Вальдо нервно дёрнулся, когда дверь за его спиной с грохотом захлопнулась.
«Я точно забрёл в чьё-то жилище или в музей искусства… что менее вероятно. Пожалуй мне здесь находится не стоит.» — он с силой толкнул входную дверь, но та осталась неподвижна. — Вот же! — он навалился со всей силы, но не сумел сдвинуть её с места и на миллиметр. — «Захлопнулась!»
Музыка как ни в чём не бывало продолжала играть из другой комнаты. Но не похоже, чтобы тут был кто-то кроме юноши.
— Что же… — бросил парень, уверенно ступая по залу. — Похоже я здесь надолго. — он со слабым интересом рассматривал висящие на стенах картины.
Это были несомненно достойные произведения искусства — натюрморты, старинные портреты каких-то правителей, изображения военных баталий с участием лордов и захватывающие дух пейзажи городских массивов. Но парню больше нравилось рисовать самому, чем смотреть на работы других.
«Тот кто здесь живёт, явно любит собирать дорогие и блестящие штуковины.»
Вальдо неспешно дошел до конца зала, где на почетном месте, в свете десятков не гаснущих свечей висел парадный портрет высокопоставленной особы. Парня до костей пробрали неприязнь и раздражение. На картине в горделивой позе был изображен третий лорд в тяжелом латном панцире. Церемониальные доспехи с золотыми узорами и тяжелым алым плащом ему удивительно подходили. В правой руке лорд держал какой-то документ с множеством восковых печатей, а левой придерживал исполинских размеров двуручный меч в бордовых с золотыми вставками ножнах. Рядом лежал гербовый щит — солнце с львиной мордой. Вальдо казалось, что широкая улыбка Освальда, или как там его звали, буквально источает высокомерие и толику презрения к смотрящему, вызывая желание стереть ухмылку с его лица.
— Утро доброе, незваный гость! — услышал он голос за своей спиной, сразу зная, кто с ним заговорил.
— Здравствуйте… — ответил Вальдо, поворачиваясь лицом к хозяину жилища. Пусть он и хотел развеять тоску одиночества, но уж точно не общением с третьим лордом. Этот напыщенный, дружелюбный лишь с виду тип, поселил в парне стойкую неприязнь ещё на том ужине, с которого юношу выгнали, как паршивого кошака. Да, лорд был тем, кто заменил ему потерянный глаз, но это случилось лишь благодаря просьбе Влада, так что неприятный осадок всё же оставался.
Белогривый здоровяк сжимал в гигантской ладони свою маску, что напоминала раскинувшую крылья латунную птицу с увесистым квадратным рубином на спине. Освальд был одет в свою неизменную медовую мантию а его лицо украшала та же улыбка, что и на картине.
— Вальдо, да? Новый ученик Влада. — ещё шире улыбнулся лорд, подходя ближе к юноше. Его брови слегка сдвинулись, когда он узнал забредшего к нему домой парня. Всё же костяная маска Вальдо немного сбила его с толку. — Пожалуй у меня найдётся для тебя десяток минут… Какими судьбами здесь?
— Да вот… — неуверенно начал юноша. — Гулял по Академии, заблудился, и каким-то образом оказался здесь… Не думал, что это ваш дом… пока не увидел картину… — кисло улыбнулся Вальдо. На фоне продолжала играть музыка.
— Я здесь уже лет сорок не живу. — громадный лорд с какой-то, еле заметной тоской глянул на собственный портрет и видно, всё же поняв о чем думает парень добавил: — Мне это «творчество» тоже не особо по душе. Луно настоял, чтобы его нарисовали для учебников по истории, а парадные портреты — они такие… В них нет и толики искренности, такой мазне самое место в историческом музее… Но я знаю, что должно тебе понравится. — он не дожидаясь ответа скрылся в левом проходе. Вальдо поспешил за ним.
За аркой скрывалось просторное жилое помещение в форме полукруга, с королевских размеров ложем в его центре. Мраморный пол был устелен толстыми коврами с завивающимися узорами. У левой стены находился небольшой письменный столик и громоздкий комод из тёмного дерева, в углу стояли горшки с домашними растениями. На стенах с приглушенного бурого цвета обоями висели пара ничем не выделяющихся гербовых щитов и незамысловатых мечей. Из огромного окна с алыми бархатными занавесками открывался отличный вид на башни академии с медными флюгерами и теснящиеся где-то внизу городские домишки. Рядом стояли пара глиняных горшков с домашними папоротниками.
То, что хотел показать юноше лорд, была небольшая картина в изящной рамке, висящая над комодом. На ней были изображены все четверо лордов вместе, в своей повседневной одежде, будто на большом семейном портрете. Флинка, будто младшая сестра, сидела в кресле, в самом центре полотна. Сзади, как братья, стояли остальные лорды, с лева на право — Освальд, Луно, положивший руки на плечи своей возлюбленной, и Влад. Довольные улыбки на лицах, тёплые тона и краски придавали полотну особый уют… И никаких излишеств. Художник явно ел свой хлеб не зря, жаль что размерами эта картина не внушала.
— Это… хорошая работа… — парень не мог передать словами, чем именно она так хороша. — Она выглядит… Правильной?
— Так и есть… Угощайся, гость. — Освальд протянул юноше квадратный стакан для бренди с плещущейся внутри красновато-бурой жидкостью. Во второй руке он держал точно такой же, а на столике стояла гранёная бутыль из дорогого хрусталя.
«Он же знает, что мне всего шестнадцать?»
— Наливка из дикой вишни, производства фавнов восточного Сумеречного Леса. Напиток не дорогой, но вкус имеет отменный. Фавны знают толк в алкоголе. Мои соплеменники умеют гнать только водку и жалкую пародию на ром абтхет.
— Жаль что маленькая. — заметил парень, продолжая пристально вглядываться в картину. — В отличие от тех полотен, что висят в коридоре.
— Это копия. — усмехнулся лорд, отпивая из бокала и смачно причмокивая. — Неповторимый оригинал размерами, где-то раз в шесть больше этой, висит в моём загородном особняке, где я собственно и проживаю. А это… — он окинул руками помещение. — Можно сказать, что здесь я храню всякий дорогой хлам и побрякушки, вроде того же парадного портрета. — в вечно надменном голосе Освальда слышалась искренность. — Я останавливаюсь здесь, лишь когда у меня есть дела в столице…
— Кто её нарисовал? — любуясь работой, Вальдо находил в ней не замеченные ранее мелочи и детальки, что будто дополняли целостность большого пазла.
— Луно нарисовал оригинал. — бодро отчеканил лорд. — Он пять лет над ним трудился… или даже больше.
— Лорд Луно? — удивился юноша. Уж имя первого лорда он услышать точно не ожидал.
— Удивлён? — лицо Освальда украсила его фирменная улыбка, будто бы это он был художником. — Всё же, не одной войной ему заниматься! Да и фавны… По своей натуре пацифисты и не особо жалуют сражения и насилие. И ты же знаешь, насколько стары лорды? — спросил он, и не дожидаясь ответа продолжил: — За столь долгую жизнь можно многому научится, а многие навыки отточить до уровня, превосходящего простых мастеров! Луно — художник и скульптор, мастер игры в шашки, шахматы и стратегические игры кобольдов… Флинка в свободное время пишет отменные стихи и пьесы, а также сама знается в искусстве и умеет играть на семи инструментах… Влад… О, он обожает оружие… Любое, но лучше древнее и пропитанное магией: топоры, копья, мечи всех форм и размеров, цепы, кинжалы… Он его создаёт, коллекционирует, учится новым техникам и как никто другой, умеет превращать варварское смертоубийство, в вид искусства. — лорд громко рассмеялся. — Влад готов слюнями исходить, часами любуясь мастерски исполненным клинком! Не знаю ни одного оружия, которым бы он не владел в совершенстве.