Строггорн разносил агентов. Узнав, что Джулии удалось улизнуть, он сразу понял, как сложно будет вычислить ее еще раз. Как все Варды, мгновенно обучаясь, она найдет теперь надежный способ спрятаться.
Этель с Лионом перевезли в клинику Вард-Хирургии, где в палате постоянно находился кто-нибудь из Вардов, но, все равно, после того, как Аолла улетела на Дорн, Строггорн и Креил беспокоились о ребенке, при каждой возможности стараясь помочь Этель. Джулия могла заявиться в любой момент, а что еще придумает ее больной мозг, никто не знал, и это держало всех в постоянном напряжении.
«Она очень хитра, – думал Строггорн, – и должна теперь выжидать, когда ослабнет контроль за ребенком. Несколько дней у нас есть, а что дальше?»
В накопители на Земле сбрасывалась энергия со счетов Советников: Строггорна, Аоллы и Креила ван Рейна. Узнав об этом, возмущенный Линган вызвал к себе Строггорна и предупредил, что не допустит такого бездумного расходования энергии, но тот возразил, что не имеет возможности убедить Креила в бессмысленности этого, потому что Лао встал на его сторону.
– Здорово! – возмущался Линган. – Вы все – против меня! Как будто это касается только Аль-Ришада. А есть еще Президентский Совет Земли и Большой Совет Вардов. Хорошо, что нас еще Галактический Совет пока не может достать! Нарветесь на расследование! Этой энергией можно спасти миллионы людей, а вы хотите вернуть покойника с того света и считаете это нормальным!
– А это нормально, что столько лет не было санкции на разрушение личности Джулии? Сколько раз Креил настаивал на этом? И что?
– А какие основания? Она же не совершала никакого преступления?
– Зато теперь совершила, и поди ее поймай!
– Строггорн, мы не можем наказывать человека только за то, что он МОЖЕТ совершить преступление. Так можно половине Земли изменить психику. Мало ли на что способен человек в состоянии аффекта!
– Зато теперь я не могу отказать Креилу в попытке спасти Тину. Это я виноват, что Джулия жива до сих пор.
– Делайте, что хотите! Но имейте в виду. Нарушите закон – отправим под суд, и не посмотрю, что вы – Советники.
– Не страшно, Линган, не страшно! – рассмеялся Строггорн.
– Вот заплатите по годовому заработку, посмотрю, что запоете!
– Отработаем. Мы не из ленивых.
Джулию мучили кошмары. Стоило ей закрыть глаза – бесконечные чудовища выползали из-за углов. Она не могла спать.
Чарли, привязанный к стулу, сидел напротив кровати. За это время он абсолютно смирился со своей участью, а к этой женщине стал испытывать то ли симпатию, то ли сочувствие.
– Не нужно меня больше привязывать на ночь, – попросил он. – Я не сбегу и никуда ничего не сообщу.
– Ты думаешь, я этого не знаю? – у Джулии страшно болела голова, и она поморщилась.
– Скажите. А это правда, что вы убили эту женщину или это вранье?
– Почему ты решил, что это вранье?
– Не знаю. Вы не похожи на убийцу.
– Мне это считать комплиментом? – больше всего Джулию поразило, что он и в самом деле так думал.
– Мне не нравится, когда вся планета набрасывается на одного человека. Сразу начинаешь подозревать, что кому-то просто хочется спрятать концы в воду, – пояснил Чарли.
Джулия постаралась решить, что ей выгоднее – соврать или сказать правду.
– Я убила ее, Чарли. Могу и тебя при случае отправить туда же.
– Зачем вам это? – он приподнял брови. – Вы не убиваете просто так.
– И когда ты это успел понять?
– Сразу, как только перестал бояться, – он помолчал. – А за что вы ее убили? Из ревности?
– Не знаю, как это назвать. Когда вся жизнь – в одном человеке, а его – отбирают. Это так больно и несправедливо. Он женился на самой обычной женщине, которую подцепил на одну ночь! Мразь! И только потому, что она ему могла родить ребенка, а я – нет! Жаль, что их ублюдок выжил. Не понимаю, как его удалось спасти?
– Вы так любили его?
– Мне сказали, что это не любовь, а психическое заболевание, и упрятали в сумасшедший дом. Сволочи!
– Разве за любовь прячут в психушку?
– В нашей стране – прячут. Все большие специалисты по копанию в чужих душах! Ненавижу! Господи! Как я их всех ненавижу! – голову Джулии пронзила сильная боль, она застонала и откинулась на подушку, а потом, переждав, решительно села.
– Я уйду ненадолго. Попробую достать лекарства, – она развязала Чарли.
– Вы себя плохо чувствуете. Может, я сам сбегаю в аптеку?
– Какая аптека? Мне нужны совсем другие лекарства. Придется влезть прямо к ним в зубы.
Тело Джулии растворилось, но Чарли уже привык к этому, не боялся и не удивлялся. Он потер занемевшие руки и лег на кровать. Было в этой женщине что-то такое, что безумно притягивало его, какая-то беспомощность, несмотря на все ее возможности.
Ги Ли, дежуривший ночью в клинике Вард-Хирургии, почувствовал Джулию даже не оборачиваясь. Никакая измененная телепатема не могла его сбить с толка, после того, как он столько лет лечил Джулию.
Этот человек попал в Аль-Ришад много лет назад, в силу стечения обстоятельств. До шестидесяти лет он изучал тибетскую медицину, живя в одном из горных монастырей. Длительные воздержания, тренировки по различным оздоровительным системам, включая изнурительные занятия йогой, привели его в конце концов к четкому пониманию бессмысленности прожитой жизни. Один из паломников, случайно остановившийся в монастыре, рассказал о государстве, расположенном в пустыне, в зоне, тщательно охраняемой войсками ООН, где правили боги. Все, что рассказывал паломник, походило на чистую сказку, и если бы Ги Ли не был телепатом, то решил бы именно так. Но, внимательно вслушиваясь в мысли человека, он не смог обнаружить ложь. Зона существовала в реальности. Конечно, за прозрачной стеной могла ждать смерть, и внутренне Ги Ли подготовил себя к такому исходу.
Почти месяц понадобился ему, чтобы достигнуть стены, но еще почти три месяца он искал возможность пробраться к двери перехода. Круглосуточная охрана, яркий свет, заливающий зону, казалось, и мышь не просочится туда.
Первый раз в жизни использовал Ги Ли мощное воздействие на психику людей (телепаты сказали бы – применил пси-удар), с целью обездвижить охрану. Быстрая пробежка – дверь перехода была перед ним, еще один шаг, и сплошная стена леса встретила его. Ги Ли растерялся, не зная, куда идти, но не прошло и пяти минут, как перед ним с воздуха опустилась капсула с сиреной, из которой тут же выскочили вооруженные люди. Ги Ли послушно поднял руки вверх, показывая, что безоружен. Его посадили в капсулу и доставили Советнику Строггорну, который в подобных случаях, не задавая ни одного вопроса, укладывал человека на глубокий зондаж, выясняя, нет ли скрытых уровней психики, и не прислали ли зомбированную личность, и только после этого начинал разговаривать.
Ги Ли был Вардом, и это поставило Строггорна в сложную ситуацию. Обучать Вард-Хирургии человека в возрасте шестидесяти лет, несмотря на прекрасную физическую форму, не пробовали ни разу. Но, посоветовавшись с Лао, самым старым в стране, решили разрешить обучение. Ги Ли очень уговаривал их, считая, что иначе его жизнь прожита зря.
Советники не ошиблись – и получили прекрасного специалиста, невероятно быстро адаптировавшегося к жизни в Аль-Ришаде. В этой стране было главное – Ги Ли был нужен людям, и он быстро перестал считать свою жизнь бессмысленной. Иногда он думал о том, как прав и одновременно не прав был паломник, рассказавший ему когда-то об Аль-Ришаде, стране, управляемой богами. Советники обладали всеми возможностями богов, а в чем-то даже превосходили их, но сами себя богами не считали.
– Пришла, девочка? – Ги Ли медленно обернулся, оценивая ее состояние.
– Мне нужно обезболивающее.
– Надо думать! Убийства бесследно для телепатов не проходят. Иди, ложись, сделаю, – он кивнул на купол. Джулия сделала два шага, потом тряхнула головой и облизала губы.