Я едва успела осознать происходящее, как Гатар трансформировался одним прыжком в волка и мощными лапами сбил Зальмана на землю.
— Вот, псина!
Его клыкастая пасть раскрылась, и я ощутила, как адреналин вспыхнул в моем теле. Арнольд же запищал, будто девица и дернул цепи на себя, чтобы прикрыться мною. Адам не терял времени, как и Гатар. Поэтому принялся ходить вокруг да около помощника.
— Что стоишь, идиот?! Сделай что-нибудь! — кричал Зальман, катаясь по полу вместе с Гатаром.
А он был сильным мужчиной. Сопротивлялся самому настоящему волку.
— Я… я… пытаюсь! — нервно отвечал Арнольд, выискивая дрожащими руками нужную кнопку на пульте.
Я видела, что Адам искал момент для нападения, стараясь не поранить меня и выхватить пульт, который мог послать разряд тока. А остался он у Арнольда.
Мое сердце билось так быстро, что я боялась, что оно вот-вот вырвется из груди. Я дрожала от страха и ужаса перед тем, что видела. Как Гатар катался по полу с Зальманом, пытаясь прогрызть ему глотку. И как Адам кружил вокруг нас, рыча и кидаясь.
Надо помочь.
Я со всех сил пригвоздила спиной Арнольда к стене. Боль разлилась по всему телу, но эффекта добилась.
— Тварь! — крикнул Зальман, увидев, что я сделала.
Помощник промычал что-то нечленораздельное и выронил пульт. Я пнула его ногой, чтобы он не дотянулся.
За что и получила кулаком по голове. Резкий удар вызвал помутнение рассудка. Все вокруг закружилось. Меня затошнило. Я краем глаза видела, как Адам бросился на пульт вместе с Зальманом.
Раздался тихий щелчок, и мгновение спустя разряд тока пробил Гатара.
Зрение постепенно вернулось.
— Получай, щенок. Нельзя кусать руку, которая кормит. Запомни уже, пушистый ты бездарь.
Он вскрикнул от боли, и его тело дернулось в конвульсиях. Я увидела, как его глаза закатились, и он упал на землю, ослабленный и беззащитный. А Зальман спокойно поднимался с пола и оттряхивал халат.
Это было мгновение, когда все замерло. Время словно остановилось, и я чувствовала, как вокруг меня повисло напряжение. Зальман держал пульт, его пальцы сжимали его так сильно, что костяшки побелели. Я видела, что и он был на пределе своих сил.
Адам не двигался, наблюдая за тем, как его соперника разрывает на части. У меня внутренности переворачивались, словно на американских горках. Пульс шибал так, будто хотел вынести все мозги. На моих глазах Гатар харкал кровью. Снова.
И я ничем не могла помочь. Этот факт выворачивал и заставлял нервно сминать и сдирать ногтями нежную кожу.
— Я понимаю, что тебе дико всадило в мужское эго, малыш, — мерзко прошептал Зальман, — но самочку вы потеряли, мальчики. Я постарался сделать все, чтобы вы обзавелись потомством. Жалко же терять такие милые мордашки. Но вы выбрали какие-то хитрые дороги и проиграли.
Гатар сдержал очередной позыв откашляться и с ненавистью посмотрел на Зальмана.
— А ты, оказывается, так щедр, очкастый.
На это высказывание доктор лишь поднял уголки губ.
— Знаю, ты будешь думать об этом, щенок, — сказал он, все еще крепко держа пульт. — Твою нижнюю будет трахать другой Альфа. Наш покупатель.
А вот и я! Жива и здорова и постараюсь вернуться в нормальный график. Постоянные проды не обещаю, милые :с Но очень сильно постараюсь уже не пропадать! Видела ваши комментарии) Сейчас на все постараюсь ответить :)
А мы продожаем историю про Анечку..
Пока график прод писать не буду, не очень уверена, что смогу его придерживаться, но очень сильно постараюсь. Надеюсь на ваши звездочки, комментарии и библиотеки) Как-никак, а это моя самая большая поддержка :)
Спасибо, что ждали!) Еще и так долго!
Глава 24. Ты уволен
Кровь отлила от лица. Боже мой, я не хочу, чтобы меня продавали. Я не хочу, чтобы меня насиловали. Я всего этого никогда не хотела и сейчас вдвойне отрицала все то, что могло произойти.
А моя сестра… как же она все это перенесет? Она совсем малышка!
Я с надеждой и мольбой посмотрела на Гатара и Адама, которые притихли под бравые речи доктора. Было видно, что все пошло не по плану. Но они же говорили и обещали мне выбраться взамен на послушание.
— Вспомнили свое место, тупоголовые мрази? — залился смехом доктор, поправляя плеть.
И кинул испепеляющий взгляд на Арнольда, который все еще прикрывался мною. Мой ты мальчик, мой ты храбрый. Прямо мамина радость!
— За мной, идиот, — прошипел недовольно Зальман, кивнув головой в сторону двери. — Этим лечение не предоставлять, не кормить, не поить. Дали косточку погрызть, так сам чуть не остался без шеи. Вот так и помогай братьям меньшим нашим.