Введение
Минуло две тысячи лет с того дня, как рухнул старый мир. Все мертвецы, оживленные неизвестной болезнью давно сгнили и оставили живых в покое. У людей выработался иммунитет к заразе и они перстали превращаться в живых мертвецов после смерти. Вскоре появились новые государства, города, вновь прокладывались торговые пути. Наконец, за долгое время воцарился мир. Но он оказался весьма недолгим. Постоянное расширение границ государств привело к их столкновению. Люди опять наступили на те же грабли, что и их предки. Начались кровопролитные войны. Вновь волны бессмысленной жестокости заполонили только-только родившийся мир. Но даже это не оказалось дном. Снизу постучала, считавшиеся побежденной, чума. Нет, она не нашла способа вновь превращать людей в ходячих мертвецов, жаждущих плоти и крови еще живых людей. Болезнь теперь просто игнорировала их. Но у нее нашелся другой козырь в рукаве: появились ульи - инкубаторы для вывода смертоносных тварей, разносящих свою заразу намного эффективнее, нежели их предшественники. Новые монстры загнали людей в угол, вновь человечество оказалось на грани вымирания. Увы, люди не выкарбкались. Они закопали себя еще глубже, построив города, окруженные стенами. Ведь создание этих озиасов среди бесконечных чумных земель, создало еще больше проблем: голод, перенаселение, остановка технического прогресса. А также в людях бурлила давно зародившаяся ненависть к друг другу, заставляющая продолжать войны между собой. Казалось бы, все земли стали преисподней и хуже быть просто не может. Но восточные земли скажут вам: "Нет. Может". "Адский котел" - так зовут эту проклятую долину солдаты. "Залежи невероятно эффективного топлива - цибуса" - так зовут эти главнокомандующие. Но истинное имя этих земель - "Море крови". Миллионы солдат попали в, пермоловшую их мясорубку, из-за застрявшей на одном месте индустриализации, из-за недальновидности главнокомандующих, из-за нежелания простых людей замечать это и бороться с этим. "Эта война изменит мир!" - торжественно кричат главнокомандующие. Но, что именно в этой войне изменит мир? Залежи цибуса - двигателя индустриализации, или же жертва миллионами людей - очищение переполненных городов от лишнего груза?
Глава I: Засада
В небе кружилась птица. Красивая: с большими, но ухоженными крыльями, с объемным, строгим, величавым клювом. Она не должна быть здесь. - У-улетай... Здесь опасно... - Джей! - кричал Марк - Черт, он наверное кантуженный, помогите мне затащить его в траншею! Несколько солдат высунулись из окопа и пригнувшись побежали к недавно появившейся от взрыва воронке, возле которой лежал Джей. - Джей, ты живой?! - Марк смотрел в глаза Джея, желая увидеть хоть малейшие признаки жизни. - Ма-рк? - Живой, сволочь! - крикнул Марк с улыбкой на лице - Жан, помоги мне дотащить его! Джея как можно быстрее поволокли к траншее, волокли настолько быстро, что один сапог с ноги кантуженного слетел. Как только солдаты вновь оказались в окопе, загремел вражеский пулемет, вырывая кусками землю там, где только несколькими мгновениями ранее были бойцы. - Они там что, пулемету в глотку лед суют? Охлаждается, черт побери, со скоростью света! - негодовал Марк. - Ч-что с Глорией? - спросил Джей. - Дружище... - сказал с поникшей головой Марк. - Снаряд попал прямо в нее. Еще несколько метров - и ты бы остался без какой-нибудь части тела - спокойно ответил на вопрос Жан. - Жан! - обратился к нему перевязывающий голову Джея, с озлобленным взглядом Марк. - Что? Что ты от меня хочешь? Тут каждый чертов день умирает тысячи таких же как она, и мы уже давно перестали по ним горевать. Потому что нам и жизни не хватит, чтобы помянуть всех, а нам еще и воевать и победить в этой чертовой войне нужно! Не поймите меня неправильно, просто... Просто это не то место, не то время! Да черт возьми, на той стороне, всего за сто метров от нас по нам стреляет пулемет, а мы тут сейчас поминальную церемонию будем устраивать? Марк готов был разорвать Жана, но неожиданно заговорил Джей: - Ты... Прав... Не место, не время... - спустя еще пару секунд молчания, Джей спросил - Сколько еще живых? - После атаки средиземцев "Туманом" осталось совсем немного. Неизвестно, сколько нас осталось... Я бы не рассчитывал на лучшее... Джей начал приходить в себя и вспоминать, что произошло... Тысячу бойцов отправили на северный фронт для создания опорного форта, который не позволит врагам нанести неожиданный удар с этого направления. Прибывшие на территорию для размещения форта солдаты обнаружили тот самый карьер, в котором форт должен был расположиться. Только одно показалось странным: вокруг карьера были траншеи и окопы. И когда рядовым был отдан приказ исследовать карьер, неожиданно по ним ударил притаившийся враг, сразу уничтожив почти половину всего состава. Естественно, мальцы, еще не обтесанные боями, ничего не смогли противопоставить пулеметам. Оказалось, что траншеи – ловушка, которой успешно воспользовались средиземцы, по успевшим спрятаться в окопы решили "выкурить" с помощью "Тумана" - газа, от которого люди коченеют, перестают реагировать на какие-либо раздражители. Но нам - двум десяткам солдат удалось уцелеть (по крайней мере, здесь, на востоке), ветер дул в противоположную от нас сторону. Но даже это не отменяет того, что дела наши хуже некуда... Глория... Наш родной медик-самоубийца... Черт, да мы погоду предсказывали по раненым, которых она притаскивала. Этот сумасшедший полевой медик лез под пули за самыми безнадежными "пациентами". Она как-то раз притащила бойца с дырой в черепе, как будто ему трепанацию сделали. У него части мозга не было. Но знаете что? Она его спасла! И он остался в живых, хоть и ненадолго. В какой-то момент его организм просто понял: "Блин, я же умереть должен был!", и он затрясся в конвульсиях, после чего умер. Но, все же, это не отменяет заслугу Глории. Она так часто лезла под пули и успешно уходила от них, что мы ее звали бессмертной. Глория никогда не жалела себя, она не ценила собственную жизнь, в отличии от многих здесь! Она каждый день была готова отдать свою жизнь за других! И всегда, на вопрос о том, почему она ведет себя как последний самоубийца, она отвечала, что в жизни до войны из-за ее трусости в мир иной ушло много людей, и близких ей в том числе. Она говорила, что впедь, если у нее есть возможность сохранить кому-то жизнь, то она без малейшего промедления использует эту возможность. "Не место, не время". Сейчас надо что-то предпринимать, иначе ее жертва будет напрасной... - Пока "Туман" рассеивается по ту сторону карьера, средиземцы не будут терять время - начал Джей - через несколько минут они должны начать вычищать окопы на этой стороне... Как будем выбираться? - Из траншей и головы поднять нельзя... - рассуждал Жан - если побежим прочь от карьера, выбравшись из окопа, то нас постигнет судьба Глории... - Да даже если по нам не будет стрелять артиллерия... - вошел в разговор один из бойцов - Пока мы бежали от пулеметов, я заметил приближающихся лошадей за метров триста отсюда. Даже если мы сможем убежать от артиллерии и пулеметов, то дождь из свинца все равно нас настигнет... - Мы в ловушке, значит... - сделал вывод Джей - Это была засада... Откуда же, черт возьми, здесь средиземцы?.. Неожиданно Джея прервали выстрелы, которые звучали очень близко. "Начали вычищать" - эта пугающая мысль настигнула всех. И в этот момент, даже Жан - бывалый атеист, посмотрил на солнце, и ему помолился, чтобы если их всех все же убьют, то оно бы выжгло средиземцев к чертям. Спустя несколько секунд прозвучали выстрелы, всего за метров десять от бойцов. Жан решил не рисковать, лишний раз открывая рот, он, используя жесты, сказал, что нужно двигаться в сторону "Тумана", ведь там меньше боевых единиц врага. Все сразу согласились с Жаном и аккуратно двинулись по траншеям на противоположную сторону карьера, но на месте, как вкопанный, стоял один паренек. Молодой, худощавый, форма ему была велика. Он был из тех, кто до войны любил книжки читать, и, он точно сюда не был должен попасть... Недалеко ушли бойцы, как из его глаз потекли слезы. Он закричал, что он не хочет умирать, и, дурак, высунулся из окопа и побежал прочь от карьера, траншей. Жан, поняв, что их местоположение, скорее всего, засекли, пытался спасти этого солдата, кричав ему вслед: "Стой, дурак!". Но парнишка не останавливался, он бежал что есть мочи. Он не хотел возвращаться обратно в траншею, не хотел возвращаться туда, где погибли все, кого он знал... И вот - вот рядом уже спасение! Лесополоса! Среди многовековых деревьев легко спрятаться и укрыться даже от многочисленных выстрелов! И вот: нога уже наступает на сухие листья и ветки, как прямо в эту же ногу, в каленную чашечку, опрокидывающе бьет винтовка. Он падает, раздирая себе лицо об ветки, начинает орать от невыносимо жгучей боли, вновь кричит, что не хочет умирать. И через несколько десятков секунд, со слезами на глазах, тихо просит у бога помощи... И как будто всевышний услышал его зов, паренек услышал цоканье копыт! И вскоре, перед ним предстал величавый, белый конь! Но через секунду, паренек увидел его всадника... Черная, как смоль, шинель, символично покрытая десятками значков с черепами, покрытое множеством шрамов лицо и один глаз с катарактой. У самого настоящего воплощения смерти во плоти был обрез, из которого оно сделало выстрел. Но нет, оно не добило пареньк