Насколько достоверной была эта история, никто не знал. Но поговаривали, что простые и честные ученые мужи, оказавшись в деревне, плевались при виде большого янбанского дома.
Как бы там ни было, слухи жили своей жизнью, будто подтверждая, что не бывает дыма без огня... и что источником любого богатства человека является неправедность и злодеяния...
Чхве Чи Су и Чо Джун Ку, усевшись на полу террасы, играли в бадук. В душный полдень всё вокруг замерло, лишь слышался стук передвигаемых камешков на доске.
А под стрехой сарая на заднем дворе мальчик Киль Сан задумчиво смотрел на медленно плывущие в небе облака. «Куда они держат путь? Если бы только у меня были крылья, я бы поднялся и полетел вместе с ними. И увидел бы новые края... И, конечно, я бы еще взглянул на монастырь, где жил, непременно встретился бы со старым монахом. Он, хотя и был очень суров, говорил умные слова, давал мудрые наставления. «Негодники! Знайте, как трудно добывается хлеб! Берегите каждое зернышко! Иначе в будущем станете страдать от голода!» - кричал он часто на своих подопечных».
Киль Сан грустил, вспоминая монастырь. Потом он вышел за каменную ограду к гранатовому дереву, усыпанному ярко алыми цветами, - его взгляд вновь обратился к облакам. «Зачем старый монах Хе Гван отправил меня сюда? И почему он сказал, что я скоро стану расписывать стены монастырей и изображать лики Будды?»
Когда монах Хе Гван сердился, его густые брови изгибались треугольником. А когда он смотрел на дальние горы, окутанные туманом, его старческая фигура с посохом в руке вызывала в душе мальчика печаль.
Показалась Кви Нё, она пробежала по тропинке между огородами, за спиной её развевались, вплетенные в косу, темно-бордовые ленты. Чхве Чи Су увидел женщину из окна террасы, заметил, как на её тонких красных губах блуждала загадочная улыбка.
Они закончили играть.
- Ну и духотища! - произнес Чхве Чи Су, собирая камешки в ящик.
- Очень жарко, - согласился Чо Джун Ку. Он достал из кармана носовой платок и стал утирать вспотевший лоб.
- Не желаешь сходить в горы?
- В горы?
- Ну да, там, возможно, встретим нечто интересное.
- Гм... - Джун Ку замешкался. Значение слова «Интересное» имело разную подоплеку, в зависимости от того, где оно произносилось. Помнится, в Сеуле, когда Чхве Чи Су потащил его, Джун Ку, в район красных фонарей, то он тоже сказал: «Пошли, покажу кое-что интересное». Но в горах не могло быть ничего подобного, ни питейных забегаловок, ни публичных домов. Хотя, зная характер Чхве, от него можно было ожидать какой-то подвох, из ряда вон выходящую выходку.
Чхве Чи Су внимательно смотрел на родственника с хитроватой улыбкой на лице. Точно с такой улыбкой, какая была у героя поэмы китайской династии Тан Чжао-Чжоу.
Они вышли наружу, высокий и долговязый Чхве Чи Су и низкорослый Чо Джун Ку, превозмогая зной, поднялись к павильону на холме, где в тени каштана сидела убогая До Чхуль Не. Женщина сидела в рваной одежде, верхняя часть тела была почти оголена. При виде нее, Чо Джун Ку отвернулся, чего не сделал идущий рядом Чхве Чи Су. Янбан холодно взглянул на нищенку и окликнул её:
- Как поживаете? Что-то вас в последнее время не видно в деревне!
- Спасибо, неплохо поживаю. В деревню я наведываюсь, когда скучно... А ваш гость, говорят, пьет вино с простолюдинами. Это правда?
- Пью вино? - опешил Чо Джун Ку. - Я полагаю, что знатные люди должны общаться с простыми крестьянами, в том числе вкушать их еду и питьё.
- Но не все это одобряют, - сказала женщина.
Путники зашли в лес. Чо Джун Ку обернулся и увидел, как До Чхуль Не, маленькая и жалкая, скорчилась под каштаном.
- Эта тропинка скоро свернёт вправо, - сказал идущий впереди Чхве Чи Су. - Она ведёт к небольшому храму, где стоит алтарь трём духам деторождения.
- Вот как?!. - удивился Джун Ку, шагая следом.
Вскоре путники вышли к ручью, через который был переброшен каменный мост.
- Значит, в тот храм люди ходят молиться о потомстве? - спросил Чо Джун Ку.
- Верно, - ответил Чхве Чи Су. - Разве ты не узнал про это в свой прошлый приезд?
- Нет. У меня тогда было мало времени... Но разве подобные храмы не встречаются повсюду?
- Нет, конечно. Храмы трёх духов деторождения очень редки.
- Что до меня, - храм ли духов деторождения или храм духов-хранителей деревни, - всё едино.
- Этот храм, куда мы идём, построила моя прабабушка.