«На кой ренегаты поселились в этих проклятых горах!? Могли ведь, как все нормальные преступники, обосновать логово в каком-нибудь большом торговом городе!»— ворчал он неслышно. — «А эти гемментали? Как они тут как вообще жить могут!?»
— Вы тоже это чувствуете? — поинтересовался у командира Трёхпалый, укрывшийся от снегопада невидимым куполом защитного барьера. Из его голоса пропала столь привычная неуверенность. Навигатор был взволнован не меньше льва, и совершенно этого не скрывал.
— Да. — кивнул тот, машинально потянувшись к рукоятям ятаганов.
— До селения гемменталей ещё полтора дня пути. Но… Кажется… мы уже преодолели границу, и вошли во внешний слой аномальной зоны. — рассуждал в слух навигатор. — Пока что, лишь маг, крайне чувствительный к тонким колебаниям энергий способен ощутить её отголоски…
— Дело совсем не в этом… — протянул Атха, сам того не замечая, оскалив клыки. — Ветер… С севера. Он несёт с собой запах смерти и кровопролития.
Клус нервно сглотнул, вновь окинув взглядом окружающие их скалы, покрытые тонким налётом снега но ничего не ответил.
Вскоре, отряд встал на очередную ночёвку. Напряжение немного позабылось, когда паладины дружно уселись вокруг задорно пылающего костра. Сегодня, Дариус обошелся без тренировок, ни он, ни Атха, не были в духе. Все просто хотели погреться и отдохнуть у тёплого пламени, единственного проблеска ярких красок среди мрачных гор. Даже Химмель, поставив в сторонке свой огромный рюкзак, подсел к остальным, протянув плотно обмотанные тряпками руки поближе к огню.
— Ну что там? — тихо буркнул Атха вышедшему из тени Шуту, что оставался невидимым для их нового спутника. Сам он не спешил идти к остальным.
— Лишь только зря волнуешься, Коготь. — бросил в своей манере пожиратель. — На мили ни одной живой души.
— И всё же. — слова Флеаста его ничуть не успокоили. — Пока отряд отдыхает, я хочу, что бы ты следил за окрестностями. Если что-то случится, мигом сообщи.
— Как скажешь, о наш заботливый командир. — в своей манере ответил Шут, и звякнув бубенчиками в насмешливом поклоне и скрылся во мраке.
Атха устало вздохнул и направился к костру, заняв место прямо рядом с Химмелем. Он до сих пор не понимал, зачем Шут вызвался сопровождать его на этом задании. На ум ничего не приходило и это раздражало. Лев бросил уставший взгляд на виконта, который был инициатором всей этой миссии. Тот лениво беседовал с лекарем на какую-то совершенно абстрактную, имматериальную тему, затрагивающую природу магии и энергий. Ему всё же в какой-то мере удалось завязать диалог со скрытным бродячим целителем, имитируя отсутствие заинтересованности в споре.
Лев не особо вслушивался в их слова, размышляя о своём, но тут же отвлёкся, когда заметил нечто очень странное.
— То есть… — слегка раздраженно заключил лекарь, повернувшись к виконту. Он сидел к пламени слишком близко, опираясь левой рукой о землю, правой живо жестикулируя. — Вы утверждаете, о зловредности магии, при этом ни разу в жизни не повстречав её адепта?..
Атха молча пялился на скрытую перчаткой ладонь иллари, что с каждым его словом всё ближе подползала к костру, ожидая что тот вот вот её одёрнет, ощутив жар… Но этого не происходило. И когда перчатка буквально вспыхнула огнём, лев не выдержал и окликнул его:
— Химмель!
Лекарь испуганно дёрнулся, взглянул на Атху, не понимая в чём дело.
— Ваша рука…
Лишь сейчас иллари заметил, что его одежда буквально начала гореть. Его янтарные глаза округлились больше от удивления, чем от страха, он каркнул раненой вороной, подпрыгнул и начал хлопать себя по руке, пытаясь сбить пламя.
Атха не спеша поднялся на ноги, за ним Клус и Чет`ик. Весь отряд безмолвно наблюдал за лекарем, очень убедительно скулящим от боли, прижимая обгоревшую конечность к груди, обмотав её в тряпьё.
— Всё в порядке? — озадаченно спросил навигатор, не понимая, что вообще произошло.
— Да, да… Всё в норме! — испуганно затараторил пернатый.
— Покажи руку. — спокойно приказал лев.
— Не стоит волноваться! Я сам её залечу! — голос Химмеля начал переходить на фальцет.
— Руку показал, быстго! — сердито взвизгнул Сяо, направив своё диковинное оружие на лекаря. За ним свои арбалеты вскинули Фаррис и Чет`ик. — И не вздумай дёргаться, или твоя башка мигом слетит с плеч!
Воцарилась короткая тишина. Глаза иллари судорожно бегали по сторонам, можно было видеть как он в панике ищет убедительный ответ, дабы выйти сухим из сложившейся ситуации. Спустя пару секунд он медленно выпрямился, стараясь не провоцировать кобольда и заговорил ровно, без тени волнения:
— Надо же мне было так глупо попасться? Господа, давайте обойдёмся без резких движений, о которых мы все позже пожалеем. — он начал не спеша срывать с левой руки остатки перчатки и обгоревшего рукава. — Нечего проливать кровь по столь никчемным пустякам…
В свете костра блеснула черная как оникс, элегантная латная перчатка, слишком узкая и тонкая, чтобы в неё влезла нормальная кисть. Перчатка переходила в исписанный мелкими рунами наруч, обвязанный тонкими алыми ленточками с неизвестными паладинам символами.
«Это протез…» — выдохнул старый лев. — «Невероятно искусной работы… Если бы не внешний вид, я бы никогда не отличил его от настоящей руки, движения, жесты, даже аура покрывает его, как самую здоровую конечность!»
— Не будем игнорировать слона в комнате… — лекарь прокашлялся. — Химмельрайх ван дер Фалль. Свободный маг анимансер. Протезы на заказ, высочайшее качество гарантированно, или мы вернём вам деньги. — он натянуто улыбнулся.
— Ты ренегат. — лев был почти не удивлён.
— Быть ренегатом — не преступление. — лекарь скрестил руки на груди. — Хотя, и гордится тут нечем… А вы… — он сделал паузу, явно намекая, что раскрыл паладинов. Но никто ему не ответил, на что лекарь лишь устало вздохнул и продолжил. — Вы скрываете свои ауры, что не характерно для церковников «Просвещения». Да и компания у вас… Слишком разношерстая. А раз вы не из церкви, то и ко мне у вас претензий никаких возникнуть не должно.
В знак согласия Атха кивнул стрелкам, чтобы те опустили оружие.
— Чего!? — возмутился кобольд. — Вы что, даже допгосить его не собираетесь!?
— Он сам нам всё расскажет. — перебил его лев, пока Сяо не разболтал лишнего.
Будто соглашаясь с ним, иллари не спеша сел обратно к костру. Пусть он и оставался напряжен, но кажется, искренне верил, что неприятностей можно легко избежать.
— Ну, Химмель. — устало протянул Коготь, вытаскивая из подсумка недоеденный вчера сухойпаёк. — Рассказывай.
— Как я уже сказал, я ренегат. Но это не значит, что я занимаюсь чем-то криминальным. Мастерю протезы… могу заменить почти любую часть вашего тела. Руки, ноги, пальцы, кисти, суставы… глаза. — последнее он бросил с лёгким отвращением, явно вспоминая лица своих изуродованных пациентов, которым могла понадобится подобная операция.
— Позволю себе заметить… — неуверенно поднял руку Клус. — Анимансия — вне закона.
«На запрет анимансии плевать по большей части… всем.» — Атха вспомнил о Клавиусе, из первого круга, главе тайной полиции, который от самого Мастера получил в дар боевой протез. — «Даже паладины, уж какими бы блюстителями законов их не малевали, постоянно обращаются за помощью к анимансерам, если не могут заново отрастить потерянную в бою конечность.»
— Любые манипуляции с душами вне закона. — беззлобно отрезал иллари. — Дэ юрэ, это значит, что нужно запретить «темницы духов», которыми пользуются некроманты, кристаллы памяти, сохраняющие отпечатки душ и воспоминания умерших, искоренить всех пожирателей душ, что посмели подняться после смерти, а так же совершить много иных глупостей.