— На то и был расчёт, скорая в возмущении дочь Валерия, — заулыбался гуль. — Ловко ты подхватила древний трюк «добрый сыщик, злой сыщик», Мизра даже пискнуть не успел.
— Мог бы предупредить.
— Ай, это детали. Итак, с мальчишкой-евнухом всё ясно.
— Да, он…
— Виновен!
— С чего бы?
— Мизра влюблён в Лейлу, а она в него нет, чем не повод? Беспросветное отчаяние неполноценного бедняги и острая жажда мести принцессе за отвергнутые чувства толкнули его в руки ар-Хану, который давно ведёт наблюдение за делами во дворце. Смекалистый вор тут же предлагает евнуху коварный план. Раз Мизре не видать принцессы, пусть же она не достаётся никому!
Сама я дошла до совершенно других выводов, но нельзя не отметить поразительной фантазии Эзраима аль-Хазми.
— Ну ты даёшь! Мизра не похож на безумца, он не мог способствовать похищению любимой, а вот побегу…
— Какому побегу? Никто не станет добровольно убегать из дворца.
— Я бы убежала. Мало удовольствия сидеть запертой во дворце, когда вокруг целый мир.
Эзра покровительственно положил исписанную рунами руку на моё плечо.
— Не ведись на образ жертвы, легковерная. Внешность, добрые глазки и преувеличенное горе чаще всего обманчивы, уж поверь сыну самого выдающегося сыщика Сыскного приказа. Знаешь, каким душкой был Братиша до знакомства с ар-Ханом? Его ни разу не задерживали даже за традиционные хулиганства альтернативно ориентированных в День Основания Мира.
— Братиша не евнух из дворца, он живёт совершенно другими моральными правилами. А Мизра слишком юн, наивен и глуп для интриг.
Гуль на минуту задумался.
— Ладно, тут ты права, признаю. Ар-Хан не будет связываться с кем-то, чьи эмоции берут верх над логикой.
Добившись желаемого, я благодарно кивнула.
Теперь наш путь лежал в покои царицы Айши, а затем в кабинет Великого Визиря. Эзра предложил пойти от простого к сложному — от безобидной на вид жёнушки-модницы до старшего советника, пугающего своими патриархальными взглядами на жизнь.
— Почему не сразу с Визиря? Если повезёт, он раскроет себя, и мы сэкономим время.
— Если повезёт, раскроет себя царица, — отозвался напарник с едва заметным недовольством. — Меньше всего хочу допрашивать Великого Визиря. Знаешь, кто он? — Гуль огляделся и перешёл на шёпот: — Он родной брат отца Искандера ар-Хана.
— Да ты что!
— Об этом стараются не вспоминать лишний раз, сама понимаешь причины, тем не менее, факт остаётся фактом. Род Кайсери древний и весьма влиятельный, они всегда были у власти, но в семье не без чёрного верблюда. Официально дядя с племянником не поддерживают отношения, что, однако, не мешает им видеться время от времени. С ар-Ханами нужно быть настороже. Всегда.
— В таком случае я удивлена, зачем ты вообще рассматриваешь других кандидатов. По твоей версии ар-Хан младший собирается жениться на Лейле, а Визирь прямо высказался о своём желании видеть принцессу замужем за подходящим человеком. В чём загвоздка? Почему ты не говоришь, что всё сходится, и мы смело можем вычёркивать остальных?
Эзра замялся.
— У Визиря нет выгоды.
Логика друга не перестаёт поражать непредсказуемостью!
— Вот те раз! Значит, у Мубарака и Мизры выгода есть, а него нет?
— Великий Визирь второе лицо в государстве, он богат и влиятелен. Без его одобрения не принимается ни одно мало-мальски важное решение в Мирхаане.
— Власти много не бывает.
— Ай, придирчивая дочь Валерия, давай не будем спешить в выводах.
Интересно, почему у меня такое чувство, будто я в Мирхаане надолго застряну?
Единственный, кого мы с Эзрой единодушно решили вычеркнуть из списка подозреваемых — это халиф. Здравый смысл настоятельно не рекомендовал гневить повелителя столь серьёзными обвинениями, как пособничество в похищении собственной дочери. Правда, в один из моментов неуёмную фантазию моего напарника занесло. В свойственной ему манере, он предположил, что халиф согласен с доводами Визиря и сам не прочь насильно выдать строптивую Лейлу замуж за подходящего государству человека. Ар-Хан, конечно, не ахти какой муж, но он из знатного рода, у него есть приличное состояние, связи и определённый авторитет. Он бы мигом положил конец причудам принцессы и — при поддержке дяди — прекрасно справился с управлением страной.
— Что ещё нужно заботливому отцу? — философски вопросил Эзра.
— Уж точно не зять-уголовник.
— Сыскной приказ прекратил все дела на ар-Хана. Мне противно произносить это вслух, но он чист. Не перед совестью, так перед законом.