Вскоре Кан Чхон Дэк подошла к калитке постоялого двора. Вокруг стояла мертвая тишина, никаких звуков, никакого лая собак. В глубине двора маячил силуэт таверны с покатой крышей и темными окнами. Миновав двор, женщина подошла к двери. Постучала.
- Откройте! - закричала она и забарабанила кулаками. - Откройте же!
- Кто там? - донесся изнутри испуганный голос Воль Сон.
- Открывай дверь, сучка!
- О, Боже!
В дверной щели показался свет зажженной лампы.
- Что вам нужно?
- Открывай! Или я разнесу дверь!
Послышался звук раздвигаемой щеколды и дверь отворилась. Кан Чхон Дэк ворвалась внутрь, закричав вне себя:
- Мы умрем вместе, Ён И!
Но в помещении больше никого не было. Кан Чхон Дэк обошла все комнаты.
- Где он?!
- Кого вы ищете?
- Знаешь - кого! Моего мужа!
- Почему он должен быть здесь?
- Не притворяйся, гнусная девка! Ведь он был здесь?!
- Нет.
Кан Чхон Дэк плюхнулась на пол, сердце её бешено колотилось. Она растеряно посмотрела по сторонам, взгляд остановился на испуганном бледном лице Воль Сон, освещенном светом лампы. В следующую секунду Кан Чхон Дэк вскочила, набросилась на хозяйку дома, разорвала на ней рубашку, схватила за волосы.
- Сучка! Сучка проклятая!..
- Что вы делаете?
- Я тебя так просто не оставлю!
- Прекратите!.. Давайте поговорим спокойно!..
Две женщины, вцепившись друг в дружку, катались по полу.
- Я не успокоюсь, даже если выну из тебя печень!.. Ну-ка, покажи своё тело! Чем ты берешь мужиков?!. Давай, показывай!..
Кан Чхон Дэк разорвала на Воль Сон одежду и била её кулаками куда попало: по лицу, голове, плечам...
- Пожалуйста, не надо! Успокойтесь! Мы с ним друзья с давних пор, еще до того, как он вас встретил... - причитала Воль Сон.
- Вот ты как заговорила! Как ты смеешь, шаманское отродье, разрушать чужую семью?!.
Не находя отпора со стороны Воль Сон, Кан Чхон Дэк опустила руки. Присела, обессиленная. «Похоже, его здесь действительно не было», - подумала она. И вдруг испугалась, что своей выходкой может всё испортить, что обо всём узнав, муж может задать ей нешуточную трёпку. - «Надо поскорей вернуться домой». - Она стала лихорадочно поправлять растрепанные волосы. Воль Сон лежала, уткнувшись лицом в циновки и всхлипывала.
- Если ты вздумаешь снова прийти в деревню, пеняй на себя! - бросила Кан Чхон Дэк, направляясь к двери, но в её ослабшем голосе уже не было той прежней злобы. - Заруби это у себя на носу...
Темень и тишина тотчас поглотили женщину. Она спешила домой. Спину её обвевала прохлада, идущая со стороны полей, успевших уже поостыть от дневного зноя. Выпустив гнев, Кан Чхон Дэк не ощущала чувства удовлетворения, напротив, ей казалось, что она проиграла битву и теперь спасается бегством. Страх заставил её ускорить шаги, иначе бы она просто поплелась бы на берег реки, улеглась бы на песок, вытянула ноги и заплакала.
«Проклятая судьба!.. Если бы только у меня был ребенок... С каким воодушевлением, с какой светлой надеждой на счастье я шла под венец!.. Тогда все называли меня «Прекрасным цветком дикого абрикоса!» Как гласит пословица: Не суди по внешнему виду, наружность обманчива. Все верно... А что муж... его душа принадлежит той... а мне достаются одни ошметки. Какая радость мне от работы в поле, зачем ночами просиживаю за ткацким станком? Я - несчастная женщина! Жалкая тварь! О, Небо!..» Летя, сломя голову, вперед, она разразилась рыданиями. Летняя темная ночь, темная дорога, темный лес внушали ей страх, страх примешивался к чувству безысходности на душе. Но летняя ночь - коротка. Вскоре Кан Чхон Дэк заметила впереди, как над родной деревней небо окрасилось нефритовым блеклым цветом. Она проделала большой путь за эту короткую ночь. Приближаясь к дому, женщина обнаружила, что ноги, обутые в соломенные чипсины, мокры от росы, роса лежала повсюду, на листьях тыквы-горлянки, опутавших плетни, на траве вдоль дороги... Просто росу она, в гневе, не замечала.
Мужа она дома не застала. И не было никаких признаков, что он приходил в её отсутствие. Что это значило?.. Кан Чхон Дэк чувствовала себя опустошенной. На ее состояние сказались и дневная тяжелая работа в поле, и эта бессонная ночь со всеми сопутствующими обстоятельствами. Левая рука сильно ныла. Не расстелив постель, она улеглась на циновки. И задремала. Проснулась от шагов мужа. За окном занимался рассвет.