Хорошо! Поехали дальше.
— На перспективу нам надо определиться будет ли Община участвовать в стройке горной ГЭС или нет. Или мы просто доставляем и с нами рассчитываются за доставку. И мы дальше едем осваивать ничьи земли со всеми вытекающими плюсами и минусами. Или же мы остаемся на строительство ГЭС и там оседаем.
Выбор за общинниками. Подумайте об этом.
Итак, давайте сразу сделаем сводный список по разделам:
— Во–первых, пособие. Кто не получил. И причины.
— Вот уже готовы, — сообщил Григорьич, протягивая несколько списков — надо только в общий внести и все.
— Хорошо! — сказал я Григорьичу, повернулся к остальным и продолжил — Во–вторых, оружие.
— Выдали только водителям «фур» автоматы с двумя запасными «магазинами» патронов. И это все! — сообщил Егерь
— В–третьих, рации. Тут все ясно! Нам они связь и не собирались выдавать.
— В–четвертых, транспорт, обещанный членам общины.
Отыскав глазами Николаича, спросил:
— Николаич, что конкретно тебе обещали вербовщики?
— компенсировать разницу стоимости вездехода.
— Иосиф Алексеевич, а тебе что обещали?
— Разговор шел о предоставлении во владение пикапа с двойной кабиной или что‑то типа буханки — головастика.
— Генрих, а вам что обещали?
— Тоже типа микроавтобуса.
— Итак, три транспортных средства, причем один с частичной компенсацией, правильно я вас понял, Николаич, — в подтверждение он кивнул.
Посмотрел на остальных претендентов на транспорт — вопросов. Хорошо.
— Теперь переходим к следующему вопросу топливо.
«Фуры» по дороге заправляли.
Подсчитайте сколько вышло в литрах. Так проще будет и вернее. Что Николаич хотел сказать?
— Я же говорил, что мне пришлось ехать из Красноярска в Санкт–Петербург своим ходом на нашем «Садко». Недалеко от города загрузили груз и вперед на Новую Землю.
— Расход топлива помните, — увидел, как Николаич кивнул — запишите нам эти данные. А КамАЗ заправляли, — отрицательно отмотнув, Николаич ответил:
— Бак был почти полный, мы, точнее зять с дочкой, съездили в пару мест за оборудованием и они стали на прикол и ждали пока мы не приедем.
— Так, ясно. Что у нас дальше?
— Груз, перевозимый на нашем транспорте.
— Предлагаю обнародовать только груз в «Садко», пока не выясниться отношение к этой новости оппонентов и не вырисуется вся ситуация в целом.
Наконец‑то сводный список был готов. И народ потихонечку начал рассасываться, пока не остались вчетвером: Григорьич, Рихардович, герр Oberst и я. Работа над уставом и списком оказалась на редкость дружной и плодотворной, что не могло не радовать.
Закончив работу над списками с нашими требованиями, мы двинулись каждый по своим делам.
Наброски устава Общины, записанные в мой блокнот, надо будет еще подкорректировать с каким‑нибудь местным специалистом, а затем, так сказать, обнародовать.
А на чем писать? Вот сейчас быстро смотаюсь в магазинчик, вдруг что‑нибудь бумажное есть. Хоть тетрадка. Но только быстро! Одна нога еще здесь — другая уже здесь. А то дел невпроворот, и времени нет. И рванул в «For sale».
44. Крайний разговор.
На автостоянке возле наших транспортных средств находились подъехавшие «Тигры» Василия Андреевича.
Сам он стоял с двумя охранниками и общался с нашими старшими — Рихардовичем, Григорьичем и Генрихом–Андреем. Остальные вооруженные охранники, с нашитыми на камуфляж эмблемой «РА–RA» рассосредоточились вокруг своих «Тигров» во главе с тем прапором, который вел нашу колонну на «Базу Европа».
Зачем так много охраников натащил сюда Василий Андреевич мне было совсем не понятно. Зачем устраивать нам какой‑то «смотр–парад». Нам бы по–тихонечку с «Базы» слинять в свете последних событий.
Так раздумывая над жизнью отнюдь пока не вольной пробирался нашим старшим — узнать что за бучу устраивает Василий Андреевич, да еще притащил столько охраны.
Наткнулся на Егеря, стоявшего в первых рядах, и взял его в оборот.
— Что там происходит. Чего он приперся к нам как на парад со своей военнезированной охраной?
— Митинг устраивает, агитирует, — в тон мне саркастически обрисовывая ситуацию, ответил Егерь. — Сознательность проявлять требует. Сейчас еще про жертвенность загнет во имя всего человечества, — высказался Егерь, как сплюнул горечь какую‑то.
Тут оратор перешел на обличительный тон и я решил все‑таки послушать эту «пламенную» речь борца за неизвестно что.
— … все собираетесь на Северные территории ехать — задал провокационный вопрос оратор — или кто‑то в Евросоюзе хочет остаться? — обличительно спросил Василий Андреевич, глядя в основном, на стоящего неподалеку герр Oberstа с Гербертом, а потом и меня.