«В этом я не сомневаюсь.» — подумал парень, вспоминая коллекцию второго лорда.
Освальд хотел было сказать что-то и про себя, но был перебит парнем:
— Прошу прощения, позвольте задать вопрос…
— Хочешь побольше узнать о своём учителе? — ничуть не огорчился тот, делая глоток наливки.
— Не совсем… — неуверенно начал юноша. — «Хотя, честно говоря, хотелось бы…»Недавно я встретил в парке Академии одну женщину… — продолжил уже вслух парень. — Бывшего паладина. С ней ещё была девочка, лет трёх отроду…
Улыбка в глазах здоровяка самую малость скисла, но он не подавал виду.
— Она назвалась Фарой… И сказала, что скоро умрёт… — Вальдо постарался не упоминать гримуар кровавого Ворона в присутствии третьего лорда.
— Что именно тебя интересует?
— Неужели ничего нельзя сделать? — с надеждой спросил парень.
Такой вопрос поставил Овальда в тупик. Возможно, он не ожидал сострадания от кого-то вроде этого проклятого, изувеченного жестокой жизнью юнца. А может просто не знал что ответить.
— Я имею ввиду… В теории… Любую болезнь можно вылечить, ведь так? — продолжил Вальдо.
— Это сложная тема. — всю радость с лица вечно улыбающегося лорда, как ветром сдуло. Он был серьёзен. Впервые за долгое время. — Если ты спрашиваешь меня, как врача и целителя… То в её случае я бессилен. Здесь не поможет ни одно лекарство… — Освальд заметил, как осунулось лицо юноши. — Такова судьба паладинов, что переступают черту. Такова плата за силу и продление жизни. Им не избежать выгорания…
Он сделал последний глоток наливки и поставил опустевший стакан на письменный столик, что по сравнению с ним самим казался просто крошечным.
— Сейчас я вынужден вернуться к работе, дела не ждут. — к лицу лорда вернулась его прежняя живость. — Но я хотел бы дать тебе совет на прощание. Знаю, скоро ты начнёшь своё обучение и по сему рекомендовал бы тебе прочитать книгу профессора Варесски: «Длань Бессмертных». Я уверен, копия книги есть и в домашней библиотеке Влада. Там ты узнаешь много нового о паладинах и их ремесле. Надеюсь, обучение пробудит в тебе Искру, и Владу не придётся прибегать к магии крови…
— Благодарю за гостеприимство… И за совет тоже. — Вальдо легонько поклонился. — Обязательно прочту.
Как только первые лучи утреннего солнца осветили серые скалы, отряд упаковал спальные мешки и водрузив на плечи рюкзаки, двинулся в путь, по узкой каменистой дороге. Промозглые ветра приносили со стороны гор холодный воздух, заставляя сонных паладинов кутаться в их тёплые одежды. Лето здесь ощущалось как поздняя осень, а утро было зябким и неприветливым. А ведь им нужно было подниматься ещё выше, где хвойные леса сменяются безжизненными скалами и снегом.
Уже в дороге Атха откупорил небольшую склянку с бодрящим зельем. Приятный запах цветов дерева зеллуны*, растущих на Адросских островах стал ещё ярче, как только он разогрел напиток с помощью энергии. Как слышал старый паладин, адроссцы предпочитают делать из цветов зеллуны чай, а из корешков гнать ароматный самогон.
С каждым глотком по телу расходилось приятное тепло, согревая сердце и разум, прогоняя остатки сна. Зелье пьётся легко да и вкус имеет славный, но злоупотреблять им не стоит. В больших дозах оно вызывает головокружение и мигрень.
Стоило Атхе насладится напитком, как к нему тут же подскочил Дариус.
— А что вы пьёте?
Молодому фавну, не смотря на ночной образ жизни его расы, никакие бодрящие зелья были не нужны, он и так себя прекрасно чувствовал, уверенно цокая копытами по камням. И даже огромный вещмешок был ему не в тяжесть.
— Бодрящее зелье. — коротко ответил Атха, делая последний глоток и пряча опустевшую склянку в карман.
— Хмм… — Дариус почесал подбородок с видом знатока. — Господин Коготь, раз вы уже взбодрились, то может… Расскажите тему нашей сегодняшней лекции?
— Я, что по-твоему, похож на одного из этих ваших, старых, вечно недовольных, плешивых профессоров из Академии? — пробурчал старый паладин. На самом деле, его смутило приторное официальное обращение, которое использовал некромант: «Господин Коготь». Было в нём что-то ребяческое, это детское восхищение, которое могут испытывать лишь совсем юные души. — Мы в походе, посреди лесов и гор, а не в аудитории.
— Нет… Я это образно сказал. — улыбнулся под маской некромант. — Вы ведь, ну… Опытный воин и командир… Прошедший десятки сражений и мировую войну! Вам точно есть что поведать, молодому и… неопытному паладину. — последнее Дариус сказал скрепя зубами.
— Почему ты вступил в Орден, Дариус?
— Что? — тот явно не ожидал услышать подобный вопрос. — Ну… я… — он задумался на несколько мгновений. — Это… это личное.
— Да неужели? — с явным сомнением спросил Атха. — А может ты сам не знаешь?
— Это сложно. — с каким-то стыдом в голосе бросил Дариус.
— Хочешь быть «героем»? — Атха сказал наугад, но кажется, попал в самую точку.
Многие молодые люди, выходцы из всех возможных семей и сословий, независимо от пола и народа, мечтают стать «благородными» паладинами. Не только из-за продления их дней в этом мире, или магических способностей. Они все хотят быть героями. Они хотят творить «добро», и сражаться против «зла», хотя зачастую не могут отличить одно от другого. чтобы их узнавали на улице, об их благих подвигах слагали баллады и чтобы сам Мастер вручил им орден «Драконьего Сердца» на бархатной подушечке. Им кажется, что место в Ордене и эта самая народная любовь их уже заждались. И пожалуй, в этом, нет ничего постыдного. Орден продвигает эти идеи в массы, выставляя паладинов как высшую благодетель, к которой все окружающие обязаны стремиться, чем значительно усложняет жизнь простых членов ордена.
— Нет… — фавн вздохнул. — Я не хочу об этом… Вы… Господин Коготь, вы совсем меня не знаете.
— Дариус Дэргрейд, тридцать девять лет. — начал лев. — Внебрачный сын именитого некроманта, Артасиаса Дэргрейда. Родился и вырос в провинции Вес-Хьян. Любимый цвет — фиолетовый, любимое животное — дракон. Два месяца назад сдал финальные экзамены в Академии, но ещё не прошел распределение. Паладин четвёртого круга и носитель дара некромантии… И ты не мог бы перестать звать меня «Господин Коготь»?
— Драконов, не совсем корректно называть животными… — потупил взгляд фавн, пропустив последнюю просьбу мимо ушей, но затем тут же спохватился. — Погодите, откуда вы столько обо мне знаете!? Даже мой любимый цвет!
— Простая наблюдательность. — улыбнулся лев. — Маска, которую ты носишь… — он указал на неё пальцем. — Многое о тебе говорит.
— Её сдали на заказ, за деньги моего отца… Это долгая история. — в голосе Дариуса появилась невыносимая усталость.
— А мы никуда не спешим. — спокойно ответил Атха.
— Мой отец… — фавн вздохнул, но затем продолжил. — В общем… Он обучал меня, хотел, чтобы я стал некромантом, вступил в их орден. Но когда понял, что мой дар никогда не будет даже в половину таким сильным как у него… то опустил руки. — фавн посмотрел на собственные ладони. — Я стал ему не нужен. Он наверняка считает меня бесполезным, хотя не говорит этого в слух…
«Значит… С отцом он не в лучших отношениях и о предсказании он ничего не знает… Тем лучше для меня.»
— Я просто… — Дариус поднял взгляд к устеленному облаками небу. — Хочу быть полезным. Нужным. Хочу помогать, тем, кто нуждается в помощи. Вот, почему я стал паладином.
— И всё же, это не объясняет твоего выбора. Ты мог стать кем угодно, помогая людям: медиком, авантюристом, охотником за головами, охотником на демонов… Просто некромантом, творящим благие дела, на худой конец.
— Я не настолько силён, чтобы охотится на демонов… — Дариус кисло улыбнулся. — Я вообще мало на что гожусь. Мой дар, и сам я слаб, я не был талантливым фехтовальщиком, а боевая магия давалась мне лишь с огромным трудом. В Академию я поступил, чтобы научится большему, стать лучше и… — он опустил взгляд. — Я бы даже вступительные тесты не прошел, если бы не связи моего отца, что вдруг вновь решил помочь мне… Но пройдя «Тропу» паладинов, я выложился на полную, и стал куда сильнее! — некромант тут же воспрянул духом. — Пусть я никогда не был лучшим, пусть мне ещё многому предстоит научится, но я буду стараться и верю, что стану великим паладином-некромантом! И докажу отцу, что я не бесполезен!!! — Дариус взмахнул кулаком, грозясь небесам.