Двое мужчин поднялись из-за кишевших крысами куч мусора, когда квартирмейстер и целитель дошли до середины перекрестка. Под их отрепьями виднелись кожаные боевые костюмы, в руках они держали длинные, изрядно сточенные от долгого использования ножи, а на лицах застыли неприятные улыбки.
— Отдай добром, друг, и останешься жив, — угрожающе пробубнил один из них Сарасперу, указывая на мешок, от которого все еще поднимался легкий пар.
— Вы были у Окна! — рявкнул второй, угрожающе взмахнув ножом. — Отдайте мешок!
Краер молниеносно пригнулся, подхватил из-под ног горсть склизкой массы, которая некогда была фруктами, и почти небрежным движением швырнул ее в лицо ближайшему из нападавших. Тот закричал, попятился, но ловкая подсечка тут же сбила его с ног. Его напарник, изрыгая проклятия, ринулся вперед, размахивая ножом, но зарезать Краера было совсем не просто.
Обманутый ложным движением квартирмейстера, его противник увяз в одной из многочисленных куч отбросов, а Краер метался вокруг него — казалось, что такая скорость движений недоступна обычным людям, — рубил, колол и снова рубил. Вскоре вояка, беспомощно перебиравший ногами в скользкой грязи, получил не менее полудюжины ран, резко побледнел — это было заметно даже в полумраке грязного закоулка — и принялся судорожно хватать воздух широко открытым ртом.
Тогда Краер выхватил откуда-то большой кусок ржавой трубы — и когда только он успел его углядеть? — и, повернувшись всем телом, описал в воздухе размашистый круг. В конце движения его новое оружие точно встретилось с локтем противника, и нож, загремев по чему-то твердому, улетел прочь. Обезоруженный грабитель ухватился за ушибленную или сломанную руку, а труба в своем обратном движении угодила ему по голове, и он молча упал ничком. Второй из нападавших мерзко ругался, размазывая по лицу грязь и слезы, и при этом пытался строить угрожающие гримасы. Но Краер широко улыбнулся ему из-за мешка, который держал оторопевший Сараспер, и сказал:
— Уходи добром, друг, и останешься жив.
Бродяга яростно взглянул на ухмыляющегося квартирмейстера, на мешок с едой у его спутника и на нож, который, словно по волшебству, перелетал из руки в руку противника, показавшегося ему сначала таким маленьким и слабым. Теперь нож был изготовлен для броска, и бродяга это заметил, — он резко повернулся и пустился бежать по одному из переулков.
— Клянусь Троими! — выдохнул Сараспер. — Это было… просто… Краер? Краер!
Квартирмейстер подошел к ближайшему окну и, повернувшись, с улыбкой показал товарищу три бутылки вина, которые ловко держал за горлышки одной рукой.
— Ты только посмотри, что порой попадает в руки! Люди совершенно не думают о том, где можно оставлять вещи, а где нельзя. Нельзя ли мне попользоваться этим?
— Да, но не больше чем на час, — сухо ответил целитель, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. — Только постарайся приберечь немного и для нас троих, ладно?
Они снова пошли быстрым шагом по улицам, больше похожим на лестницы, и в конце концов оказались на площади, куда сходились торговцы, чтобы сбывать остатки товаров, брать и давать в долг и вообще закладывать основы своего дальнейшего процветания. Пока путники пробирались между оживленно жестикулирующими людьми, до их ушей долетали обрывки возбужденных разговоров.
— А я говорю, что будет еще одна война, и очень скоро! Только вчера…
— Этого не может быть, Нолос, даже волшебники не способны находиться одновременно в двух замках. Если пос…
— Маги собираются со всего Дарсара. Я слышал, что кто-то из них погиб в крушении, случившемся на реке. Идут разговоры насчет Спящего короля — похоже, что нашли его могилу и она вся нашпигована магией! Не было бы…
— Так вот, говорят, что Серебряное Древо хочет захватить наш город. Да-да, захватить, снести чуть ли не всю улицу Правителей и построить на самой верхотуре огромный замок! Разве это не…
Два человека в длинных плащах неожиданно отделились от группы торговцев благовониями и поспешили за Краером и Сараспером, радостно тащившими своим друзьям обильный ужин. На ходу преследователи придерживали рукояти висевших у пояса мечей, чтобы не задевать плотно теснившихся здесь невнимательных торговцев.
— Аглирте не нужен такой король! Солдаты по ночам поджигают дома, они заковывают в цепи и превращают в рабов всех, кто хотя бы косо посмотрит на них. Нет, я так не думаю. Все кончится так же плохо, как…
Путь от замка Серебряного Древа до Силптара был неблизким, Дарентар Джалит и Ларондар Лаернсар не нуждались в том, чтобы им напоминали о полученных от барона приказаниях. Постоянный зуд во всем теле и судороги в руках и ногах, которые каждый из них испытывал при каждом шаге не в том направлении — ничего подобного ни тому, ни другому еще никогда не приходилось ощущать, — вынудили их понемногу зауважать волшебников. Если уж таково мелкое волшебство, то нечего удивляться тому, что маги в большинстве были настоящими ублюдками.