— Нет, вряд ли, — я качнула головой. — Как только вернём Лейлу отцу, я сразу же покину Мирхаан.
— Мы не тебе сказали, Лена.
Пока чародейка не исчезла так же эффектно, как появилась, я догнала её и бесстрашно переступила границу внешнего круга камней Гёлистана. Стало гораздо тише, звуки окружающего мира отошли на задний план, будто бы мы спустились в колодец. И только. Земля под ногами не разверзлась, на мою голову не пали молнии. Это всего лишь кромлех, древнее нагромождение каменных глыб в правильном порядке, дающем интересный акустический эффект, а не бермудский треугольник. Больше верьте слухам, ага!
— Расскажите мне о Шахди. Пожалуйста.
Махира окинула меня цепким взглядом.
— Зачем? Всё, что нужно, ты уже знаешь.
Я оглянулась на своих товарищей. Они в спешном порядке собирали остатки ужина. Если выдвинемся к Эль-Ифрану прямо сейчас, пока не стемнело, у нас ещё остаётся шанс пройти самый ненадёжный участок пути до наступления глухой ночи.
— Прошу, мне нужна правда, какой бы она ни была. Шахди ифрит, она реальна и уже не первый год является в мои сны со своими пророчествами. Зачем ей это?
— Ты хочешь понять логику древнего существа, своими глазами видевшего сотворение мира?
— Я хочу, чтобы она ушла из моей жизни.
— Не важно, чего хочешь ты. Раз знаешь сущность Шахди, знаешь и то, что она не добрый джинн из племени тех, за кого вступился Мунтасир Первый, тень Бога на земле, владыка всего сущего, да будет благословен он в жизни вечной. Она выбрала тебя, отныне ты принадлежишь ей. Прими это, смирись и живи дальше.
— Да плевать мне на её выбор! Как от неё избавиться? Я сделаю, что угодно, и если всё упирается в деньги, назовите…
Махира больно ткнула тощим пальцем мне в грудь.
— Повторяем: нам не нужны деньги. Шахди вырвалась из заточения, но лишилась плоти. Тебе повезло, что вместе с телом она потеряла большую часть своих сил. Пара снов в месяц сущая ерунда для такой, как она. Молись своему богу, чтобы ослабевшая ифритка сдохла от ран, ибо если оклемается, одними снами уже не ограничится.
Не такие ответы я желала получить. Мир вокруг утратил краски, весь запал биться дальше разом сдулся. Впереди пустота…
Признаться честно, я порядком устала. Устала от всего и только сейчас поняла это. Который день бегаю в погоне за венценосной вертихвосткой, наступаю себе на горло и рискую ради неё здоровьем, а в собственной жизни сплошной бардак без проблеска света.
— Почему я?
— А?
— Почему я, Махира?
Чародейка неопределённо хмыкнула:
— Это самый популярный вопрос с момента сотворения мира, и у каждого вопрошающего есть на него своя причина. Не ты первая, не ты последняя. Мерзость просто случается. А теперь иди, мы устали.
— Но ведь можно хотя бы попробовать изгнать её?
— Нет! — огрызнулась Махира безапелляционным тоном. — Мы не пойдём против Шахди. Мы всего лишь полукровка, не ровня ей, изначальной. За одну лишь попытку вмешаться она уничтожит нас, коли окрепнет и возьмёт власть над твоим телом. Повторяем: смирись. Возвращайся домой и с пользой доживай отмеренное Судьбой время. Быть может, холода твоего мира подарят тебе ещё пару-тройку спокойных лет.
Пару-тройку? Какой-то бред. Неправдоподобный бред!
Мне только что сообщили смертельный диагноз, однако вместо отчаяния моим разумом овладел гнев. Пусть я случайная жертва, та самая «не первая и не последняя», но я не безропотная овечка, чтобы отойти в сторону по первой просьбе.
— Наглая ложь! Вам просто не хочется напрягаться лишний раз ради незнакомой девчонки. Но знаете что? Я так просто не смирюсь. Буду трезвонить на весь Мирхаан кто вы такая, пока вы не найдёте свою храбрость и не вытащите из меня ифритку.
Лицо чародейки побледнело от злости. Похоже, ей давненько никто не грубил.
— Неразумно угрожать нам в лицо, — прошипела она. — Мы можем проклясть тебя на месте.
— Не можете, — в этом я была уверена на все сто. — Раз Шахди заинтересована в получении моего тела, она не даст меня в обиду. Или жестоко отомстит впоследствии.
Теперь лицо старушки покраснело. На секунду показалось, будто она разорвёт меня на куски, но ничего не произошло. Я загнала её в угол без капли жалости. Могущественная зазнайка не привыкла считаться с обычными людьми; плевать она хотела, что её молчание сломает одному из них жизнь. Отлично! Тогда её молчание сломает жизнь ей самой.
— Кое-какой способ есть, — призналась она с неохотой. — Но он тебе не понравится.