Выбрать главу

— А сколько получает средний представитель гнезда в месяц, например, расчетчик?

— Где получает, и в каком гнезде?

— Например, здесь, в нашем городе.

— От десяти до тысячи золотых в неделю, в зависимости от гнезда, сложности работы, квалификации. А что? — Барто удивился ликиному вопросу, это-то ей для чего? Не собирается же их студентка работать в гнезде расчетчиком, квалификация у нее после окончания института будет не та. Кому это нужно, готовить в этом мире расчетчиков бесплатно себе на голову! Мышка в свою очередь, то же удивлялась. Ни фига себе, думала Мышка, это, от грубо говоря двенадцати тысяч долларов в неделю до миллиона. Теперь понятно, почему у них в гнездах даже самые последние шестерки на новеньких мерсах гоняют. А я то еще думаю, откуда в таком бедном городе, такое огромное количество новых мерседесов.

— А в кланах? — Лика была шокирована зарплатами, куда до них новым русским!

— Я не знаю, кому, за что и какие суммы выплачиваются в кланах. Почему вы спрашиваете?

— Это как-то слишком много!

— Да, очень, один раз в магазин сходить. — Парировал святой отец. — Я бы совершенно не советовал вам тратить золотые, они всегда растут в цене, относительно местной валюты. Подкопите денег на практику, может быть, после окончания института, сможете даже купить работу в приличном гнезде. Хорошая работа стоит очень дорого.

— То есть за работу, еще и нужно платить!? — Возмутилась изумленная Мышка.

— Конечно, если вы хотите попасть в гнездо.

— Но у меня контракт со службой безопасности!

— Деньги ваши, можете тратить их, как сочтете нужным. — Барто выглядел измученным и недовольным. Он дает этой девчонке хорошие советы, а она…

Да уж, подумала Лика. Остается вопрос, как потратить триста восемьдесят тысяч долларов в этой дыре. Попробовала перевести доллары в рубли, получилось, что-то около двенадцати миллионов, просто охренеть можно. Да, а еще ты хотела работать, размышляла Мышка, возвращаясь со своим богатством в учебную аудиторию. Перехотела? Нет, сначала надо уточнить ставки, потом решить, работать, или нет… Лика свернула к куратору, довольная как удав, слопавший за раз десять кроликов, и не разу не подавившийся. Приятно, первый раз в жизни чувствовать себя миллионером.

Клозе внимательно посмотрел на Лику, недовольно вздохнул и спросил:

— Ну что, намерены работать?

А я тебя шокирую, подумала Лика.

— Конечно, иначе я умру от скуки. Где мне взять материалы по Ри Нону?

— В библиотеке.

— А что вы имели в виду, когда говорили о работе?

— Работу.

— Какую?

— Как в гнезде, на чаше.

— Подробнее можно, а то я вас плохо понимаю.

— Вы приходите рано утром, натощак, переодеваетесь, спускаетесь к чаше, и у вас берут несколько капель крови, все.

— Это работа?

— Нормальная, то есть обычная работа для женщин в гнезде.

— И сколько за все это платят?

— Не знаю, спросите у господина Барто.

— И я не знаю, — Лика пожала плечами, — не уверенна, что такая работа мне нравится. Я лучше, что-нибудь бесплатно попишу, вам не надо помочь? Ну там, личные дела, характеристики?

— Подумайте, чем вы рискуете, это же институт?

— Не знаю, но я подумаю, спасибо за предложение, я пойду, скоро звонок.

Лика отправилась в группу. Клозе грустно посмотрел ей в след, если бы он уговорил Кер поработать, наверняка получил бы премиальные. Мышка открыла дверь, ну вот, как всегда, почти последняя. Тряхнув головой, села за свою парту, рядом с Бэкком.

— Привет мальчики, меня с сегодняшнего утра прямо засыпают деньгами и предложениями.

— Руки? — С ухмылкой спросил Джи Джи.

— Да нет, на предмет, поработать на институт за деньги.

— Какие деньги? — Скучно спросил Аллан.

— Не знаю, не за рубли же? Парни пожали плечами, тема была им не интересна, Аллан снова зарылся в тетрадь с биосинтезом. Лика решила слегка оживить интерес. — А что значит, работать на чаше?

Ее слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Стало тихо, казалось, пролети снежинка, был бы слышен звук ее падения. Лику рассматривали так, словно увидели ее впервые, и с головы до ног в узорах необыкновенной красоты.

— Тебе предложили работать на чаше в институте? — Изумленно переспросил Мор-Ган. — Кто?