- Чем зарабатываешь? – Сейф потянулся к пачке и с осторожностью взял сигаретку. Через столик ближе к выходу тоже баловались табачком. И девицы там с ухоженными мордашками изящно пускали дым к потолку. Все-таки Пещеры – не Озерное и не Оплот, не говоря уже о вымирающих Выселках. Здесь народ, хоть и не весь, но имеет вкус к жизни. Это ж сколько у них запасов, что до сих пор не перевелись сигареты?! Говорят, Хряпа перед Девятым завез сюда только сигарет, чая и кофе вертолетом десять тон. Слишком на вранье похоже, но факт - сигареты до сих пор водятся.
- Так, озерных порохом снабжал прямо из лаборатории. Без ходок, конечно. Сразу в Приделе в обмен на рыбу, - растолковал Герц, тоже закуривая. – Боюсь, Скряба нашу лавочку прикроет. Жадный, сука, не любит, когда что-то мимо него. Но я за жизнь: нет больше деда Павловского. Выходит, не навестите. Или разве что на могилку. Сейчас водяры Людка принесет, помянем.
- Здоровый мужик Андреевич был. Что такое? – поинтересовался Гусаров, предчувствуя, вот-вот разговор сделает ожидаемый разворот к Ургину.
- С виду здоровый, а сердце слабое. Знаю, он на траве что-то там себе настаивал, лечился. Но… В общем, наехали на него. Нервишки шальнули - инфаркт или что там обычно бывает, - Герц с опаской глянул на вошедших в зал. Убедившись, что физиономии не особо знакомые, продолжил: - Так Ургин в этот раз не с вами что ли? Не пойму: с вами или нет?
- А ты так и не сказал, зачем он тебе и Нурсу, - заметил Олег.
- Видишь ли, разговор такой, что за него пришибить могут… - Герц глубоко затянулся, мотнул головой, роняя на лоб рыжеватые волосенки. – Писец, Олежек, какой разговор. Полный писец! Понимаешь,.. просто Ургин в теме Павловского. Павловский Ургину кое-что на словах передал. А потом… Да ну его нахрен, в общем, - он махнул рукой и еще раз жадно затянулся.
Люда как лодочка выплыла из-за занавески с заказом. Поставила три миски с парящим супом. Душок валил такой, что у Сейфа раздулись без того широкие ноздри, и в желудках что-то хищное заворочалось у всех троих. Тихо цокнула о столешницу бутылка водки с самопальной наклейкой из тетрадного листа «Кисличная» - зеленые листики, ягодки, выведенные цветным карандашами, и расплывчатая печать «Иволги», мол, знайте, где сработано.
- Гречка с тушенкой минут через двадцать, - сообщила официантка.
- По пятьдесят за Андреевича, - едва она отошла, Илья плеснул немного в стаканчики.
- Ну, царство светлое и теплое, - проговорил Гусаров. – Верю, Андреич, тебе там не хуже, чем нам здесь.
Выпили, не чокаясь. Асхат аж крякнул от перехватившего дух тепла. И сразу за ложку, хлебнул супа. Вкусно. Готовить в кабаке умели. А когда до полуобморока голоден, и тебе под нос такое, то это, наверно, и есть момент рая на проклятой земле. Сидишь, разомлев, и думаешь, что за такое маленькое блаженство, не жалко отсыпать последние монеты, поесть как нормальный человек, а потом… хрен, что потом – потом и душу можно отпустить на волю.
- Ну, колись, Илюш, что ты там не договорил? – Олег ковырнул ложкой в миске. Розово-серые, нарезанные кружочками шампиньоны и бледные перышки пещерного лука плавали между зерен разваренного риса. Такое ешь не часто, только в Пещерах и не каждый раз. Отдавало это уходящей, болезненной памятью о разрушенном мире. Городом, которого больше нет, родной, уютной квартирой, синим небом за окном и солнцем в шелестящих кронах деревьев. Хотелось наброситься на кушанье, словно прожорливое, невоздержанное животное, и кидать в себя ложку за ложкой. Но память… ее нельзя есть быстро, ей надо дорожить – иначе ты не человек. Гусаров зачерпнул немного супа и бережно поднес к губам, подняв взгляд к Герцеву.
- Да что говорил… что… - тот повел плечами и протянул растопыренную пятерню к бутылке. – Давайте еще по пятьдесят? Накатим для аппетита.
Он разлил, не дожидаясь одобрения, подвинул стаканчик Гусарову и подмигнул Асхату.
- В общем, Ургин нужен Нурсу во как! – Герц приложил ребро ладони под кадык. - Собирались даже двинуть к вам в Оплот. А тема такая: Павловский передал ему кое-что об одном интересненьком месте, - он осушил свой полтинник одним махом и заработал ложкой, глотая суп. – А вы разве об этом ни слухом, ни духом? – осторожно спросил он, оторвавшись от еды.
- Мы никак. Ты что-нибудь слышал? – Олег вполне серьезно посмотрел на татарина.
- М-м, - промычал Сейф с набитым ртом и подтвердил неосведомленность, мотнув головой.
- Ты же знаешь, Ургин – скрытный человечище. Даже друзьям мало о чем. Давай так, Илюш, ты нам все как на духу по теме Павловского, а мы тебе кое-что интересное про Ургина? – предложил Гусаров, все держа перед собой опорожненный стаканчик. - Обещаю, после того, что я скажу, Нурс в его поисках станет заинтересован меньше.