— Да. Но, наверное, в горах его еще можно встретить. А что?
— Просто представила жареные молодые побеги чистоуста. И очень захотелось попробовать. Как почувствую себя лучше, так хочется поесть что-то особенное.
— На днях я собиралась пойти за побегами бамбука. Заодно поищу и чистоуст.
— Мне пойти с тобой?
— Вы хотите? А может, сейчас и пойдем?
— А что? До холмов рукой подать. Если не двигаться, то ноги совсем одеревенеют.
— Ну, что ж… Мы возьмем с собой юную госпожу и с передышками дойдем до места. Барышня! Пойдемте с нами на гору собирать чистоуст!
Сам Воль утерла нос Со Хи подолом свего платья и взяла ее за руку.
Они шли мимо дома управляющего Ким Пхан Суля, где у плетня Киль Сан и Кэ Донг играли в чегичхаги — подбрасывали ногами взлохмаченную тряпицу, в которую были завернуты пара монет. Неподалеку в огороде возилась младшая сестра Кэ Донга На Ми. Старушка Каннан взглянула на мальчишек, заметила ворчливо:
— Какие глупые у них игры… Вроде уже не дети.
— Ва-ва-ва-у-у-у-у! — подразнил старушку слабоумный Кэ Донг, с уголков его рта стекала слюна.
— Я тебе подразню!.. — старуха нарочито пригрозила тому палкой. А проходя к огородам, спросила у На Ми: — Как поживает твоя сестра? У неё достаточно ли молока, чтобы кормить младенца?
— Да, бабушка, всё хорошо, — ответила На Ми, пропалывая грядку с зеленой редькой.
— Вот и славно, — кивнула старушка, следуя за Сам Воль и Со Хи.
Они миновали огороды и стали подниматься на холм. Сам Воль обернулась к старушке, сказала:
— Теперь, когда управляющий и его жена дождались первого внука, они, наконец, остепенятся. Верней, она.
— Есть пословица «Нельзя отдать свои привычки собаке», — сказала Каннан. — Человека переделать невозможно.
— И как же такой благовоспитанный управляющий Ким встретил столь несносную сварливую жену? Не зря говорят, что если женщина встретит не того мужчину, то это недоразумение, а если мужчина встретил не ту женщину, то это — беда.
Каннан на это промолчала, думала свою думу, неспешно передвигая свои негнущиеся ноги.
— Кстати, бабушка, хотела спросить вас о госте из Сеула.
— Да?
— Он, правда, такой смешной, как рассказывает Кви Нё?
— Гм… что ты имеешь ввиду?
— Что такой чистоплотный, просто ужас… Заставил Киль Сана вычистить свою одежду и шляпу, чтобы ни пылинки на них не было, будто они царские сокровища какие… Это правда?
— Этот родственник хозяина, должно быть, аккуратен и щепетилен, как женщина.
— Тетушка Бон Сун Не дала ему одежду переодеться, так он попросил у неё ещё один комплект. Видно, собрался гостить у янбана Чхве долго.
Вскоре путники оказались в лесу, воздух сразу переменился, сделался прохладным и влажным. Сверху, сквозь зеленую листву, сочились лучи солнца. Из-за густых зарослей дикого винограда доносилось журчанье ручья. Взлетела с ветви, встревоженная появлением людей, какая-то птица, шумно взмахивая крыльями, вспугнув тем самым Со Хи.
— Возьми девочку на спину, здесь могут быть змеи, — сказала Каннан. Сам Воль тотчас повиновалась. Устроившись на спине женщины и ухватив ее за шею, Со Хи спросила:
— Я помню, как Бон Сун приносила мне ягоды… Она собирала их здесь?
— Дикая малина, — ответила Сам Воль. — Она поспеет чуть позже.
— Сколько ночей должно пройти, чтобы малина поспела?
— Около месяца. Не раньше, чем начнут убирать ячмень. Тридцать дней.
— Это меньше, чем возраст моей бабушки, да?
— Конечно.
— Малина была такая вкусная…
— Скорей кислая и не сладкая. По сравнению с малиной, тянучка из патоки вкусней, а еще лучше — мёд.
— Нет, малина лучше, малина лучше! — приговаривала капризно Со Хи и стучала кулачками по спине Сам Воль.
— Ну, хорошо, пусть будет по-вашему, юная леди. Малина — вкусная ягода.
— Так то…
Сам Воль с девочкой на спине шла, чуть поотстав, а старушка Каннан, ковылявшая впереди, вдруг остановилась, — но не ради передышки — подслеповатые глаза её разглядели впереди зайца! Такого ещё не бывало в её жизни, чтобы заяц подошел так близко! Живой серый заяц сидел в каких-то пяти шагах под сосной и что-то ел. Для животного, могло статься, тоже было неожиданностью встретиться воочию с человеком, он не убежал, а лишь сидел и хлопал огромными глазами. Каннан тихонько присела, и положив палку подле себя, вытянула вперед обе руки и позвала:
«Зайчик, зайчик, подойди ко мне… Ну, подойди, не бойся…»
Заяц, услышав человеческую речь, насторожился, прыгнул в кусты и скрылся.
«Ну, вот, убежал…»
— Ох, бабушка!.. О-о-ох… — Сам Воль рассмеялась, согнувшись, с трудом придерживая на спине девочку. — Ты разговаривала с зайцем!.. О-о-ох!.. Как ты ему говорила? — Подойди ко мне — И он бы послушался, подошел, да?.. О-о-о, бабушка…