И меня потащили за выходящим Зальманом.
Я в последний раз окинула потерянным взглядом Альф и сердце печально сжалось. Я их не знала так хорошо. Но мне было так спокойно рядом с ними. Теплилась хоть какая-то надежда на то, что я не стану инкубатором.
Вернусь домой. Спасу сестру. Все бы наладилось, ведь мы заключили договор. И буквально на глазах все мечты стали прахом.
— Анна, — тихо прошептал Адам, настолько тихо, что я чудом услышала его.
Поймала взгляд. Решительный и многообещающий. Он будто бы говорил мне приготовиться.
Гатар смотрел же с ненавистью. Естественно, на Зальмана. Кто бы еще вызывал такую бурю эмоций у поверженного и униженного оборотня?
— Жди, — прошептал одними губами он, отвлекаясь от мыслей о кровавой резне с врачом.
Ноги сами по себе плелись за мужчинами. Переступать было сложно, мешала мешковатая одежда моих сокамерников, которые любезно поделились тем, что у них было. Лишь бы не склонять меня против воли.
Только вот их запах… я прикрыла глаза, довольствуясь сладостным ароматом феромонов. Воистину мозги отшибло совершенно.
Дверь за мной с пшиком закрылась, отрезая от безопасной камеры, в которую тут же решительно захотелось вернуться. Все, что было за ее пределами – смертельная опасность. Особенно Зальман с его палочкой-выручалочкой.
Арнольд резко дернул за цепь, прикрепленную к моим запястьям, и я пошатнулась, прежде чем неуверенно двинуться вперед. Его грубый рывок вынудил меня идти за ним и мистером Зальманом, который шел впереди с бесстрастным выражением лица.
Коридор, по которому меня вели, был пустынным и жутко холодным. Я мгновенно почувствовала, как ледяной воздух проник в каждую клеточку моего тела, заставляя меня ежиться и дрожать. Свет ламп был резким и холодным, он освещал мрачное пространство, отбрасывая зловещие тени на стены.
А запах… Он напоминал смесь медикаментов, дезинфицирующих средств и какого-то едва уловимого металлического запаха. Этот запах врезался в мои ноздри, вызывая чувство тошноты. Я пыталась дышать через рот, чтобы хоть как-то уменьшить неприятные ощущения, но это мало помогало. Воздух был тяжелым, и каждый вдох казался мне испытанием.
Пол под моими босыми ногами был ледяным, холод проникал прямо в кости. Каждый шаг отдавался болезненной волной через мои ступни. Боже, верните меня обратно, в теплые и надежные объятия мужчин.
Неожиданно Зальман вдохнул и устало потер переносицу.
— Ты уволен, — спокойно сказал он, продолжая идти впереди.
Арнольд побледнел. Его руки затряслись. Лоб мгновенно стал влажным. Парень действительно разволновался.
— Ч-что? Н-но, г-господин З-зальман… — промямлил испуганно он, крепче сжимая в руках цепи.
Зальман остановился и резко развернулся к помощнику. Его лицо было перекошенным от гнева. Челюсть неестественно выдвинулась вперед, а изо рта брюзжала слюна. По спине пробежал рой мурашек. Я остановилась, испуганно сжавшись.
— Сдохнуть хочеш-ш-шь?
Зальман резким движением сжал челюсть Арнольда свободной рукой и поднял над землей. Я сглотнула. Боги… неужели он настолько силен в своем-то преклонном возрасте?!
Зальман держал его высоко над землей, и я заметила, как пальцы Арнольда пытались ухватиться за руки Зальмана, отчаянно пытаясь освободиться.
Цепь звякнула, упав на пол. Я была свободна, но не могла двинуться с места. Страшно. Очень страшно.
Мое сердце колотилось в груди, и я чувствовала, как холодный пот стекает по спине. Я не могла отвести взгляд от этой сцены, даже несмотря на то, что внутри меня все кричало о том, чтобы отвернуться. Я видела, как лицо Арнольда исказилось от боли, и слышала его хриплые звуки, которые становились все слабее. Я поняла, что он не может дышать, что его жизнь буквально висит на волоске.
Внезапно Зальман с силой швырнул Арнольда в стену. Звук удара был оглушительным, и я услышала хруст его костей, когда он ударился о твердую поверхность. Тело Арнольда рухнуло на пол, словно безжизненная кукла.
Я прикрыла рот рукой, едва сдерживая крик. Он… жив вообще? Я перевела осторожно взгляд на Зальмана, который с улыбкой наблюдал за полуживым Арнольдом. Его лицо прямо светилось от счастья.
Он посмотрел на ладони и крепко сжал их, словно не верил той силе, что была в нем.
— А теперь, мы займемся тобой, девочка, — с хриплым смехом сказал он, дернув цепью так, что пережало горло.
Ух... какая же жуть происходит... что думаете, мои хорошие? Откуда у Зальмана столько силушки богатыской-то взялось?