Реальность происходящего давила, угнетая настолько, что захотелось лечь, сжаться, как в материнской утробе, закрыв глаза, отстраниться от происходящего и навсегда забыть увиденное. Но окружающая действительность решила иначе. Мир прокрутился вокруг него, восток сменился западом, а тени прошлого в настоящем зашевелились. В окружении бессловесных фантомов он запаниковал, решил бежать, но тело ему не повиновалось.
Они обступили его со всех сторон, протягивая обугленные руки, в безмолвном крике открывая рты. Он попытался отбиваться, но не мог пошевелить даже пальцем и, чувствуя подкатывающий к горлу тошнотворный ужас, захотел кричать. Так и не родившийся вопль жестким комом застрял в горле. Осталось только беспомощно наблюдать, бешено вращая, выпученными от страха, глазами за, всё ближе подступающими, тенями. Одна из них вырвалась из общей массы и приблизилась почти вплотную. Лица не разобрать, черты смазаны, кривой рот монотонно, беззвучно открывается и закрывается, безостановочно повторяя одни и те же слова: — Ад на земле.
— Ад на земле!
— Милый прекрати! Проснись!
Голос Фрау вырвал его из сна, и он запнулся на полуслове.
— Ад на… Фуф! — он сел, немного ошарашенный пережитым сном.
— Плохой сон? — чутко спросила девушка, поглаживая его по спине. — Ты повторял одни и те же слова.
— Ад на земле?! — поинтересовался поисковик, проведя рукой по покрытому испариной лбу.
— Да.
— Сны последнее время, мягко говоря, не нормальные.
— Расскажешь? — Фрау положила голову ему на колени и поерзала, устраиваясь поудобнее.
Бес провёл по волосам девушки и легонько щёлкнул по кончику её аккуратного носика.
— Не сейчас.
Он откинул полог палатки в сторону в надежде впустить утреннюю прохладу, но вместо этого получил порцию зноя.
— Смотри! — рука девушки вытянулась, указывая на темную точку, кружащую на фоне серого неба.
— Ворон.
В лагере поднялся шум. Послышались отрывистые доклады. Забегали люди, бряцая оружием.
— Я, кажется, начинаю понимать, как Береговые узнают о чьем либо приближении. Хватит разлеживаться, мы должны быть в курсе событий.
Они выбрались из палатки. Поисковик сразу же увидел, поднимающегося по лестнице на стену дока, Баркаса. Бросились следом, но были остановлены парой дружинников коротко бросивших:
— Запрещено!
— Баркас! — окликнул лидера Береговых поисковик и, вопрошающе, указал на себя и Фрау.
Здоровяк секунду обдумывал свое решение.
— Пропустить!
Они, в буквальном смысле, бегом поднялись на стену и остановились в закрытой камуфляжной сеткой пулеметной точке, пытаясь разобраться в обстановке.
— На открытое пространство никому не выходить!
Живчик на всякий случай перекрыл проход.
Примерно в полукилометре от дока в том месте, над которым кружил ворон, мелькали фигуры в черном камуфляже. Двигались организованно, но быстро, явно уходя от преследования.
— Твои друзья, пожаловали. — Поставил поисковика в известность Баркас.
— Возможно. — пожал плечами Бес.
— Абсолютно точно. — настоял здоровяк. — Десять бойцов.
По округе разнеслось хриплое карканье ворона, и он сместился немного дальше.
— А вот и их преследователи. — прокомментировал Живчик.
Пулеметчик у «Корда» прильнул к прицелу.
— О! Да их как тараканов! Они и не прячутся! Просто бегут за «бандерлогами».
— Дай гляну. — лидер Береговых мягко отодвинул дозорного. — Так и есть. Фанатики. Интересно получается. — он скрестил руки на груди, но Бесу казалось, будто он их возложил на своё объемное пузо.
— Они пропустили всех кто им нужен и захлопнули ловушку. — предположил Бес.
— А Дикие где? и Вольные? — вступила в разговор Фрау. — Про инкогнито сумевшего объединить Фанатиков и «дегров» все забыли?
— Ты это к чему? — заинтересовано повернулся к ней рыжий здоровяк.
— В этом случае, логично было бы предположить и присутствие «дегров» раз уж они сотрудничают.
— Этого не может быть! — отрезал Баркас. — Вам не хуже меня об этом известно!
— Вот ты им об этом и скажешь. — продолжала настаивать Фрау.
— Подождем, увидим. — пожал плечами Бес, не пожелавший вступать в спор.
Со стороны пирса донеслись выстрелы. Бегущая за «бандерлогами» разномастная толпа разделилась, преследователи пытались отрезать им все возможные пути отхода. Фанатики в основной своей массе вооруженные, чем попало, от самодельного ударно — дробящего действия до ржавого огнестрела. Они совершенно безрассудно, не прячась, преследовали свою «добычу», некоторые из них визжа, вбегали на груды хлама, чтобы кинуть своё первобытное оружие в вдогонку и упасть, разбрызгивая капли крови получив в ответ несколько пуль. Безумная толпа с затуманенным одурманивающими веществами разумом, замотанная в тряпье, покрытая струпьями и всевозможными болячками против небольшой кучки воинов скованных жёсткой дисциплиной. Бойцы, в черном камуфляже оставив нескольких воинов в арьергарде отвлекать на себя внимание, попробовали пробиться к портовым зданиям, но были встречены шквальным огнем из окон и попрятались в нагромождениях обломков техники. «Бандерлоги» понимали, что попали между «молотом и наковальней». У них оставался один путь отступления, к стене дока под пулеметы Береговых. Огонь бойцов прикрывающих отступление основной группы затихал один за другим. Последний из оставшихся не пожелал сдаться на милость победителей и подорвал себя, забрав с собой нескольких бесновато вопящих фанатиков. Ликующие оборвыши торжествующим воплем известили о своей маленькой победе. Подняв на руках окровавленные тела «бандерлогов» и своих погибших товарищей, они утащили их вглубь позиций.