— Кажется, я его потерял…
— Ах, потерял!..
Иеремия снова замахнулся полотенцем, но пронырливый племянник спрятался мне за спину и легонько подтолкнул вперёд.
— Дядя, смотри, я привёл под гостеприимную сень твоей чайханы иноземную деву Лену. Извилистой дорожкой Всевышний связал наши судьбы, и я прошу принять её как родную. А ещё покормить. Несчастная дочь Адама очень голодна, того и гляди отдаст душу прямо под твоей крышей.
— Здравствуйте, — я улыбнулась гулю как можно дружелюбнее.
Несколько успокоившись, темпераментный хозяин чайханы улыбнулся в ответ.
— Ой вей, нельзя этого допустить.
Рассыпаясь в по-восточному обязательных эпитетах в мой адрес, а так же обещая Эзре вместо еды подать камни из тех могильников, где «бедный Иеремия» искал его тело, он повёл нас в отдельную нишу под сень раскидистого деревца.
— Последний из рода, значит? — негромко поинтересовалась у приятеля.
— Последний мужчина в роду, — поправил тот. — Гули ветви Наккаш имеют привычку умирать нелепыми смертями. Наверное, кто-то проклял.
После его одиссеи в дом ар-Хана, я начинаю догадываться, что это за проклятие.
Радушный Иеремия согнал двух кошек со столика, смахнул пыль своим полотенцем и галантно отодвинул для меня стул.
Приходя в себя под действием блаженной прохлады, я доверилась вкусу Эзры в выборе блюд и только потом вспомнила, что он гуль, а у этих ребят кулинарные пристрастия могут разительно отличаться от человеческих. Однако переживала зря. Хозяин вынес нам аппетитный на вид кускус, пирог с куриным мясом и сладкий, обжигающе горячий мятный чай.
Свежеприготовленная еда подарила новые силы, открыла второе дыхание и вернула миру яркие краски.
Вместе с очередными посетителями в чайхану пришли дети. Почти сразу они оккупировали журчащий фонтан и устроили шумную водную битву. Глядя на них, я ещё раз оценила неоспоримые преимущества отдельной ниши, прикрытой от остальной части дворика решёткой. Мы могли разговаривать, не опасаясь быть подслушанными.
— Откуда начнём розыск принцессы Лейлы? — спросила под конец трапезы.
Эзра облизнул пальцы и деловито сложил руки на стол.
— Хорошо бы с того места, где её видели в последний раз — с дворца. Быть может, аз-Масиб что-нибудь проглядел или забыл опросить важного свидетеля.
— Минуточку, ты ведь занимался этим раньше?
— Как сказать… технически, это моё первое расследование, но я читал отцовские архивы, знаю, что делать.
Чудесно. Я состарюсь и умру в Мирхаане.
— Значит, — усилием воли подавила зарождающуюся панику, — идём во дворец.
— Нельзя, — Эзра мотнул головой. — Разрешение на визит вступит в силу не раньше завтрашнего полудня.
— И что ты тогда предлагаешь? Сидеть и терять время?
— Есть одна идея. Говорун Султан рассказал тебе, что некая синяя дымь надёжно хранит тайну исчезновения принцессы, так?
Я кивнула, отхлебнув маленький глоток терпкого чая.
— Если не соврал, конечно.
— Синяя дымь хранит… — Гуль задумчиво закусил губу клыком и уставился сквозь меня. — Думаю, это не метафора, и синяя дымь, чем бы она ни была, хранит принцессу буквально.
— Полагаешь, Лейлу держат в доме с синей крышей и грязными окнами? — я попыталась рассуждать логически.
— Вэй из мир! Именно, догадливая дочь Адама! Чутьё говорит мне, что ар-Хан прячет её где-то неподалёку.
Опять он затянул свою шарманку, сколько можно-то? Ар-Хан всего лишь вор с влиятельным покровителем в верхах, а не злобный мастер на все руки со скуки.
— Зачем ему красть принцессу? Серьёзно. Её не поставишь в витрину, как любимый трофей, а выкуп он не потребовал.
Эзра не задумался над ответом даже на секунду:
— Да затем, чтобы навеки соединить её судьбу со своей! Лейла единственная наследница Мирхаана. Халиф Мунтасир Четвёртый, тень Бога на земле, владыка востока и запада, не пойдёт против уз священного брачного обряда, и ар-Хан впоследствии сможет занять его место.
Звучит правдоподобно. Пожалуй, в эту версию я могу поверить.
— Раз так, давай сходим к нему домой и лично проверим каждую комнату. Только официально сходим, я в иремский кувшин не хочу.
— Ты не джинн, целиком ты в него не пролезешь… Чего так смотришь? У меня лицо грязное, да? Со мной бывает.
— Ладно, отложим ар-Хана и вспомним о лимийцах. Как ни крути, а попугай оказался в руках одного из них. Каким образом столь немаловажный факт вписывается в твою теорию с честолюбивым вором?
Эзра ничуть не смутился:
— Версией причастности лимийцев занимается аз-Масиб, не будем ему мешать. Благодаря тебе, мы уже знаем, что они сами ищут принцессу. Что до Султана… он мог попасть к ним совершенно случайно.