— Лихорадка ко мне больше не сунется. Цисана ее заговорила, — шутил Бондо. — Завтра я уже надеюсь встать. Я и сегодня хотел попробовать, но мне Цисана запретила. Да, не вовремя меня скрутило.
— И правильно, что запретила. Укол тебе сегодня сделали?
— Сделали. Вот увидите, завтра я встану.
Порешили на том, что если завтра приступ не повторится, Бондо выйдет работать во вторую смену, а Цисана вернется в Поти.
На следующий день действительно обошлось без нового приступа. Бондо подсадил Цисану на грузовик, направлявшийся в Поти, а сам поспешил к экскаватору...
Лонгиноз Ломджария без промедления пустился в путь на своем мотоцикле. Объездив все близлежащие районные МТС, он через неделю вернулся в Корати с десятью трактористами. Еще шесть должны были прибыть со дня на день.
— Как это ты ухитрился обернуться в столь краткий срок да еще и шестнадцать трактористов уговорить? — изумился Тариел Карда. — Это ведь целая армия.
— Кого заработки соблазнили, а кто ради земли и дома согласился. Троих к нам райком направил. Все очень просто.
— Как же, просто! Для тебя нет ничего невозможного, дорогой Лонгиноз.
— Возможное каждому дураку по плечу. Все дело как раз в том, чтобы сделать невозможное...
Вскоре прибыли шестеро трактористов. Их вместе с товарищами распределили по участкам и закрепили за драгерами. Драгерам же и поручили составить бригады сразу после переподготовки вновь прибывших.
Когда Цисана возвратилась на опытную станцию, Ция была уже в теплице. Не позавтракав и не переодевшись, Цисана тут же побежала на поиски подруги.
— Ой, ты уже вернулась? — всплеснула руками Ция, но в глазах ее застыл невысказанный вопрос.
— Как видишь! Бондо в полном порядке, и мне там больше было нечего делать, — хитро улыбнулась Цисана. — Уколы хинина — просто чудо. Всего три укола, и лихорадку как рукой сняло.
Подруги присели на корточки и стали рыхлить землю под апельсиновым деревцем.
— Ты позавтракала? — спросила Ция.
— Нет. Совсем есть не хочется. И потом, я хотела побыстрее рассказать о Бондо.
— Зачем было так торопиться? — с деланным равнодушием протянула Ция.
— А тебя разве не интересовало его состояние? — Цисана посмотрела в глаза подруге.
— Отчего же нет? Болезни я и врагу не пожелаю.
— Какой он парень! Больной, измученный, с температурой, а все — заглядение. За что ты его отвергла, ума не приложу.
— Никого я не отвергала. С какой бы стати?
— Представляешь, какая у него выдержка: ни разу о тебе не спросил.
— Было бы что спрашивать, — с показным безразличием сказала Ция.
— Он, видно, очень тебя любит. Оттого и не спросил.
— Отчего же не спросить, если и впрямь любит?
— Ничего ты не понимаешь. Именно потому и не спросил, что любит.
— Тебе показалось, Цисана.
— Не беспокойся, от меня ничего не укроется.
— Хоть бы он не любил меня, — печально проговорила Ция.
— Тебе его жаль, да?
— Очень.
Некоторое время они молча перебирали землю пальцами.
— Знаешь, Уча тут же раздобыл ампулы хинина и фельдшерицу привел.
— У Учи доброе сердце.
— И Бондо мне показался очень добрым.
— Может быть, но Уча гораздо добрее.
— Другой бы на его месте пальцем о палец не ударил.
— Уча очень добрый, — повторила Ция. — Иди позавтракай и переоденься. Небось устала с дороги, — попыталась Ция перевести разговор на другое.
— Я не голодна, — сказала Цисана. — И совершенно не устала. Бондо меня на грузовик подсадил. Нет, не могу понять, чем он тебе не понравился.
— Он не плохой... Но я полюбила Учу, — сказала Ция. — Если бы не Уча, я бы, наверное, за Бондо пошла.
— Человеческое сердце — потемки, — задумчиво произнесла Цисана. — «Если бы не Уча...» — повторила она Циины слова. — Как странно, случайная встреча одним махом может изменить судьбу человека. Уча тебе с первого взгляда понравился?
— Ради бога не спрашивай, Цисана, ладно? — попросила Ция.
— Ну скажи, пожалуйста. И что ты в нем такого увидела?
— Он мне сразу понравился. И ничего в нем вроде нет особенного. Но он мне понравился. Нет, нет... Просто я полюбила его. С первого взгляда.
— Ты только не обижайся, но внешне Бондо гораздо интересней Учи.
— Может быть. Понимаешь, я и сама не знаю, чем мне понравился Уча. Это очень трудно объяснить. Они совершенно разные.
— Вот и со мной случилось то же. Я очень многим нравилась в деревне. И мне вроде бы некоторые по душе были. Но появился Антон — и на тебе, влюбилась, и все. Наверное, так оно и бывает.