Ему приглянулась крайняя высотка. Наверное, днём с верхних этажей будет открываться неплохой вид на Эльбу. Сейчас же он не видел противоположного берега. Только какое-то судно на вечном приколе.
Высокая и тёмная башня. Луч фонаря не добивает до крыши., Этажей двадцать, должно быть.
Соседнее здание тоже немаленькое, но верхняя половина сильно разрушена. На фасаде выпуклые буквы X-spa… Похоже, офис какой-то компании. Вряд ли центр, где делали спа. Младший читал о такой косметической процедуре. Возможно, spa… – это space Тогда здание могло быть как-то связано с космосом.
Когда-то людям было рукой подать до неба. А сегодня там, на полуобвалившихся этажах ничего, кроме тлена.
Как называлась высотка, куда он сейчас заходит, парень не знал. Но она точно сохранилась лучше всех других поблизости. И она что-то ему напоминала. Напрягся, пытаясь вспомнить, и вдруг его словно дубинкой по голове шарахнуло. Город из старого сна, где они были вместе с дедом и лайкой Арни! Сна, увиденного накануне первой встречи с убийцами и подонками из войска Уполномоченного.
Там тоже была набережная и квартал небоскребов, которые будто бы вырастали из воды. Ему уже встречалось подобное. И в Питере, и в Польше. Но ни одно из тех мест не выглядело так похоже.
Нет, это фантазии. Вещество сна принимает такую форму, в какую мы его помещаем сразу после пробуждения. Никакой мистики. А скитания по тёмным городам – один из самых «популярных» сюжетов, куда он попадал, засыпая по Дороге.
Ограждающие знаки виднелись даже здесь. На аккуратных табличках у каждого из входов в небоскреб и на вбитых в асфальт столбиках по периметру.
Einsturzgefahr .
Betreten verboten !
Видимо это значило: «Опасность обрушения. Вход воспрещен!».
И схематично нарисованное здание, готовое обрушиться на голову схематичного человечка.
Нигде в других краях Александр не видел такой заботы о бродягах и отщепенцах.
А кто ещё сюда полезет?
У входа пристёгнуты ржавыми цепочками ржавые велосипеды, целый ряд.
Двери, когда-то раздвижные, перекошены и заблокированы в закрытом состоянии. Но стекло – многослойное, прочное – почти полностью выбито, и можно спокойно пролезть в этот пролом.
Он проник в вестибюль, посветил по углам и стенам. Будка охранника. Что-то, похожее на карусель, загораживало проход. Вспомнил название – турникет! Хотел перелезть, но потом попробовал толкнуть, и турникет, хоть и очень туго, будто со скрипом, немного повернулся, давая Саше возможность протиснуться.
А вот и название – объёмные большие буквы на противоположной от входа стене. Когда-то здесь была штаб-квартира корпорации или государственной конторы. Александр разобрал слова «European…» и «Agency…». Остальное обвалилось.
Вряд ли это учреждение имело отношение к войне и секретам, подумал он. Слишком слабые меры безопасности. Хотя… здесь не Россия. Тут не знали, что надо тремя заборами всё обнести и тогда диверсанты не пройдут.
Обойдя все помещения первого этажа, решил улечься в небольшой каморке без окон. Похоже, когда-то тут была комната отдыха для персонала или охраны. Синтетическое покрытие на диванчике почернело, стало ломким и твердым. Был пожар? Спать на нём нельзя.
Зато тут сухо, и это важно. В других помещениях кое-где по стенам потёки и запах сырости. Вода – дождевая, разумеется, ни о каком водопроводе и речи быть не может.
В комнатке была вторая дверь, за ней находился санузел с унитазом и раскуроченной вандалами душевой кабиной.
Из стены торчали трубы там, где когда-то была раковина. Разбитая раковина валялась поодаль. Тут кто-то ночевал, но очень давно.
Зато дверь в коридор можно закрыть, повернув защёлку на ручке. Конечно, выбить её – пластиковую – не составит труда, но это даст ему хотя бы время проснуться и схватить оружие. На всякий случай дверь изнутри Саша подпёр небольшим компьютерным столом, а снаружи поставил перед ней коробку, набитую глянцевыми журналами так, словно она всегда тут стояла.