— Спасибо, я не курю, — вежливо отказался Чо Джун Ку.
В это время по крышкам чанов во дворе забарабанили частые капли дождя. Комната вмиг потемнела. Ким Хун Чан открыл окна, посмотрел на небо, затянутое тучами.
— Вот и дождь пошел, — сказал Чо Джун Ку.
— Да, долгожданный, — согласился Ким Хун Чан.
— Хорошо бы выдался удачный урожай. И в деревне жизнь веселей станет.
— Верно говорите, — кивнул старик и окликнул дочь, велев принести сливовой водки.
— Извините, что побеспокоил вас.
— Нет, что вы, всё хорошо. Я благодарен вам, что пришли в мой скромный дом.
— Знаете, находясь здесь некоторое время, я, кажется, начал понимать тех ученых людей, которые предпочли городским удобствам провинциальную жизнь. Красивая природа, горы, реки, поля, душевность местных крестьян… что может быть лучше?
— А по-моему, человеку везде не уютно. Нет места на земле, где бы он чувствовал себя комфортно. Все мы слабы.
— Да, мир пребывает в смятении. Как людям укрепить дух?..
Помолчали. Прислушиваясь к шуму дождя, старик произнес:
— Что касается меня, то я со своими скромными знаниями никогда не помышлял о высокой должности. Но один из наших родственников имел все основания стать государственным мужем, и по таланту, и по своим устремлениям. Мы все возлагали на него большие надежды, но увы, он ушел совсем молодым. Звали его Ким Чин Са. Он приходился мне троюродным братом. — В голосе Ким Хун Чана слышались грустные и вместе с тем горделивые нотки. — Он был хорош собой, обладал незаурядным умом, выдержкой и спокойствием, взвешенной и проникновенной речью… Чин Са выдержал государственный экзамен в двадцать лет. Он должен был прославить наш род, но судьба рапорядилась иначе… — На глазах его навернулись слезы. — Если бы он был жив, то ему было бы сорок три… Его сын, рожденный после смерти отца, тоже умер совсем молодым… Какой-то злой рок… Остались две вдовы…
— Грустная история, — молвил Чо Джун Ку.
В это время появилась дочь хозяина дома, внесла столик с угощениями.
Ким Хун Чан, недовольный собой, что наговорил лишнего, налил водки в чарку, подал гостю:
— Эта водка настояна на цветках сливы. Не знаю, понравится ли вам. Прошу…
Они выпили. Водка подействовала, кровь заиграла в жилах, — беседа дальше потекла более расковано и свободно. Старик прямо высказал Чо свое неодобрение по поводу того, что мужчины повсеместно уж очень охотно расстаются с санто и стригутся на манер европейцев. На что Чо Джун Ку молча кивал, а затем принялся объяснять положение дел в стране, как говорится, «сел на своего конька», но здесь он мог позволить себе больше, нежели в беседе с янбаном Чхве:
— Ситуация в стране очень плачевная. О чем думают королевская знать, государственные мужи?.. В то время, как чиновники озабочены лишь дележом власти, иностранцы спокойно расправляют крылья. Они теперь владеют правами на эксплуатацию шахт, железных дорог, и даже вырубку леса. Всё в их руках! Отчего такое происходит? Кто виноват? А виноваты консерваторы, приверженцы былых устоев. Партия консерваторов развалила государство. Если бы эти люди открыто приняли всё то новое и прогрессивное, ничего бы не произошло. Я много читал о состоянии дел в других странах. Нужно было нам перенимать всё полезное у них. Нужно было, в первую очередь, укреплять свою армию. Приглашать иностранных специалистов и инструкторов. Время упущено. Теперь всё поздно, мы опоздали. — Чо Джун Ку на мгновение замолчал, силясь сохранить нить разговора, сделался серьезным, затем иронично продолжил. — Говорить сейчас об укреплении армии, всё равно, что выписать рецепт больному, который уже умер. Ха-ха-ха! Страна обречена!..
Ким Хун Чан сидел в замешательстве. Он чувствовал, что должен выразить свое мнение к сказанному гостем, но не находил слов. Он боялся выглядеть полным профаном в обсуждаемом вопросе, что его знаний будет недостаточно даже для того, чтобы поддержать разговор, не говоря уже о том, чтобы достойно и аргументировано спорить.
А за окном всё продолжался ливень, — к его монотонному шуму Чо Джун Ку прислушивался некоторое время, потеряв интерес к собственной говорильне, затем с меньшим уже энтузиазмом продолжил:
— Как бы там ни было, но в будущем людям придется ездить за границу, чтобы иметь ясное представление о происходящем в мире, — о политике, экономике, культуре… Всё это даст огромную пользу в понимании процессов, происходящих в стране и того, куда движется цивилизация. В отличие от нас, Япония быстро сообразила и открыла двери к переменам. Она переняла опыт других стран, обогатилась знаниями, и все силы направила к усилению собственной армии, чтобы встать на путь милитаризма. Эта маленькая островная страна первой нанесла удар и по нам, и по такому большому государству, как Китай. И теперь подбирается к России. Японская верхушка продемонстрировала миру свою силу и привила своему народу чувство превосходства над другими людьми. Мы, конечно, можем называть японцев варварами и прочими другими словами, но это сути не меняет. Крики начальников, так называемой, Армии справедливости, — не более, чем детский лепет. И теперь нам ничего не остается, как подстраиваться под японцев, идти на уступки, спасти то, что еще можно спасти. Что толку в чувстве собственного достоинства?.. Я вам скажу, что будет дальше. Япония захватит Россию. Россия, как и Китай, прежде была великой страной, но сейчас она в упадке. А Япония — молодая нация, обретшая силу. — Чо Джун Ку продолжал говорить в этом духе еще некоторое время и замолчал, увидев, что дождь прекратился.