Сам факт того, что лорды смогли подчинить себе драконов, уже заставлял поджилки трястись, а кровь стынуть в жилах. Молодой воин отчётливо помнил, как вместе со своими соплеменниками смотрел на вражескую армию с городской стены. Белые флаги с изображениями солнца и луны извещали его народ о скорой погибели.
Ходило множество слухов об империи, или «лордерионе» — так они себя называли. Один ужаснее другого. Говорили, что на месте когда-то цветущих городов, их легион оставляет после себя лишь усеянные пеплом равнины. Даже самый слабый их солдат стоил пятерых, а всех воинов противника, который не сдался на их милость, они распинают на деревянных столбах, оставляя умирать от голода и жажды.
Из-за стройных рядов легионеров выехали несколько всадников на странных, ящероподобных существах и направились к городским воротам. Армия преступила к разбитию лагеря, на достаточном расстоянии от городских укреплений. Среди отряда выделялись двое вояк, один в серо-синих доспехах, другой в красно желтых. Остальные пятеро, были простыми телохранителями.
— Мы приветствуем жителей города Анк-хао! — проговорил на гортанном языке детей Абтхет, всадник в красном. Его голос был усилен магией, так-что все могли его слышать. — Мы пришли договорится, дабы избежать кровопролития!
Примерно через минуту, громадные, оббитые зачарованной сталью крепостные ворота отворились, впуская незваных гостей в недра песчаного города. Вооруженные до зубов стражники проводили их в тронный зал, где в присутствии старейшин-патриархов и сильнейших воинов произошли переговоры. Молодой Атха тоже был там.
Гости сняли свои странные головные уборы, и перед тем как заговорить, уважительно поклонились собравшимся. Атха, как и его соплеменники, ни разу в жизни не видел подобных существ, и разглядывал прибывших с толикой опаски и интереса. Их кожа была гладкой, а шерсть покрывала лишь затылки. Не было когтей на тонких лапах, и острых клыков, не то что у Абтхет. Ни у кого из них даже не было хвоста.
Громадный воин в красном, с похожей на камень, желтой кожей, был на полторы головы выше любого из присутствующих Грива, его не по возрасту седых волос, была собрана в пушистый хвост, а взгляд желтых, храбрых глаз на прямоугольном лице прямо-таки источал дружелюбие и слегка надменную уверенность, несмотря на холодный приём. Закованный в мастерски исполненные, громоздкие латные доспехи, он всё время опирался на исполинский, как раз ему под стать, тяжеленный двуручный меч в роскошных, бордовых с золотом ножнах. Такой, даже ударом плашмя, способен превратить все кости в теле противника в пыль.
«Размерами своего меча он явно пытается что-то компенсировать…» — проскользнула у Атхи ребяческая мысль.
Тот что в синем, был высоким и худощавым. Смазливое аристократичное лицо, ухоженные серые волосы, раздражающий беспристрастно-высокомерный взгляд. Он носил невероятно дорогие на вид, изукрашенные множеством изящных узоров доспехи, наверняка переполненные магией до краёв. Но он не был воином, даже оружия при себе не имел, только короткий кинжал на поясе. Мысль о том, что кто-то вроде этого червя может сунуться на поле брани, где сквозь мясорубку проходят сотни простых солдат, вызывала у Атхи усмешку. Синий был скорее переговорщиком и дипломатом, вечно чешущим языком, нежели настоящим бойцом. Этот факт подтверждали его круглые очки, постоянно сползающие с мокрой от пота переносицы. У него здешний климат явно вызывал раздражение, хоть он и не подавал виду.
Но внимание Атхи привлекли совсем не эти важные господа, а представительница их сопровождения. Длинные, блестящие на солнце, черно-синеватые волосы, свисающие из-за небольших бараньих рожек. С виду тонкая и хрупкая, но закованная в тяжелые вороненые доспехи, с закинутым на плечо увесистым кригсмессером*. Эта безмятежная, спокойная улыбка изящных губ на идеальном, словно фарфоровая маска лице, и большие, буро-красные глаза оставили пылкий отпечаток на сердце молодого воина.
Собравшиеся в зале дети Абтхет с опаской смотрели на посланников и их сопровождение. Каждый был вооружен, им хватило бы единственного повода, для немедленного убийства незваных гостей. В воздухе чувствовалось явное напряжение.
— Наш военный кодекс обязывает нас перевести переговоры с противником, прежде чем приступить к сражению. Каких бы богов не почитал противник, какими бы жестокими не были его законы и традиции, и сколь бы сильна не была наша вражда. — отчеканил бодрым басом алый воин.
— Не желаете ли, для начала представится? — прокряхтел старейшина Атун, по прозвищу Седогрив. Старый шаман выглядел сильным и выносливым для своих лет, хоть и опирался на свой деревянный посох с соколиными перьями.
— Моё имя — Освальд Штайнхарт. Я эмиссар мира! — гордо произнёс воин с каменной кожей, живо жестикулируя.
— Я, Влад Аскарон. — со змеиным спокойствием в голосе произнёс бледный, скрестивший на груди руки. Они оба отлично владели Абтхетом. — Вы могли слышать обо мне, как о «Сером Ужасе». Я эмиссар войны Иритилла.
«Эмиссары войны и мира… Ужас и Штайнхарт… Это же лорды! И эта худая, бледная пиявка, это тот, кем нас пугали в детстве!? Монстр, в одиночку сразивший могучую ведьму, Белую Императрицу богомолов? Этого просто быть не может!»
— То есть, это не вы, так называемые, второй, и третий лорды? — произнёс стоящий слева от Атуна старец.
— Мы исполняем свои обязанности как лорды, больше в невоенное время. — ответил назвавшийся Освальдом.
Старейшины о чём-то зашептались. Атха знал, что сейчас они решают, выслушать ли лордов, или убить всех до единого и сбросить изрубленные тела с городской стены.
— И что же милостивые лорды с юга хотели нам сказать? — нарушил короткое молчание Седогрив. Теперь в его голосе слышался намёк на какое-никакое, но уважение. Обстановка слегка разрядилась. Воины «Багрового Когтя» перестали нервно держатся за свои скимитары.
— Для начала хочу кое что прояснить. — начал красный. — Мы знаем, какие слухи о нас ходят. Но почти все они, это сплетни злых языков, пущенные дабы запятнать честь наших воинов. Мы не сжигаем города, и не убиваем невинных жителей. На нашей войне гибнут только те, кто идёт против нас с оружием в руках…
— Каждый из стоящих здесь сыновей и дочерей Абтхет — воин. — бесцеремонно перебил посланника один из старейшин. В его голосе слышалась нескрываемая злость. — Все мы, берём в руки мечи и копья ещё с ранних лет, ибо в каждом из жителей Анк-хао, течёт кровь истинных воинов. Заруби себе это на носу, чужеземец!
«Никто из них не любит, когда его народ недооценивают, хотя им плевать, что об этом думает сам народ. Как же меня бесит их напыщенность и надменность! Старики считают, что они лучше всех просто по тому, что своё отвоевали. Никакого уважения к кому-то кроме себя.»— Атха никогда не любил патриархов. Именно традиции и законы, предписанные ими простым жителям, заставляют его быть тем, кем он есть — налётчиком, бандитом и убийцей.
Освальд недовольно улыбнулся, бросив взгляд на безоблачный небосвод и извивающийся на ветру красный стяг клана.
— У нашей войны высшая цель, которая оправдывает многие средства — прекратить войны в этом мире. — спокойно продолжил за него эмиссар войны с необычайной прямолинейностью. — Мы проливаем кровь свою, и кровь «не зрячих», дабы она больше никогда не оросила земли этого мира.
Несколько секунд заняло осознание сказанного. После чего, зал взорвался бурным смехом. Хихикали даже старейшины, чьи лица улыбки не украшали уже долгие годы. Не смеялся только Атха. В нём словно что-то переклинило. Такая реакция ничуть не подкосила уверенность эмиссаров. Лица их сопроводителей украшали каменные маски, словно они уже видели это представление не один раз.