— Ты ведь соврала, рассказывая о Махире и моём говоруне, не так ли, сыщица? Что на самом деле стало с Султаном?
— Во-первых, зови меня Лена, потому что я собираюсь звать тебя Лейлой. А во-вторых, попугай сдох, — постаралась ответить максимально скорбным голосом, но лёгкая улыбка всё же коснулась губ. — Я лично застала последние минуты его жалк… жизни.
— Его предали огню по обычаю?
— Ну, как сказать… Скорее всего, моя тётя выбросила его в мусоропровод.
— Выбросила? — глаза Лейлы нехорошо сузились. — В мусоропровод?
— В моём мире это очень почётные похороны, не беспокойся напрасно.
Принцесса царственно кивнула, принимая объяснение. Вот она кровь повелителей! Ни жестом не выдала свои истинные чувства.
Если под крышей академии дождь казался просто потопом, то на улице он перешёл в категорию библейских. Ливневые стоки не справлялись, площадь была затоплена водой по самые щиколотки. Мы с принцессой промокли до нитки в первые же секунды, как только вышли из-под защиты галереи.
Чтобы девочка не передумала, я крепко взяла её за руку и повела к ближайшему (и единственному) огоньку, сумевшему продраться сквозь стену воды и мрака. В столь поздний час приличные заведения закрыты, а неприличных на главной городской площади нет, значит, это может быть только чайхана. Вывеска в виде заварочного чайника лишь подтвердила вывод. Оказаться дважды правой за неполную ночь здорово! Определённо, удача наконец-то повернулась ко мне лицом.
— Э-э нет, я не могу пойти туда, — у самого порога Лейла замедлила. — Ночью женщины не должны появляться в публичных местах без сопровождения. Обо мне плохо подумают.
Я едва справилась с желанием затолкнуть её внутрь силой. От грубости остановил лишь уговор с Дикаркой Махи.
— Первым же делом отменишь это правило, хорошо? Проходи, давай, или передумала приобщаться к жизни простых смертных?
— Я никогда не отступаю, — Лейла гордо хмыкнула и подвинула меня с дороги.
Чайхана оказалась очень приличной. Просторная, вся в коврах, на каждом столике по маленькой масляной лампе и чайничку с мятным чаем. Горячительными напитками тут не торгуют. За всё время пребывания в халифате я сталкивалась с алкоголем лишь однажды — в подвалах «Синего ифрита». Видимо, местные жители расслабляются иначе. Или просто не выносят пагубную привычку на всеобщее обозрение. Похвально, но немного жаль. Сейчас бы пригодился стаканчик горячего глинтвейна.
Благодатное тепло окутало с ног до головы и вызвало волну непроизвольной дрожи. На несколько мгновений я задержалась на пороге, сняла туфли и, как сумела, выжала одежду. Нет, никакая сырость не может испортить мне настроение. Я буду дома уже завтра. Завтра! Сложно поверить после всего случившегося. Нет, ни за что не откажусь от родного мира. Как такая дурь вообще могла прийти мне в голову?
Завидев новых посетителей, радушный хозяин чайханы поднялся из своего угла. С ближайшего столика захватил пару полотенец, больше похожих на салфетки, и танцующей походкой поспешил навстречу.
— Мира вам, девы, — клыки гуля сверкнули в улыбке. — Иаким рад приветствовать вас под крышей своего дома!
— И вам мира, любезный, — я приветственно улыбнулась в ответ. — Ну и погодка, да? Лишь бы такими темпами Кадингир не утонул аккурат к празднику солнцеворота.
— О, завтрашний день будет прекрасным, клык даю. Ой-вей, как вы промокли! Садитесь поближе к очагу и грейтесь, я сейчас принесу гвоздичного чаю.
Лейла забрала из его рук все полотенца и сразу же прошагала к едва теплящейся жаровне по центру.
Мои друзья занимали столик возле ковра с вышитыми верблюдами. Перед ними стоял узкий кофейник и две чашечки. Отрадно видеть, что они не переругались, но вид у обоих ещё мрачнее, чем небо снаружи. Что-то их крепко беспокоит, раз они даже ухом не повели на наше не самое тихое появление.
Оставив Лейлу сушиться, направилась к ним.
— Привет. Что-то не так?
— Лена, — Эзра вскочил, по своей привычке схватил меня за плечи и усадил на пуфик рядом. В его голосе слышалась неприкрытая паника. — Её похитили!
— Уже нет. Я нашла её! Не просто нашла, но и привела сюда. Вон, — не без доли театральности указала в сторону очага.
Мужчины одновременно посмотрели на хрупкую фигурку принцессы, однако бурной радости на их лицах я что-то не заметила. Лейла в свою очередь вообще сделала вид, будто ей не интересно всё происходящее вокруг, кроме Иакима, суетившегося с чайником.
Признаюсь, не на такой приём я рассчитывала.