Шлоз решил оставить Стази возиться с чаем, а самому заняться делом. Провести рекогносцировку на местности и получше изучить квартиру подопечной. Он ушел, сначала в гостиную, потом пошел шарить в спальню. До кабинета, правда, он не дошел. Стази решил от него не отставать и проверить холодильник. Он включил чайник в форме ракеты и занялся подробным осмотром припасов. Холодильник оказался забит под завязку. Он наугад вытащил торт с отрезанным куском и осторожно поставил его на стол. Потом пошел шерстить шкафы. Мука, сахар, крупы, консервы, тушенка, сгущенка, морепродукты, маринады, салаты и прочая дребедень. Можно подумать, что у Кер здесь запасы на случай ядерной войны. Он снова открыл холодильник, начав с морозильной камеры. Птица и рыба, а мяса оказалось на удивление мало. Но на полках обнаружились копчености. Стази, который ел, в основном в институте, изредка выбираясь в кафе или ресторан растерялся. Голубцы, фаршированные перцы, рыбные пресервы, окорока, буженина, рулеты, и еще, еще, еще. Названия всего этого он не знал. Рыба красная и белая, копченая и соленая. Наконец ему попалась форель, кусками, кажется варенная. Ее то он и выудил первой. Кер явно не собиралась умирать с голоду. От всего этого его передернуло. Впрочем, возможно это запасы на пресловутый день рождения. От холодильника он перешел к шкафу с чаем. Чайник щелкнул, отключившись. Стази открыл одну банку, понюхал, скривился, потом другую, третью. Как это можно пить, раздумывал он, воняет черте-чем. Потом пожал плечами, кинул вонючую траву в чайник и залил кипятком. Наконец у него проснулась исследовательская чесотка, и он вышел в гостиную. Ничего более удивительного, чем в кухне он уже не ждал, поэтому застыл на пороге.
Гостиная оказалась совершенно абстрактной, какая-то растянутая неправильная капля. Потолок имитировал дыру в обвалившейся кровле, в которую просвечивало небо с облаками. Шторы закрывали окно, полностью не пропуская свет. Слабенькое освещение растекалось из коридора.
Стази нащупал кнопку выключателя. Нажал на нее. Засветилось небо, уже дневное. Нажал вторую. Небо чуть погасло, зато осветилась кровля. Он включил третью клавишу. Включилась подсветка стен. Стены производили впечатление древних, полуразрушенных. С пола бил местами синий, а местами зеленый нереальный свет, вверху стены подсвечивались пурпурным и фиолетовым. Стази начал материться про себя. Черный гладкий каменный пол. Наклонился и потрогал — гагат? Кремовый ковер, в тон стен, с египетскими иероглифами по краю, провозглашавшими хвалу фараону Рамсесу второму. Стази озабоченно почесал за ухом. Из пространства зала выбивались слишком простые по форме диваны с богато расшитыми в египетском стиле подушками, и меха. Лисы, соболя, норка и енот пошли на прекрасные большие пледы. Фрески на стенах посвящались Тоту, хранителю знаний и странникам, скитальцам между мирами. Простой элекрический камин из черного мрамора с двумя крылатыми львами из бронзы по бокам. Вдоль стен, то ли пуфики, то ли столики, не разберешь. Над камином большой плазменный экран, сбоку колонки. На стене над диваном коллекция дорогого восточного оружия. Стена следующего коридора напоминала пещеру. Стази замер, слегка ошарашенный увиденным. Вернулся не менее изумленный Шлоз.
— Это сколько же сюда нужно было вгрохать денег? — Уныло спросил Стази.
— Причем, так не надолго. Со следующего года Кер хочет заниматься в Альвэ. Однако в особом эффекте ее жилья ей не откажешь, не вериться, что все это она придумала сама. Я бы не смог.
— Вы где?! — Раздался возмущенный ликин голос. Мужчины поторопились вернуться на кухню. Народу в квартире прибавилось. На обстановку пялился низенький, худенький, всклоченный тип, напоминающий растерянного подростка. Лика достала еще одну чашку и разливала ароматный напиток на четверых. Недовольная выбором торта, сморщила носик, и вытащила еще один. Подумала, и достала третий.
— Хейлин, — изысканно вежливо обратился к подопечной Шлоз. Террону очень плохо, что ты узнала?
Растрепанный тип плюхнулся на стул, стаскивая себе на тарелку по два куска, от каждого торта. Лика убрала в мойку тарелку из-под курицы.
— Стрэсс говорит, что ничего страшного с ним не будет. — Успокоила она наставника. Лохматый кивнул.
— Не сдохнет. — На всеобщем, с легким непонятным для преподавателей акцентом, добавил он. Торопливо запихнул в рот целый кусок, потом второй, третий.
— Тебе какой больше понравился, с шоколадом, орехами, или со взбитыми сливками и фруктами?