— Наверное, я должен что-то сказать сейчас… — с трудом удалось выдавить мне из пересохшего горла. — Слова извинения, наверное, будут к месту…
Я осекся, когда один из бронзовых браслетов дернулся с места и медленно заскользил по камню в направлении Слезы. Секундой позже к первому ободку присоединились два других. Под моим удивленным взглядом дхе'сты с металлическим звоном столкнулись с вырастающим из монолита каплевидным отростком — и начали плавиться, буквально сливаясь с камнем воедино. Потребовалось совсем немного времени, чтобы ободки из бронзы расплавились полностью, без следа впитавшись в пористую поверхность вулканической породы.
«Это еще что такое?» — к происходящему я отнесся с настороженностью. Мне было доподлинно известно, что чего-то подобного обычно не должно было происходить при передаче дхе’ста в храм Смерти-Матери. Простой обычай почтения памяти умершего без всякой мистики — мне Гуэр как-то рассказывала в деталях обо всем этом. И она ни слова ни упомянула о том, что сейчас я видел собственными глазами. С другой стороны — святилище Кра'от Тас Де было далеко не рядовым храмом и неизвестно, во что выльется здесь обычный, казалось бы, ритуал.
Поднявшись с колен, я медленно подошел к Слезе. Сейчас все было иначе, чем в былые времена. То непонятное ощущение — странное противодействие, не дающее мне прикоснуться к главной и единственной реликвии этого места, — его не было. Все еще колеблясь, я протянул руку и кончиком пальцев коснулся выроста.
И… ничего.
На ощупь это был совершенно обычный камень. Шершавый, теплый, вполне обычный.
Наверное, я ожидал чего-то иного. Может быть, какого-то озарения. Или молнии, грянувшей с неба. Беседы с Наэ-Хомад один на один. На худой конец — появления того призрака из мрака, что я увидел тут ночью в прошлый раз. Но когда я коснулся Слезы, повторюсь, ничего не произошло.
«Говорят, что только тем, кто искренне, своей душой принял Смерть-Мать, хватит сил коснуться ее слезы», — как будто сама Гуэр только что сказала мне это — настолько отчетливо в моей голове прозвучали ее слова, сказанные девушкой в первое мое посещение этого храма.
«Это что же получается теперь… Отныне я принял Смерть-Мать в своей душе? Или скорее — перестал сомневаться в ее существовании?»
Я качнул головой, отбросив эти рассуждения до более подходящего момента. В конце концов, зачем я сюда пришел? Проститься с близкими мне людьми. Проститься и попросить прощения.
Все остальное — и даже богиня тьмы, — могло и подождать.
Глава 8
Еще какие-то сутки назад я и предположить не мог, как в очередной раз круто обернется моя судьба и вот теперь мне, промокшему, озябшему и изрядно уставшему, путь лежал на восток — туда, где в голубоватой дымке устремлялись к небу, словно подпирая низкие облака, острые зубья горной цепи.
Этот древний хребет, именуемый на картах как Танрро, был сравнительно невысок — мало какая из его вершин достигала трех километров. Но, несмотря на это, он был практически непреодолим. Существовало лишь несколько троп, более-менее безопасных для прохождения небольших групп людей. Ну а если речь шла об армии, то подходящей оставалась лишь одна дорога — центральный перевал, надежно перекрытый мощным оплотом Риндо.
Риндо. Город-крепость, возведенный многие века назад, еще в те времена, когда о Кшале тут никто и не слышал. Не раз захваченный и разрушенный до основания, — в последний раз именно при штурме войсками Владыки, — он, тем не менее, каждый раз восстанавливался — уж слишком выгодным было его местоположение.
И сейчас, когда городом правила твердая рука Наместника, Риндо был непреступен как никогда прежде.
Гарнизон насчитывал около десяти тысяч солдат даже в мирное время — много больше, чем могли прокормить скудные земли вокруг гор. Но город мог не опасаться голода, даже имея под стенами вражескую армию: по проходу было сравнительно легко доставить все необходимое — провиант, люди, оружие и все прочее бесперебойно поступало с той стороны хребта. Вся мощь западной части Империи Владыки могла неистощимым потоком поддерживать крепость, сдерживающую напор любого врага.
Единственный шанс захватить Риндо, как мне думалось, был не в долгой планомерной осаде. Нет, этот вариант был заранее обречен на неудачу, но вот если попробовать сломить крепость одним стремительным, мощным и, главное, внезапным ударом… Да, штурмующие в таком случае будут вынуждены дорого заплатить за победу, очень дорого. Но это был единственный способ взломать западные врата Кшалы и проложить для аг-наарской армии путь в ее центральные земли.