— Вот мы и дома, птичка. Теперь ты будешь жить здесь, так что советую поскорее смириться и быть милым.
Намучившись в поездке, Султан решил удивить меня культурным поведением. На решётку не кидался, сидел спокойно на жёрдочке и смотрел холодным, гораздо более осмысленным взглядом, чем полагается природой. На секунду почудилось, будто он разумен.
— Сгинь с глаз моих, белобрысая дева, — каркнул с явственной ленцой. — Я не стану мириться с рабством.
Надолго его благоразумия не хватило.
— Какое ж это рабство? На плантацию я тебя не отправлю.
— Ты поняла меня.
— А ты меня, видимо, нет. Хорошо, давай начнём заново. Привет, меня зовут Лена, и теперь я владею тобой.
— Размечталась! Султан Абдулкъуддус принадлежит принцессе Лейле.
Принцессе, ну конечно! Вот что бывает, когда держишь клетку рядом с телевизором.
— Где же твоя принцесса Лея? — я улыбнулась с долей снисхождения.
— Не твоего скудного ума дело, — тут же парировал попугай. — Ни тебе, ни лимийцам никогда её не найти! Синяя Дымь надёжно хранит тайну, и только я один знаю правду.
Да он откровенно издевается надо мной! Ладно, не хочет по-хорошему, будет как заслужил. Не хочу тратить весь вечер на бестолковый спор с попугаем.
— Уясни раз и навсегда, птичка: я твоя единственная хозяйка и лучше бы со мной дружить. Своё имя можешь оставить, но если хочешь сытно и вкусно есть, а так же время от времени вылетать из клетки, советую забыть о принцессах и прочей чепухе. Говорить будешь только с моего разрешения. И самое главное — не вздумай оскорблять тётю Галю.
— Не тебе указывать, что мне делать, дочь Иблиса!
К горлу подступило горячее раздражение. Я к нему всей душой, а он…
— Даю тебе день. Если не одумаешься, продам по объявлению в семью с тремя котами.
Оставив дерзкого попугая на журнальном столике, приготовила чашечку горячего кофе и ушла в свою комнату. Клетка осталась не накрытой, но Султан не мешал своими криками, сидел на удивление тихо и совсем-совсем молча. Похоже, внял угрозам.
За окном стемнело. Во дворе через дорогу загрохотали предновогодние фейерверки, из смежной квартиры раздались заводные песенки «Дискотеки Аварии» вперемешку с весёлым смехом подвыпивших соседей. У людей праздник. В конце концов, я сжалилась над быстро поумневшей птичкой, которая, по правде, меньше всех виновата в случившемся, и решила её покормить. В меню на выбор перловая крупа и пшено. На сегодня сойдёт, а завтра схожу в зоомагазин за нормальным кормом.
— Султан, хочешь кушать?
Попугай не ответил.
Ведомая нехорошими предчувствиями, я вошла в гостиную. Султан лежал на спине, очень реалистично изображая мёртвого. В горячей надежде на неудачную шутку, я внимательно присмотрелась к неподвижному тельцу. Чуда не случилось. Дыхания нет, маленькое сердечко не бьётся.
Султан улетел в мир вечного лета.
— Ну что за безобразие! Нельзя же так!
Поставив мисочку с пшеном на стол, в задумчивости потёрла виски. От чего он умер, интересно? Только бы простудился на морозе, а не от заразной тропической болезни!
И что теперь делать с ним? Привязаться к попугаю я не успела и особой печали по случаю его кончины не испытывала, за всё время нашего знакомства он показал себя редкостным хамом, но выбрасывать тело в мусоропровод, как конфетный фантик, слишком цинично. Он заслуживает нормальных птичьих похорон…
От тяжёлых дум отвлекла трель дверного звонка. Тётя так рано не должна вернуться, а соседка, страдающая повышенным содержанием любопытства в организме, уехала в Египет до конца новогодних праздников. Может, это Алекс? Было бы здорово!
Накрыв клетку покрывалом, вмиг оказалась у двери, но стоило посмотреть в глазок, как крылья надежды сразу поникли. Вместо светловолосого парня с веснушками на носу на лестничной площадке стояли два здоровых лысых мужика в бархатных халатах. Один сжимал в кулаке дешёвый букет подмороженных цветов, а второй держал грязную коробку из-под электрического чайника, перевязанную потрепанной красной ленточкой. Ещё утром она лежала возле мусорного контейнера на улице.
Улыбаясь во всю челюсть, мужики ещё раз позвонили в дверь.
— Кто там? — спросила на автомате. Ясно дело, открывать не стану, даже если над их головами сейчас вспыхнут ангельские нимбы. Но они не вспыхнут, больно рожи бандитские.
— Прэкрасная лэди, вы выиграли в лотэрэю, — ответил тот, кто держал цветы. — Откройтэ, мы принэсли вам подарки.