VII
ДОЛГ КАПИТАНА ГАРГУЛОВА
Чем больше тайн «людей-пауков» открывалось Адораблю, тем более хитроумной и зловещей казалась ему эта организация. Ее ресурсы намного превосходили потребности шпионов и наемных убийц; собственно говоря, «людям-паукам» ничего не стоило взять в свои руки верховную власть, свергнув любого из претендентов. «Все это время мы ходили по тонкому льду, не имея представления, что за силы дремлют в глубинах… — с изумлением осознал вундеркинд. — Я-то наивно полагал, что это моя команда и мои методы позволяют держать руку на пульсе Аристопала, реагируя на каждый поворот событий… Как же я ошибался!» Адораблю казалось, что его затягивает в мрачную, бездонную пучину. Он все яснее понимал — ускользнуть от этих людей и, вдобавок, избежать их возмездия будет чудовищно трудной задачей. «Они или я — вот как на самом деле стоит вопрос… Придется вырезать эту заразу на корню, выжечь каленым железом — всех, до единого… В противном случае даже Термитник не станет надежным убежищем, рано или поздно они до меня доберутся… Такова доля всех великих политиков. Мало вырвать из своей груди горящее сердце; надо еще затолкать его врагу в жопу по локоть! Эх, какая смачная формулировка! Где там Адриадакис с ее тетрадкой…»
Понять структуру организации у вундеркинда пока не получалось: не хватало данных. Впрочем, как действует «нижний эшелон», он себе более-менее представлял. Рядовые исполнители попросту не подозревали, что работают на жутких «людей-пауков»: с помощью фармакологии и ряда психотехник практически любого человека можно было принудить к чему угодно — а потом стереть эти воспоминания или заменить их ложной памятью. Похищение нужной персоны заказывали: из обрывка подслушанного разговора Адорабль уяснил, что этот бизнес считался весьма доходным и занималось им несколько подпольных контор. «Как просто… Выбираешь нужного тебе человека, платишь — и спустя короткое время он оказывается в оговоренном месте, связанный и с кляпом во рту… Хотя что это я, какой кляп — достаточно укола крохотной булавкой, смазанной нужным составом… Похоже, именно так обошлись со мной… Главное, никто не задает лишних вопросов. А дальше — работа специалистов: мощные наркотики, суггестивный гипноз — и делай с ним что угодно: качай информацию либо отправляй на задание… И никаких улик. Я бы сказал, весьма похоже на методы спецслужб — но здесь им просто неоткуда взяться; великие эгоисты не нуждаются в дополнительных институтах власти… И все же, гм… В этом что-то есть». Его патрон, вопреки начальным предположениям, вовсе не был главой организации: Адорабль пришел к такому выводу после нескольких дней наблюдений. «Он не босс, точно… Но — достаточно высокопоставленное лицо: «полковник» или даже «генерал»… Большинство решений принимает самостоятельно, но вот стратегию ему явно спускают откуда-то сверху… Я уловил тень недоумения, когда он отдавал мне последние приказы, значит — сути их он и сам до конца не понимает… Кроме того, он нервничает — все эти мелкие признаки, постукивание пальцами по столу, слишком прямая спина, напряженность поз… Похоже, что-то назревает».
В справедливости своей догадки младенец убедился на следующий вечер. Присматривавшая за ним старуха принесла ворох одежек — тех самых, что были на нем в ночь похищения, и, неразборчиво ворча, принялась одевать вундеркинда. На вопросы Адорабля карга не реагировала вовсе. В глубинах души родилось мутное цунами раздражения, готовое с грохотом и ревом вырваться наружу… Адорабль кротко улыбнулся и вздохнул. «Мастерство самоконтроля освоено в совершенстве, можно себя поздравить… Ох, как я оттянусь на своих соратничках — дай только срок!» Паромобиль ждал их возле ворот. За рулем сидел Франсуа. При виде младенца он ухмыльнулся и подмигнул.
— Я слышал, тебя приспособили к делу, маленький мудрец?
— Мудрость не зависит от роста…
«Ага! Маленький мудрец, значит? Вот ты и выдал себя: моя затея сработала! Ты считаешь меня умненьким безобидным карапузом? Хорошо, пусть так и будет — до срока».
— Он и впрямь смышлен, не сомневайся… — Патрон уселся рядом с водителем. — Поехали!
Путь был неблизким. Паромобиль долго петлял по улочкам Аристопала, пока не остановился возле мрачного, по виду — давно заброшенного особняка. Лунах уже выполз на небосклон, но сквозь плотные кроны гуардо не проникало даже лучика света: стоило Франсуа выключить фары, как вокруг воцарилась густая тьма. Адорабль ожидал, что старики вылезут и откроют ворота, но матерые душегубы сидели неподвижно, ожидая чего-то. Минут пять прошло в молчании и неподвижности; потом на воротах зажглись, складываясь в прихотливый узор, крохотные огоньки. Франсуа вышел из машины и распахнул створки. Во мраке мерцала тропинка, точнее — два пунктира, ведущие в глубь сада. «Интересно… Это же насекомые! Светлячки или вроде того. Надо будет сказать моим орлам: пусть подмечают такие штуки, мало ли что», — подумал Адорабль. Франсуа, по-прежнему не включая фар, осторожно тронул вперед.