— Справедливо. Но сперва мы должны убедиться, что ваша дева действительно дочь Мунтасира. Росса, будь добра.
Следуя просьбе, лимийка подошла к исписанной стене и дорисовала короткую чёрточку на одной из рун. В хижине повисла выжидательная тишина.
Секунда. Две. Десять. Если что-то должно произойти, оно бы уже произошло — я поняла это по озадаченным лицам послов.
Коротко выругавшись на родном языке, Росса глянула на товарищей:
— Почему она всё ещё здесь? Почему портал не сработал?
Какой портал? Лимийка говорит о голубых рунах? Нет же! Для чего бы их здесь не нарисовали, они безобидны, откуда-то я прекрасно об этом знала. Практически одновременно со мной к точно такому же выводу пришли остальные. Похоже, не мы первые обманули иностранных граждан.
— Эта дева не принцесса! Убить всех!
Призыв лимийца ещё не стих, когда ар-Хан оттолкнул меня в сторону, а сам присел и резко ударил ладонями в землю, словно по противнику. Весь мусор, лежащий на полу, все черепки расколотых горшков под действием невидимого импульса подпрыгнули на два добрых метра, а затем посыпались обратно с непередаваемым посудным грохотом. Стены моментально пошли трещинами, будто стеклянные; руны полопались и разрушились. С потолка посыпалась глиняная крошка. Большой кусок штукатурки рухнул в считанных сантиметрах от Юдифи, а выскочившая оконная рама чувствительно врезала Россе по голове. Дверь перекосило и заклинило.
На ногах не удержался никто, но пьеса только начиналась.
Эзра — обладатель кошачьей грации — очухался первым и уже через долю секунды перекинулся в хурра. С глухим рычанием его тельце бронзового цвета шерсти прыгнуло на ближайшего к Юдифи лимийца. Острые клыки впились мужику в правое плечо, вынудив разжать пальцы и выронить кинжал. Однако адская боль не помешала ему тут же ответить. Левой рукой лимиец ударил Эзру позади шеи в месте соединения позвоночника с черепом, а затем в кость возле уха. Хурр разжал челюсти, на миг потеряв ориентацию, чем мужик сразу поспешил воспользоваться, подмяв его под себя. Вот это профессионал! Россказни о «коротком разговоре» с гулями у них на родине не пустой звук.
Росса и второй её товарищ быстро расставили приоритеты и одновременно бросились на Искандера. Спрятанная под перчатками сила и мастерство их обладателя впечатляли, но двоих одновременно ар-Хан сдержать не сумеет, особенно когда один из них громила вдвое тяжелее, идущий напролом, словно таран. Бывшему вору удалось блокировать первый выпад и перехватить руку лимийца на излом, но к мощному, по-мужски сильному удару в челюсть от Россы оказался не готов. Женщина ловко переместилась ему за спину, и чтобы избежать неминуемого толчка, Искандеру пришлось выпустить противника и уйти в сторону прямиком к свирепому Эзре и его жертве.
Вдруг осмелевшая Юдифь тоже попыталась внести свой вклад в потасовку, но с момента подставного нападения возле собственного дома ничему полезному научиться не успела. Попав под первый же шальной удар, она отлетела к стене, неудачно ударилась головой о полку и в бессознательном состоянии сползла на пол.
Мне здесь однозначно не место. Противников моей весовой категории в хижине нет, а лезть к присутствующим — форменное самоубийство. Я не Лейла, самозванку жалеть не станут. Но смотреть, как калечат моих друзей, невыносимо.
Нащупав в груде мусора обломки табуретки, схватила доску. Будет моим оружием. Воспользовавшись удачно подвернувшейся возможностью, со всей силы обрушила гнилую деревяшку на ухо Россе. Раздался хруст. К сожалению, хрустнула не кость. Мне удалось отвлечь женщину от Искандера, переключив внимание на себя, и только.
— Убью! — прорычала женщина.
Плохо дело. Вариант воспользоваться дверью отпадает, остаётся окно.
Шустро подлетев к оконному проёму, я схватилась за раму, чтобы перелезть, как вдруг меня резко одёрнули назад. Росса оказалась быстрее.
— Лена!
Предупреждающий крик опоздал. Не знаю, что произошло, но уже через мгновение я провалилась во тьму.
Пробуждение походило на борьбу. Я не спала и совершенно точно не потеряла сознание. Я будто бы провалилась в чёрную яму, наполненную липкой жижей. Била руками, пытаясь выкарабкаться на невидимую поверхность, но всё впустую. Страшно не было, было… странно. Казалось, прошёл целый час, когда наконец-то появился свет. Свет и зеркала.
Слава небесам, это не загробный мир. Совершенно не хотелось умирать так нелепо.