Вальдо ловко поднырнул под руку противника, одним ударом когтей оторвав сжимавшую рукоять топора кисть. Лесоруб взвыл, падая на колени, прижимая к груди обрубок, из которого мощными толчками лилась ярко красная кровь. Парень тупо уставился на корчащегося от боли противника. Во взгляде юноши смешались испуг, злость, жалость и медленное осознание того, что он натворил. Покалечил человека. Сам, по собственной воле. Но напугало парня не это. Он корил себя лишь мысленно, но в душой не чувствовал абсолютно ничего.
Спустя несколько секунд комнату окутала серая мгла. Из тумана медленно вышел бледный силуэт Мастера, угрюмым взглядом окинувший ученика. Лорд пребывал в холодном, хорошо скрываемом бешенстве.
— Почему ты не выполняешь приказ? — Влад указал рукой на корчащееся в муках тело.
— Он побеждён, чего тебе ещё нужно!? — недовольно спросил парень.
— Бой ещё не окончен.
— Мне плевать, он всего лишь обычный человек, я не стану его убивать! — повысил голос Вальдо. — Я не чудовище, которым меня считали люди!!!
Лесоруб продолжал выть, корчась от боли.
— Я вижу… Прекрасно вижу… — лорд раздражено мотнул головой. — А что если бы он был не-человеком? — едким тоном спросил он. — Что если бы на его месте был фавн, регрин, мантис, адроссец, или тот же кобольд!? Тогда, конечно, совсем другое дело, да, Вальдо!?! Крысу, пусть и разумную, способную ощущать эмоции, страх, радость, любовь, ты бы прикончил не мешкая, даю руку на отсечение, ведь она же не человек, а значит, ничего страшного! Как и все остальные люди, ты милосерден только к тем, кого ты считаешь этого милосердия достойным. — он медленно подошел ко всё ещё живому лесорубу. — Смотри сюда. — Мастер поднял вверх руку. — В первый и последний раз я сделаю это за тебя. Учись проявлять милосердие ко всем одинаково, либо не задуши его в себе и не проявляй вовсе! — последнее он почти выплюнул.
Ладонь лорда тяжело упала на шею лесоруба, словно гильотина. Он обезглавил мужчину и в зале наконец-то воцарилась гробовая тишина. Вальдо нервно сглотнул, со стыдомотводя взгляд.
— Не важно, кто перед тобой. — спокойно продолжил лорд. — Если он готов убить тебя ради своих целей или идей, значит он должен быть готов и умереть за них. То же касается и тебя. Ты можешь сохранить жизнь, если враг просит пощады, но если он идёт до конца, значит он выбрал смерть…
Глава 19: Кривой Клык
Небольшая долина среди гор напоминала формой идеально круглую, надколотую чашу, наполненную плотным ковром тумана и поросшую по краям редким сосновым бором. На самом дне этой чаши и находилась деревенька «Кривой Клык». Здесь было тепло, будто на дворе конец марта в столице. Хотя согласно карте и примерным подсчётам Клуса, отряд сейчас находился на высоте более четырёх тысяч метров над уровнем моря. Наполненный ароматами хвои и трав, влажный воздух ласкал ноздри.
Донимавший паладинов последние пару дней снегопад прекратился, ему на смену пришел редкий дождь, что был не менее назойлив, чем его предшественник, раз за разом начинаясь и снова прекращаясь.
И вот, воины терпеливо ждали, стоя в тени низких сосен, под градом мелких капель, выбивающих мелодии об их плотные плащи и капюшоны. Посланный на разведку Шут всё никак не возвращался. Солнца было не видать. Из-за плотного тумана было трудно разглядеть даже очертания приземистых покосившихся избушек, окруженных сочным зелёным лугом. На пути сюда отряд не встретил ни одной живой души. Ни овец, ни пастухов, ни даже диких животных вроде горных козлов и полевых собачек, встречавшихся ранее повсеместно.
— Что-то ваш друг… Задерживается. — поёжившись, бросил тихо лекарь. Лишь сегодня он узнал о существовании Флеаста, когда тот, шутки ради, вытащил его из спального мешка, отволок на двести метров от стоянки и посадил всё это время спавшего Химмеля на верхнюю ветвь единственной в округе сосны. После чего, отвесил ему смачную затрещину, прокричал подскочившему иллари на ухо какой-то каламбур про сонных воробьёв и смылся гигикая, оставив того сидеть на ветке.
Паладины шутку над ренегатом оценили, и даже у молчаливой Чет`ик его выходка вызвала смешок. Флеаст, как истинный маэстро, гордо принял аплодисменты, хотя потом именно ему пришлось снимать перепуганного иллари с дерева.
— Ну что там, Фли? — спокойно спросил Монк, не отводя глаз от поселения.
Пожиратель выплыл из тумана позади отряда, точно призрак. Лекарь вздрогнул, тут-же отведя взгляд, он понятия не имел, что за существо хранит сон отряда, но в своей голове рисовал самые красочные теории. Дариус и остальные паладины уже привыкли к таким фокусам и не обращали на его ребячество внимания.
— Ни души. — промурлыкал Флеаст. — Лишь только штиль, туман, да тишина.
— Прошу прощения… — Клус поднял тощую ладонь. — Вы уверены?
— Посёлок оставлен. Не могу сказать, насколько давно. — развёл руками Шут. — Но уходили без спешки, с явным намерением позже вернуться.
Сидевший на булыжнике Атха вскользь глянул на лекаря. — «Не нравится мне всё это. Но, он сам сказал, что ему советовали сюда не заходить. Если жители покинули насиженное место, то это случилось не просто так» — иллари выдержал его взгляд, ясно давая понять, что ничего не знает. Он считал себя спутником паладинов, но на деле был скорее их пленником.
— Идём. — лев поднялся на ноги и зашагал в сторону домов. — Переночуем здесь, утром продолжим путь.
Маленькая деревенька, одна узкая улочка и всего восемь старых, деревянных избушек с соломенными крышами, одна из которых была амбаром для скота, а ещё на одной, подкосившейся, виднелись серьёзные повреждения от пожара. В центре посёлка, напротив самого большого из домов, в форме буквы «Т», находился выложенный из камней общий колодец.
Паладины шагали тихо, то и дело заглядывая в мутные окна. В воздухе висело нарастающее напряжение. Дариус подошел к двойной двери главного здания. Неуверенно толкнул её, но та даже не шелохнулась, затем не раздумывая пару раз заехал по ней кулаком:
— Есть кто!?
— Ты что, глухой? — прошипел Флеаст. — Сказал же, дома пусты, здесь уже давно никого нет!
Шут подошел к двери, изящно взмахнул наполненным энергией кинжалом и державший её изнутри деревянный засов разрубило надвое. Дверь с тихим скрипом отворилась. Химмель, наблюдавший за ним со стороны задушил в себе любопытство, решив не спрашивать, как фавн сумел побывать в каждой из избушек, если все они были заперты.
— Я не уверен, что мы поступаем правильно… — Клус заглянул в открывшийся проём. — По меньшей мере, не вежливо, вламываться в чужое жилище без разрешения владельцев, даже если те быть может, давно уже сгинули.
— Село, як село, шо вам не нравится? — вставил Фаррис. — Ну кинуто оно, и шо с того? Переночуем раз, мы же не грабители какие. Може тут и самогон какой завалялся… — он в предвкушении потёр руки. Его запасы спиртного уже порядком истощились.
Старый лев окинул взглядом отряд, затем снова посмотрел на запертые дома. Он сам хотел было махнуть рукой и продолжить путь, пока солнце ещё светит, но резко усилившийся дождь всё-же убедил его в обратном.
— Деревня пустует. Ничего не случится, если мы тут переночуем. Да и… тут всё ещё могли остаться дрова и какие-то припасы. Спать у огня, под крышей всяко приятнее, чем на мокрой от дождя земле…
— Мы остаёмся. — неожиданно для всех раздраженно отрезал виконт, первым войдя в дом. — Я хочу хотя бы одну ночь поспать в тепле и сухости!
Паладины спорить не стали. Лишь Атха бросил на виконта обвиняющий взгляд, но промолчал.
— Остальные, займите две избы по соседству. — приказал он отряду. — Праведник, Паук, обеспечьте всех дровами, если не найдёте сухих брёвен, пустите на доски имеющуюся мебель. Шут и Чет`Ик, следите за окрестностями, Фаррис, займись ужином для всех. — он посмотрел на уставшего иллари с огромным мешком вещей за плечами. — Определите куда-то лекаря, что бы под ногами не путался. Дариус, через пятнадцать минут жду тебя здесь. Воровать барахло из домов я запрещаю, остальные избы открывать только при острой необходимости. Всем быть настороже!
Услышав одобрительное «Так точно, командир!», он последовал в дом за Даллорисом. — «Черт подери! Мне всё это совсем не нравится!»