Вопрос Майи казался ему глупым.
– Не знаю.
Кофе был слишком сладким и совсем невкусным, купленным в местном круглосуточном магазине за углом.
– Во сколько ты вернулся? – Майя села рядом на небольшой потрепанный жизнью диванчик.
Артём опять пожал плечами.
– Ты снова был с ней? – догадалась Майя.
Он отхлебнул ещё кофе. Артём почти никаких вкусов не чувствовал, только кровь. И сахар – иногда. А в эту жестяную баночку сахара было намешано столько, что даже Артём мог разобрать – кофе сладкий до ужаса.
– И кто она? – немного грустно выдохнула Майя, откидываясь на спинку дивана. – Ты понял?
На пару секунд повисла тишина.
С первого появления Артёма здесь почти ничего не изменилось: всё та же старенькая мебель, обшарпанные стены и вечно задёрнутые шторы. Свет в этой квартире никогда не включался – они и так прекрасно видели, да и к тому же в темноте было комфортней. Привычней. Когда Артём впервые встретился с Майей, она жила здесь одна, и трехкомнатная квартира была жуткой роскошью. А сейчас их оказалось целых трое. Правда, Мира почти никогда не показывалась, всё время проводила в крошечной спальне. Артём не понимал, как можно так много спать: для него сон всё время был больше фикцией. Да и сном это было трудно назвать: он как будто бы в чёрный омут проваливался. Без сновидений, без кошмаров, вообще без ничего. Сплошная темнота, не несущая никакого отдыха.
– Артём, она ведь…
– Не вампир? – оборвал Артём. – Не упырь? Не вурдалак? Ты это хотела сказать, Майя? Ты имеешь в виду, что она – нормальная? Светлая?
Майя поджала губы. В темноте комнаты её зеленые глаза казались почти чёрными.
– Да мне уже плевать, Майя, – раздражённо продолжил Артём. – Я и так ограничен дальше некуда. Отказываться от неё я не буду.
– Я не прошу тебя отказаться, – тихо ответила Майя, и Артём понял, что именно этого она и хочет, – просто… Просто будь осторожней.
Артём хмыкнул.
– Скорее, тому, кто общается со мной, следует быть осторожным.
Майя ничего не успела ответить – раздался звонок в дверь.
Артём поднялся, всё так же держа банку кофе в руках, вышел в неосвещённый коридор и взглянул в глазок. Нахмурился.
– Что это она здесь забыла? – пробурчал он себе под нос.
– Кто там? – спросила Майя.
Когда Артём закончил возиться с замками – дверь распахнулась сама, и он оказался прижат к противоположной стене одним мощным рывком. Кофе пролился прямо на рубашку, и Артём недовольно поморщился.
– Вы чё творите? – прорычал кто-то прямо над ухом.
Мужчину, который так удачно припечатал его к стене, Артём не знал. Огромный, с короткой стрижкой и немного жутковатого вида шрамом на щеке.
– Я ещё раз повторяю: что за шутки? – незнакомец встряхнул Артёма, и тот неприятно приложился головой о стену.
Мужчина был человеком. Артём чувствовал, как течет внутри него кровь, и понимал, что убить его труда не составит. Сложнее будет его не убить, но Артём недавно ел, поэтому держать себя в руках пока ещё было легко. К тому же, он знал, что чужие игрушки ломать нельзя. Но кофе было очень жалко.
– Что такое? – услышал Артём вопрос Майи, вышедшей в коридор.
– Что за чёрт! – прошипел мужчина. – Мы же договаривались – никаких человеческих жертв! Повеселиться захотелось?
– Мы? – иронично переспросил Артём. – О чём это мы с тобой договаривались?
– Человеческих жертв? – переспросила Майя. – Это что ещё за обвинение?
– Птица, твою мать, убери его, – не выдержал Артём, обращаясь к стоявшей в дверном проеме девушке. – Или я за себя не ручаюсь.
На самом деле, её, конечно же, звали не Птица. В паспорте у девушки было написано Рада, но Артём привык называть её так. Да и не только Артём. Рада как будто бы сошла с иллюстрации какой-нибудь фэнтезийной книжки: высокая, с огненно-рыжими волосами, аккуратными локонами, спадающими по плечам, и золотыми глазами. Когда Артём встретил Раду в первый раз, то подумал, что она носит линзы – настолько неестественным казался цвет. Единственное, что не вписывалось в сказочный образ – форма полиции, но Рада даже в ней умудрялась выглядеть потрясающе.