Свет из пятна вспыхнул еще сильнее и вдруг над головами людей, лошадей, собак я увидела картинки, и опять, откуда-то взялись звуки чужих мыслей. Мне некогда было размышлять над тем, что со мной происходит, поэтому я определила, где вожак стада и в его сторону отправила мысленный посыл, крикнув:
— Поверни направо, девочку береги, убирайтесь из деревни!
Картинка над головой вожака изменилась, он громко заржал, приостановился, подняв передние копыта, забил ими в воздухе, разворачивая себя в другую сторону. Затем встал и корпусом закрыл Лиму, тогда все лошади стали поворачивать на другую улицу, не задев дрожащую девчушку и ее отца, который со слезами на глазах обнимал и успокаивал испуганного ребенка.
Все это время я стояла и следила, чтобы ни одна мысль животных, так некстати посетивших нашу деревню, не изменилась. Когда весь табун пробежал, я увидела ошалелых собак, которые и гоняли этих лошадей по деревне, им я отдала приказ развернуться и бежать по домам.
В груди, что-то взорвалось. Не выдержав напряжения, я упала на колени. Моя голова жутко болела, а над каждым человеком или животным я видела образы, которыми думали люди. Я слышала мысли и не могла от них закрыться, это было ужасно, в моей голове стоял гул. Мне казалось, что кто-то долго бил меня в родимое пятно. В конце концов, мой организм сжалился надо мной, и я потеряла сознание.
Глава 3.
Откровения
Я проснулась в своей комнате, от солнечного света, который лился на мое лицо из открытого окна. Повернув голову и посмотрев на свет, я заметила на подоконнике маленькую птичку. Она наблюдала за мной черными глазами — ягодками, наклоняя голову в разные стороны.
Несколько минут мои мысли занимала забавная пичуга. Внимательно ее рассмотрев, я пыталась вспомнить есть ли у нас на земле такие. В итоге я установила, что птица неземная, хотя не скажу, что она была примечательной. Маленькая как воробей или синичка, оперенье черное с синим отливом, на голове буквально три перышка торчали вверх, создавая иллюзию короны. Птица так долго и осмысленно разглядывала меня, что проснулось желание поговорить с ней.
— Привет, Принц! — прошептала я. Птица насторожилась и продолжила топтаться на подоконнике, не залетая в комнату. — Давай дружить!
Вдруг, я почувствовала тупую боль в голове от того, что в нее буквально залетали мысли людей из соседней комнаты. Переживания матери и отца разрывали мой мозг на части. Я застонала. Птица, услышав резкий звук, быстро вспорхнула и улетела.
Что это такое? Как с этим жить? Думала я, пытаясь закрыть свои «шлюзы» для проникновения «чужого мусора» в мой мозг. Взявшись за голову, я встала с кровати. Из-за двери спальни я слышала голоса Кряжека и Нары, которые обсуждали домашние дела, а мысли их были совсем о другом, причем в моей голове вся эта какофония перемешивалась и доставляла неприятные ощущения. Я открыла дверь и вышла из спальни растрепанная со сна, неумытая, не соображающая. Родители увидев меня застыли на месте. Но сообразив, что происходит что-то неладное, отец бросился ко мне на встречу.
— Кэтти, детка, как ты? — вслух сказал он.
— Метка активировалась. — услышала я голос Нары в своей голове. — Ничего страшного, переживет. Многие через это прошли.
Тут же над головой отца и матери возникли картинки, которые показывали их мысли. Нара занималась своими делами, а я сидела в дальнем углу дома. Кряжек пытался понять, что со мной происходит. Мои мысли тоже возникали в голове и все это сворачивалось в какую-то кашу.
— Я вижу и слышу ваши мысли, — сказала я вслух, — это ужасно.
Затем схватилась за голову от ощущения, что я просто схожу с ума.
— ЧТО?! — Отец и мать уставились на меня. Я не разобрала откуда прозвучал вопрос. Это был чей-то голос или мысли. Картинки стали прыгать вокруг голов мамы и папы. От мельтешения мыслей у меня зарябило перед глазами.
— Я так не могу! — воскликнула я, схватившись за голову. Чтобы как-то остановить это безумие я забежала в свою комнату и захлопнула за собой дверь.
Родители загудели за стеной. Я обессилила и захотела лечь. Когда легла, то поняла, что так чувствую себя еще хуже. Я встала и прошлась по комнате, движение отвлекало меня от мучений. Минут через десять стало легче, прислушавшись к чужим мыслям, я поняла, Кряжек и Нара вышли на улицу. Мне их было слышно, но не так громко. Как не хочется быть затворницей.
В романах — фэнтези, которые я читала на земле запоем, писали, что от чужих мыслей можно ставить защиту — щиты. Я должна попробовать. Остановившись посреди комнаты, я закрыла глаза и представила как вокруг моей головы образуется шлем, который затягивает весь мозг. Чужие обрывки мыслей не прекращали кружить в моих воспаленных мозгах, хотя стало намного легче. Настолько легче, что я не заметила, как в дом вернулся отец.