Я протянула ей звенящий монетками кошель и письмо, которое она тут же вскрыла и прочла.
— Ах, ты подружка Искандера, — просияла Будур, затем бесцеремонно схватила меня за руку и рывком втащила в свою квартиру. — Семь лет, мы с ним не виделись семь лет, вот же как быстро времечко летит! Отрадно получить от него весточку, пусть даже это просьба. Ты не стесняйся, милочка, располагайся, где вздумается.
Где вздумается? Тёмно-бордовая комната была слишком маленькой и слишком захламлённой для выбора.
Будур пулей метнулась к очагу, приготовила чай и вручила мне стаканчик с пряной жидкостью. Ох уж это мирхаанское гостеприимство!
— Значит, нам надо сделать из тебя гадалку и провести во дворец Предсказателей, — она манерно закусила кончик указательного пальца. — Сделаем в два счёта.
Оставив меня пить чай, направилась к сундукам возле кровати. С грохотом откинула крышку самого большого из них и принялась вытаскивать на свет разноцветные тряпки в таком количестве, словно собралась нарядить целый ансамбль.
— Искандер не перестаёт удивлять, — её басовитый голос не смолкал ни на минуту. — Как он поживает, кстати?
— Нормально, — пожала плечами в ответ. — С головы до ног в чёрном, не расстаётся с перчатками.
— Какими перчатками? — Будур бросила на меня вопросительный взгляд и снова вернулась к тряпкам. — Никаких перчаток за всё время нашего с ним знакомства я не видела, но за семь лет столько песка унесло ветром! Мало ли что взбрело ему в голову? Искандер никогда не останавливается на одном месте, всегда в поисках не пойми чего, а я… — хозяйка жеманно вздохнула, что в исполнении человека её комплекции выглядело весьма забавно. — Нам не по пути, я вовремя поняла это и занялась собственной жизнью, что и тебе советую, милочка.
— Мне советовать подобное незачем.
Ар-Хан интересовал меня, глупо отрицать. Было в нём что-то такое… будто иремское. Рядом с ним я легкомысленно забывала об Алексе и всех, кого оставила на родине. Тревожный знак, не объяснимый ничем, кроме магии. У меня есть парень, наши отношения с ним всё ещё в силе, прочих мужчин для меня не должно существовать… но, почему-то, существовало.
— Оп, а вот это отличный вариант!
Будур коршуном спикировала на дно сундука и выудила из него фиолетовую блузку с короткими широкими рукавами и тёмно-зелёную юбку с пришитыми к подолу колокольчиками.
— Ты больно худенькая, надевай поверх своей одежды.
От её тряпок пахло пылью и кошками, но на кон поставлено слишком многое, чтобы воротить нос. Закончив с переодеванием, я стала похожа не на чародейку, а на умалишённую. Финальным штрихом Будур замотала на моей шее нитку алых бус, на голову водрузила чепец из фальшивых монеток, окончательно превратив в цыганку с вокзала.
— Осталось самое важное — пропуск.
Из ниши под плитами пола Будур достала ларчик, из которого высыпала на столик целый ворох браслетов на любой вкус. Нужное украшение отыскалось сразу. Широкий браслет с чёрной продольной полосой прочно защёлкнулся на моей руке. Подделка, конечно, но качественная. В отличие от оригинала, этот можно снять в любой момент.
Вот теперь начинается самое интересное.
Глава 19
На меня никто не смотрел. Всего лишь очередная гадалка, безвкусно одетая клоунесса, только не босая. Из-под длинной не по размеру юбки обувка не видна, зато ходить удобно.
Подобно любому гетто, цитадель представляла из себя государство в государстве. Широко шагая, госпожа Будур аль-Ганим проводила меня до официальной резиденции гадалок и чародеек — дворца Предсказателей, самого приличного дома по эту сторону стены.
Вопреки ожиданиям, здесь толпы паломниц не было. Гадалки принимали посетительниц в частном порядке у себя дома, а дворец выступал в роли символа, главного храма. Он должен быть и точка. Его мрачную серьёзность подчёркивали несколько молоденьких женщин, устроившихся в теньке возле массивных дверей из блестящего металла. С виду они ничем не отличались от сестёр по профессии, но я заметила блеск кинжалов на их поясах. Это охранницы, призванные не пускать внутрь всех, у кого нет браслета с чёрной полосой.
— Помочь тебе в поисках Махиры может только одна женщина во всём Кадингире — её подруга Фадрийя. — Будур остановилась возле бассейна, рядом с которым паслись несколько облезлых фламинго. — Она верховная чародейка цитадели Прорицателей, наставница и защитница её граждан, а так же справедливая наместница власти халифа Мунтасира Четвёртого, тени Бога на земле, владыки востока и запада. Передай душке Искандеру, что я свою работу сделала выше всяких похвал, и, — хмыкнула она не без зависти, — удачи тебе, счастливица.