Это был совсем не тот конец, на который рассчитывали для себя Маркоун или Кламантл, но ведь мало кто из смертных обитателей Дарсара имел возможность выбрать время или способ для того, чтобы расстаться с жизнью.
Когда в круг вступила целая толпа изуродованных тел бардов и безголовых обгоревших волшебников, восхищенный жрец громко рассмеялся, а ритуальный танец все ускорялся, и все громче звучала победная песнь Камня…
На мраморном полу гостиничного номера в Урнгаллонде вырос целый горный хребет из винных фляг и бутылок. А над их сверкающими пиками возвышалась огромная лохань, из которой торчали четыре головы. В комнате царило веселье.
— О боги! — задыхаясь, воскликнул Краер, чуть не уронив полупустую бутылку в приятно теплую, благоухающую воду. — Я чувствую в себе такую мужскую силу!
— Ха! — откликнулся Сараспер, выхватив вино из руки квартирмейстера. — Значит, больше не будет тебе развлекательных поездок с госпожами волшебницами!
— Однако, — протянул своим грохочущим басом Хоукрил, — я никогда не думал, что все это закончится купанием вместе с госпожой волшебницей в ванне, в которой будет больше вина, чем воды! Не даст ли мне кто-нибудь еще бутылочку? Эмбра?
Владычица Серебряного Древа вдруг притихла.
— Эмбра? — резко повторил латник. — Снова что-то не так?
Волшебница неожиданно мрачно взглянула на него и, ничего не сказав, уставилась в воду. Трое мужчин поспешно вскочили на ноги и увидели, что камень, до этого спокойно лежавший на дне рядом с девушкой, вдруг засветился тревожным мигающим сиянием.
— Госпожа, — ровным голосом спросил Сараспер, — что происходит? Скажи нам!
Эмбра вскинула голову; ее мокрые волосы рассыпались по плечам, а глаза казались огромными и темными от нехороших предчувствий.
— Магия, — упавшим голосом пробормотала она. — Какая-то магия пытается схватить Камень.
Не успела она договорить, как ярко светящийся Камень поднялся к поверхности воды и наполовину высунулся из нее, словно покрытый росой ядовитый гриб. В следующее мгновение он уже повис над водой, и по мере того, как он поднимался, белое свечение разгоралось все ярче и ярче.
Волшебница Серебряное Древо ухватилась за него обеими руками, так что костяшки пальцев побелели от усилия, и беззвучно шептала молитвы Троим.
Мужчины испуганно смотрели, как Камень медленно и беззвучно взмывал ввысь вместе с волшебницей, пока она не повисла в воздухе; с ног девушки в бадью сыпались крупные капли благоуханной воды.
Хоукрил трясущейся рукой схватил волшебницу за лодыжку и неожиданно слабым голосом воззвал:
— Эмбра! Госпожа Эмбра! Может быть…
Волшебница растерянно взглянула на него — ее ноги уже поднялись выше его головы; напрягшееся от усилия, блестящее от воды тело медленно, но неуклонно поднималось к потолку.
— Я… — медленно выговорила она непослушными губами, и в это мгновение Камень ослепительно вспыхнул.
Трое мужчин видели струйки пара, выбившиеся из-под изящных пальцев, — это мгновенно высохла мокрая кожа. Затем послышался грозный гул, и вокруг Камня появился ореол золотисто-зеленого пламени.
Эмбра закричала от боли. Мужчины, стоявшие, беспомощно задрав головы, на полу, сами с трудом сдерживали крики ужаса, видя, что ее отчаянно цеплявшиеся за Камень пальцы начали обугливаться.
17 НЕ ЗНАЮТ КАМНИ ПОКОЯ
ШИПЕНИЕ горящей плоти было таким громким, что его не мог заглушить даже плеск воды, с которым трое мужчин выскакивали из бадьи, чтобы прийти на помощь волшебнице, беспомощно висевшей, вцепившись в Камень Жизни.
— Не прикасайтесь ко мне! — крикнула девушка, превозмогая боль, — Назад!
Языки пламени выбивались из-под ее уже почерневших пальцев, из глаз Эмбры текли крупные слезы.
— П-п-окажи мне п-п-причину этого! — приказала она дрожащими губами.
Дваер засветился по-иному, и внезапно возле вытянувшейся в воздухе обнаженной волшебницы возникло изображение: зал, в середине которого стоял человек в мантии необычного вида, державший в высоко поднятой руке другой Камень, а вокруг него плясало множество народу. Все эти люди, казалось, были пьяны, они лишь изредка мотали безвольно повисшими головами, зато их руки и ноги дергались с дикой скоростью. Те, кто плясал рядом с человеком, державшим Камень, были обнажены, но их тела обвивали змеи — было видно, что они то и дело кусали своих владельцев. Дальше плясали в основном мужчины, в разнообразных одеждах, но вид у всех был…