Он готов был бежать немедленно на поиски Жулианы, все бросить и бежать. Он спросил:
— Кто тебе рассказал об этом? Может, он и еще что-то знает? Может, знает, где моя Жулиана?
— Вряд ли, — с сомнением покачал головой Антенор. — Дамиао всего-навсего негр, где ему знать, куда делась хозяйка.
— Дамиао? — переспросил Тизиу, который открыв рот слушал рассказ Антенора, не проронив ни звука. — Ты сказал Дамиао?
— Да. А что тебя так удивило?
— А то, что ты порол когда-то негра по имени Дамиао, а теперь он, выходит, не чурается тебя? Что-то я в это не верю.
— Не веришь, потому что мал и глуп. Порол я его потому, что он провинился. Он и сам это знает и не держит на меня зла.
— А я — я держу! — вдруг со слезами проговорил Тизиу. — Я тебе никогда не прощу, что ты бил моего отца.
Антенор широко улыбнулся.
— А кто о тебе, дурачке, все это время заботился? С тех самых пор, как ты появился на фазенде, только я о тебе и пекся по старой памяти. А теперь отвезу тебя к отцу.
Тизиу замер, сам не веря своему счастью. Неужели он больше не сирота? Неужели он скоро обнимет своего дорогого папочку?
— Давай, давай, собирайся, — поторопил его Антенор.
Он был искренне рад неожиданному повороту судьбы. Поворот этот означал, что судьба к нему благосклонна. Разве сможет Дамиао отказать в чем-нибудь человеку, который вернет ему сына? Разве одну только ненависть почувствует красавица Нана, Увидев Антенора вместе со своим племянником?
— А мне нечего брать с собой, кроме самого себя, — засмеялся Тизиу.
— Тогда кончай жевать и поехали! Мы еще успеем на вечерний поезд.
Хотел поехать вместе с ними и Матео, но он должен был предупредить об этом Гумерсинду.
«Я скажу ему: я еду искать сына! Он поймет меня. Он должен меня понять!»
Матео вспомнил рассказ Гумерсинду. Упрашивая его жить с Розаной, тесть говорил:
— Пойми меня Матео, всю свою жизнь я хотел иметь сына. У моей матери было слабое здоровье, она родила только одного ребенка — меня. Когда мой отец умирал у меня на руках, он просил: роди мне внуков, много-много внуков. Он надеялся, что у меня еще будут мальчики. Хотел, чтобы у плантаций, которые он мне оставлял, были хозяева. Когда родилась Розана, он не устроил праздника, так рассердился. А когда родилась Анжелика, то даже не захотел взглянуть на нее. Я сообщил ему, что снова родилась девочка, а он мне сказал:
— Утопи ее!
Сказал, разумеется, сгоряча. Но он никогда, ни разу в жизни не брал моих дочек на колени, не ласкал, не оказывал им внимания...
Голос Гумерсинду звучал в ушах Матео.
«Я скажу ему, что иду искать сына, и он меня поймет», — снова подумал Матео.
Что скажет на это Розана, он как-то не думал.
Глава 13
Розане нелегко далось ее решение, но все-таки она поехала в Сан-Паулу вместе с Матео.
— Я буду воспитывать твоего сына как своего, — сказала она мужу перед отъездом.
Вполне возможно, что Матео было бы легче, если бы Розана устроила ему скандал, но он оценил ее добрую волю и взял с собой.
— Твой пример и мамин научили меня уступчивости, — сказала Розана Анжелике, у которой они, как всегда, остановились.
Сестры уселись в гостиной за чашечкой кофе, им было о чем поговорить.
— Должна тебе сказать, что я не раскаиваюсь в своей уступчивости, — начала Анжелика. — Ты даже не представляешь, какая со мной приключилась история...
Розана с любопытством посмотрела на младшую сестру. Глаза у той сияли, губы улыбались, история обещала быть хорошей.
— Рассказывай быстрее, — попросила Розана.
— После приезда папы и разговора с ним Аугусту стал гораздо больше времени проводить дома. Но обедать дома не любил, говорил, что я не умею готовить макароны. А уж я как только не старалась научиться их готовить! Но они у меня никак не получались. Аугусту все кривился и отодвигал тарелку, а мне было очень обидно. И однажды я разговорилась в булочной с очень милой итальянкой, которая пообещала научить меня стряпать. Я пришла к ней домой, чтобы учиться готовить, мы назвали друг другу наши имена, и что ты думаешь? Она оказалась той самой Паолой, любовницей Аугусту! Разумеется, поначалу у нас обеих был настояций шок. Я хотела было уйти, но Паола удержала меня. «Нет! — сказала она. — Я буду учить тебя готовить макароны!» Представляешь, какая молодец! Конечно, мы с ней и поплакали, и от души поругали Аугусту, а потом очень подружились. Макароны у меня стали получаться хоть куда, и Аугусту только диву давался моим успехам. Паоле я первой сказала о том, что жду ребенка.