— Вэй из мир!
Дядя Иеремия подавился воздухом, его бледно-жёлтые глаза широко распахнулись в крайнем удивлении, слова приветствия застряли в горле. Всего за один день нашего знакомства Эзра умудрился убедить меня в том, что ар-Хан явился прямиком из глубин преисподней, чего уж говорить о его собственном дяде, с которым он живёт не первый год? Повезло, что Иеремия всего лишь потерял дар речи.
— Да-да, тот самый с кучей денег, — уточнил сыщик с мстительным прищуром. — Он оставит большие чаевые, вот увидишь. Не пора ли нам поесть в конце концов?
Через секунду хозяин чайханы ожил и вспомнил о знаменитом гостеприимстве гулей Кадингира. Подумаешь, Искандер, подумаешь, ар-Хан, какая разница кто? Человек пришёл в его заведение, чтобы позавтракать, значит, нужно его накормить. Галантно подхватив меня под руку, Иеремия проводил нас к вип-столику и пообещал лично принести лучшие угощения в самое ближайшее время.
Воспользовавшись случаем, я по-быстрому поднялась в жилую часть чайханы, отыскала комнату Розы и переоделась. Выбрала зауженные к низу светлые штаны и камиз тёмно-фиолетового цвета. Обязательно попрошу Эзру передать своей сестре мои благодарности за одежду… и расчёску! О, я наконец-то смогла вменяемо расчесать волосы и заплести аккуратную косичку. В кои века зеркало отразило милую девушку, а не кикимору болотную. Как же мало мне нужно для счастья!
— С чего начнём? — за столик я вернулась в приподнятом настроении.
— С тажина с курицей и лимоном, — облизнулся Эзра, подвигая ко мне ополовиненную тарелку. — Это действительно курица, а не слизень, ешь без опаски.
Верно, завтрак расследованию не помеха. Дядя Иеремия вынес столько еды, что хватило бы накормить десяток человек. Вряд ли он воспринял всерьёз слова племянника про щедрые чаевые, скорее уж захотел произвести впечатление своим кулинарным умением и широтой души на близкого родственника Великого Визиря. Еда стоит выше обвинений, претензий и прочей неприязни.
— Я о другом. Как мы будем поступать меня в Кадингирскую академию?
Привычным жестом поправив крепления на перчатках, Искандер взял стаканчик с чаем так, будто это золотой кубок во дворце халифа. Его ответ удивил:
— Никак. Мы уже прикинули твои шансы на успех и результат нам не понравился.
Постаралась придать лицу расстроенное выражение. Не получилось. Мне и за год не обзавестись нужными знаниями, чтобы просто надеяться сдать экзамены в лучшее учебное заведение халифата. И это без учёта ограниченного количества мест для девушек!
— Поступим вот как, — сказал Искандер. — Я подкуплю кое-кого из совета академии, и тебя автоматом включат в список студентов, успешно прошедших вступительные испытания.
При слове «подкуплю» Эзра фыркнул, но обличающие речи оставил при себе. Искоренением коррупции займётся уже после того, как искореним текущие проблемы. Я же грешным делом в этот момент думала исключительно о том, хватит ли у ар-Хана денег, если члены совета запросят слишком много. Дорого обходится принцесса, очень дорого. Надеюсь, она того стоит.
— Осталось решить, что делать с хакимом? Я бы и рад узнать, почём нынче мудрые судьи, но до него не добраться.
Сыщик поднялся с места, в возбуждении прошёлся вокруг столика и снова сел. Мы его не торопили. Идеи у него есть, вижу по лицу, не самые приятные и, скорее всего, весьма противоречивые. Чего бы он сейчас не озвучил, факт свершился — от Кадингирской академии мне не отвертеться. Но самое сложное ещё впереди: одно дело отыскать напуганную девчонку, которая с радостью пойдёт за тобой, и совсем другое уговаривать строптивицу. К сожалению, метод «усыпить хлороформом, закинуть на плечо и вынести за ворота» не сработает. Мы обещали Дикарке Махи не принуждать Лейлу.
— Хакима можно обмануть, — вырешил Эзра. — Да, точно! Сойдёт защитный амулет любого члена совета академии. Почтенный судья ни за что не отличит его ауру от ауры Лены.
— И ты, вижу, знаешь, у кого этот амулет попросить? — поинтересовался Искандер.
Гуль замялся. Закусил губу клыком и посмотрел на нас скорбным взглядом:
— Я знаю, у кого его можно позаимствовать.
— Стойте-стойте, — я вклинилась в беседу, пока ещё понимала суть происходящего. — Надо уточнить парочку деталей. Кто такой хаким, почему его нельзя подкупить, и что за амулет?
— Хаким, или мудрый судья, тот, кто окончательно решает, попадёт ли соискатель в ученики или нет. Он, говоря простым языком, определяет восприимчивость человека к силе джиннов, способность справиться с её влечением. Ты уже не справилась, в тебе сидит Шахди. Вся надежда только на иремский амулет.