Пусть читатель простит мне это маленькое отступление. Дело в том, что когда Дорогов следом за своим стремительным другом входил в кабинет Яна Яновича, — в голове его мелькнуло нечто очень похожее на эти рассуждения.
Не очень большая, светлая комната была обставлена без всякой претензии на модный «модерн». Два широких, мягких кресла в синих чехлах, толстый пекинский ковер на полу, медный курительный столик с деревянным, тоже отделанным медью прибором, простой письменный стол, два стула возле стен и застекленный книжный шкаф, — вот, кажется все, что увидел Павел Александрович в кабинете знаменитого синолога. Только одна длинная, фута в четыре, серебряная картина на стене, чудо гравировального искусства, оживляла строгий вид.
Ян Янович, без пиджака, с засученными рукавами и с расстегнутым воротом рубахи, встал навстречу.
— Добрый вечер, господа! Простите за небрежный мой костюм, но гостей не ждал. Садитесь. Рад вас видеть. Бой! — распорядился он по-китайски, — льду, соды, виски!
От его неспешных манер, простых и приветливо сказанных слов веяло основательностью, знающей себе цену физической и моральной силой.
Неслышный «бой» подал сигары и освежающий напиток.
Едва пригубив из своего стакана, Тенишевский, томимый нетерпением, ухватил, что называется, быка за рога.
— Павел, — сказал он, — говори, в чем дело. Ты сумеешь объяснить Яну Яновичу наш «бизнес» более объективно, чем я.
— Хорошо, — кивнул головой Дорогов. — Ян Янович, простите нас за вторжение, но нас привело к вам дело, которому мой друг придает значение первой важности. Сам я тоже, не скрою, очень заинтересован.
Зайковский обернулся к нему.
— Прошу вас. Все что в моих возможностях, — к вашим услугам.
— Речь идет о вашем докладе в «Желтой лампе», — продолжал Дорогов.
— Я буду краток и прям: нам важно услышать от вас подробное разъяснение сказанной вами фразы: «В Гуй-Чжоу имеется платина»…
Он взглянул на Зайковского вопросительно.
— Да, — имеется, — сказал Ян Янович.
— Так вот по этому то вопросу мы и хотели бы побеседовать с вами более подробно.
Зайковский выдержал паузу.
— Я не совсем понимаю вас. Интересуетесь вы этим как специалист-теоретик или как экономист, или, — он улыбнулся, — практически?
— Для меня это вопрос чисто теоретический, — отвечал Павел Александрович. — Мои сведения о горном районе Гуй-Чжоу чересчур ничтожны, чтобы я мог строить какие-нибудь практические планы на этот счет.
— Так вы хотите иметь данные, достаточные для практических планов? — сказал доктор. — Я правильно понял вас?
— Да, — вмешался Валериан Платонович. — Речь идет о разработке платины в Гуй-Чжоу.
Ян Янович раскурил сигару.
— Я не верю в такое дело, — сказал он спокойно. — Пожалуйста, я поделюсь с вами данными, которые я имею и которые не составляют тайны. Но что касается деталей, — мне хотелось бы знать, что думаете на этот счет вы сами. Без сомнения, прежде чем обращаться ко мне с подобными вопросами, вы уже обсудили между собою подробности такой авантюры. Простите за резкость, но я считаю это авантюрой.
— Ян Янович, — воскликнул Тенишевский, — когда вы узнаете мой проект подробнее, мнение ваше переменится.
— Может быть, — сказал Зайковский. — Хорошо… Взгляните: сюда и послушайте.
Он вынул из ящика стола огромный лист, весь испещренный рисунками, и не торопясь развернул его.
— Это карта Китая, составленная вашим соотечественником И. А. Дьяковым. Взгляните сюда и послушайте, раз вам эти данные нужны.
Провинция Гуй-Чжоу — одна из наименее исследованных областей внутреннего Китая. Очертания ее, особенно северо-западная граница, не нанесены точно ни на одну карту. Никто там никаких измерений не производил. Пути сообщения в этом краю очень первобытны. Если вы хотите попасть в Гуй-Чжоу, вам придется ехать на сампане, который будет бечевой тащить кули, так как движенье происходит вверх по реке, очень быстрой и капризной. Часть пути вам пришлось бы проделать на носилках, которые несут те же кули через крутые горные перевалы. Существует еще другой путь, через провинцию Сы-Чуань, но вряд ли вы избрали бы его. Из естественных путей сообщения вода все-таки самый удобный. Южная дорога, через провинцию Гуань-Си — тоже по суше.
В русском переводе «Гуй-Чжоу» значит «драгоценный район». Из этого видно, что китайцам с давних пор известен этот край именно как месторождение полезных и даже драгоценных ископаемых. Последние сведения, которые вы можете получить на этот счет из европейских источников, даст вам географический справочник, кембриджское издание 1929 года. Согласно его данным, картина получится приблизительно такая.