыми глазами. Не просто серыми, а какими-то стеклянными. Она нервно поправила шарф, который накинула на черные с проседью волосы, и чуть покраснела, столкнувшись с немигающим взглядом Келли.
- Здравствуй, Джеф. Доброго дня, Келли!
- Как Чарльз? - тихо спросил босс, пожав протянутую руку дамы. Элизабет выглядела такой же больной и уставшей, как ее сын.