— Плен научил меня многому, и прежде всего — смирению… — проворчал великий эгоист. — Но облеченным властью эта наука дается особенно тяжко. Кому и знать, как не тебе…
Сан Саныч вопросительно изогнул бровь.
— Я многое узнал о твоей натуре, полицейский… Твой мозг открыт для телепатического контакта — скорее всего, из-за старой травмы…
— Чертов киллер! — буркнул капитан. — Значит, все эти подводные видения — и впрямь твоих рук дело?
— Конечно. Ты единственный, до кого я смог дотянуться из мерзостной раковины этого беспозвоночного…
— А как тебя вообще угораздило в плен попасть? Насколько я понял, великие эгоисты примерно равны друг другу по силе… Интриги, да?
— Не только. Ты знаешь, кто мы такие?
— Гм… Ну, в общих чертах… Здешние правители…
— Не все так просто, — угрюмо перебил Сан Саныча собеседник. — Тебе известно, что мир подобен мозаике, сотканной из мириадов смыслов?
— Да, объясняли мне тут…
— Эволюция имеет множество вариантов… В каких-то пазлах реальности жизнь так и не вышла на сушу, и вершиной творения там стали моллюски… Где-то венцом эволюции считаются амфибии, где-то — мы, рептилии… А каждая раса рано или поздно порождает великую личность, способную изменять мир одним лишь усилием воли. Но такие, как я, не могут ужиться со своими соплеменниками: рано или поздно им приходится искать уединения. Поначалу — в отдаленных уголках, потом и вовсе в иных слоях мироздания… Сила, подобная нашей, — слишком большой соблазн для власть имущих. По сути, все великие эгоисты — беженцы, изгои, которым не нашлось места среди своих. Здесь мы не только обрели убежище, но и отыскали способ преумножить мощь нашего «эго». Люди, которых многие из нас считали забавной ошибкой природы, оказались незаменимым материалом. Мы дали им свое покровительство, создали города и превратили их общность в зримое продолжение нашей воли… Энергия «эго» вошла в резонанс с крохотными искорками человеческих жизней, усиливаясь и преумножаясь. Покуда каждый из нас пребывает в таком месте, он всесилен и неуязвим… Почти неуязвим. Но стоит покинуть свой город, как «эго» заметно слабеет.
— Стало быть, тебя выманили из Аристопала?
— Увы, это было несложно. Я пошел на поводу у своих чувств, казалось, еще немного — и мой соперник будет повержен…
— Господин Хрустальное Озеро?
— Именно. Мне чудовищно не повезло с этим соседством, — пожаловался Господин Высокое Небо. — Мы редко имеем дело с себе подобными: города, как правило, разделены огромными расстояниями, и делить нам нечего… Мне просто не повезло. Наши владения волей судьбы оказались расположены совсем рядом, и гнусные эманации моллюска уже многие столетия мешают гармонично развиваться моему «эго»… В своей неизбывной подлости он дошел до того, что начал засылать ко мне наемных убийц! К счастью, их оружие было несовершенно. С тех пор я ввел в славном Аристопале запрет на все огнестрельное. Мне противна сама мысль о том, что какой-то жалкий быдлянин может нанести смертельный удар издали!
Сан Саныч предположил про себя, что в подобные игры соседи играют уже давненько — и кто начал первым, сказать трудновато. Дальнейшие слова великого эгоиста заставили его утвердиться в подозрениях.
— Полутонны цианида, сброшенного в самый центр мерзостной дыры под названием Джеппа, должно было хватить… Это раз и навсегда решило бы главную из моих проблем.
«Ты смотри, какой гуманист, однако… Впрочем, сам-то я немногим лучше».
— Что же не заладилось?
— В отличие от Господина Хрустальное Озеро, я не стал поручать эту миссию наймитам — и сам сел за штурвал одного из моих аэропланов… К сожалению, кто-то предупредил врага. Меня ждали. Я даже не понял, как все произошло: на подлете к кратеру прогремел взрыв, и машина рухнула в Дебри… В себя я пришел, уже будучи узником.
С этими словами Господин Высокое Небо вновь сделал непонятный жест в сторону головы Фигассэ. Застывший в презрительной гримасе лик расслабился.
— Я, похоже, что-то пропустил, — усмехнулась голова. — А это еще кто?
— Тот, благодаря кому я вновь очутился на свободе. И теперь мы хотим знать: каким образом ты поддерживал связь с повелителем Джеппы?
— Не было такого…
— Лжешь. Иначе каким образом он узнал о моей миссии?
— А-а, вот вы о чем! — голова ехидно заулыбалась. — Вынужден вас разочаровать еще раз… Если помните, я сам помогал вам в разработке этого плана; вот только ваше возвращение мною не предусматривалось. Припомните, великий, кто собирал вас в дорогу?